— Хм, круто, теперь он не только маньяк, а маньяк-педофил, — наигранно-радостно отвечает блондинка, взмахивая руками и улыбаясь так нервно, что кажется, что она сбежала из местного изолятора.
— Тебе лучше бы о себе так волноваться, — удивляется Кол, — Ты, кажется, теперь стала главной шлюхой школы и соперницей всех девчонок, — заявляет он, доставая из заднего кармана своих джинс мятый листок и протягивая его Ханне, что неохотно принимает его, — Это мне дали на большой перемене! — Гордо объясняет Майклсон, — Как оказалось, все сплетни собираются в туалете, прямо как раньше! — Форбс аккуратно разворачивает сложенную вчетверо бумажку и видит уже знакомый ей заголовок: «Список шлюшек и не очень». Она проходится взглядом по неразборчивому размашистому почерку, которым был написан список имён почти что всей женской половины школы, что были написаны гелевой черной ручкой и перечёркнуты ярко-красной пастой. На фоне всех зачёркнутых имен – всего лишь одна фраза: «В этом все ещё есть смысл, если Ханна Форбс переплюнула всех, начав трахаться с Мистером Зальцманом?».
— Я думала, на этот список все давно забили, — усмехается девушка, — Да плевать, если каждый раз реагировать на то, что тебя называют шлюхой – можно сойти с ума, — говорит девушка, она разрывает листок на несколько неравных частей и выкидывает его в ближайшую мусорку, наконец-то выходя с территории школы. Правило первое – не начинать встречаться с парнями-мудаками. Правило второе – если жизнь всё-таки свела с парнем-мудаком, не реагировать на его дешёвые провокации. Тем-более – если на твоего учителя вешают обвинения в убийствах. Тем-более – если твоего учителя теперь ещё и обвиняют в связях с несовершеннолетней, а если конкретнее, с тобой.
— Да ладно тебе! — Недовольно восклицает Кол, — Я думал, мы повеселимся, убьем парочку твоих ублюдочных одноклассников! — Ханна переводит на него слегка удивленный взгляд, она усмехается, слова Майклсона немного сняли её напряжение.
— Прости, но не сегодня, как-нибудь в другой раз, — с лёгкой улыбкой отвечает Форбс, — Я собираюсь поехать к Мередит и поговорить с ней, — добавляет она, слишком холодно произнося последние слова для человека, который правда хочет просто поговорить.
— О-о-о, супер, значит у меня ещё есть шанс расправиться с докторшей? — Склонив голову набок, спрашивает первородный, сощурив взгляд и внимательно наблюдая за девушкой. Блондинка хмыкает, складывая руки на груди и смотря куда-то за спину вампира, не сосредотачивая сейчас свой взгляд на чем-то конкретном.
— Возможно, — немногословно отвечает Ханна, улыбаясь краешками губ, когда наконец-то поворачивается к Колу. Ох, черт, Майклсону определенно точно нравится эта девчонка.
Ханна выходит из больницы, направляясь к Колу, что ждёт её на парковке. Облокотившись спиной на капот машины и сложив руки на груди, он терпеливо стоит на месте, ожидая свою спутницу, — В регистратуре сказали, что её нет в больнице, — сообщает Форбс, — И мне отказались говорить, будет ли она сегодня, но, кажется, врачи шептались о том, что у неё должна быть операция.
— Подслушиваешь? — С хитрой улыбкой спрашивает Майклсон.
— Нет, просто люди очень невнимательны, — парирует блондинка, вставая рядом с первородным и начиная гипнотизировать взглядом здание больницы, как будто от этого что-то может изменится.
— Так, что дальше, Робин? — Ханна неловко смотрит на него.
— Я больше читала «Marvel».
— Ладно, Кэп, так мы теперь нанесем к ней домой смертельный визит?
— Хочешь сказать, как только ты проснулся после несколько вековой спячки, начал читать супер-геройские комиксы? — Восхищённо спрашивает девушка.
— Навёрстываю упущенное, между прочим, первые комиксы «DC» я застал – они были черно-белыми и до ужаса приличными, — взгляд вампира цепляется за что-то позади Форбс, а спустя секунду она и сама слышит мотор и, обернувшись, видит машину Мередит, — Вспомнишь солнышко… — Уже было начинает Кол, когда Мередит выходит из машины и, увидев их, недовольно качает головой, и направляется прямиком к больнице, Ханна идёт за ней.
— У меня операция. Чтобы ты не хотела сказать об Аларике – говори быстрее.
— Я не собираюсь его оправдывать. Он ничего не сделал.
— Откуда ты знаешь? — Сощурив глаза, спрашивает девушка, — Он занимается с тобой, он о тебе заботится, но ты знаешь о нём хоть что-нибудь? — С нажимом продолжает она.
— Я и так знаю достаточно.
— Тогда послушай, что я знаю, — наконец-то останавливается на месте Мередит, — До двадцати одного года его арестовывали за драку четыре раза. Когда он учился в Дьюке, его будущая жена подавала на судебный запрет на него дважды, но вышла за него замуж, что много о ней говорит, — с язвительной улыбкой заканчивает она.
— Ты все придумываешь.
— Придумываю? Откуда ты знаешь? — Начиная злиться спрашивает докторша, — Ты сейчас пытаешься оправдать алкоголика, охотника на вампиров и даже не удосужилась узнать про его прошлое, — с некой долей осуждения в голосе заявляет она.
— Как ты можешь так с ним? — Не выдерживает Ханна, — Ещё вчера ты ходила с ним на свидание, после которого увезла его к себе домой, а уже сегодня говоришь мне всё это – он никого не убивал и ты это знаешь, — продолжает настаивать на своем девушка.
— Ты дружишь с первородной вампиршей, Ханна, а сейчас заявилась ко мне с ее братом, — отвечает девушка, головой показывая на Кола позади Форбс, что весело машет ей в ответ, — Почему тебя так шокирует, что твой учитель – убийца? — Задаёт она риторический вопрос и, не дожидаясь ответа, разворачивается и продолжает идти к больнице, в здании которой скоро и скрывается.
— А у неё острый язычок, — резюмирует Майклсон, подходя к девушке, что до сих пор хмуро смотрит вслед докторше, — Ну, что дальше по плану, дадим ей провести операцию или убьем ее раньше? Можно подождать. Очистим карму – она спасет кого-то, потом мы убьем её, а значит – фактически ничего не изменится, — рассуждает он.
— Не будем мы её убивать – не хватало ещё, чтобы и это потом повесили на Мистера Зальцмана, тем-более, мы можем действовать умнее, — уклончиво отвечает блондинка, — Ты ведь можешь взломать задний вход больницы? — С надеждой спрашивает она.
Успешно наехав на Кола за инициативу выломать двери, Ханна самостоятельно взламывает замок, в лучших традициях всех детективов – делая это невидимкой. Оказалось не так сложно, как ожидалось, поэтому вторая преграда, в виде двери в кабинет Мередит, тоже без проблем устраняется украшением. Её кабинет находится в отдельном крыле больницы с ещё несколькими такими же, и это определенно преимущество. Такое же, как непутёвая охрана в провинциальном городке, которая никогда особо сильно на напрягается.
Помещение большое и светлое, довольно неплохой кабинет для доктора, но это сейчас не имеет значения. Комната идеально убрана и в ней до сих пор сквозит лёгкий холодок после ежедневного проветривания.
— И что мы ищем? — Недовольно спрашивает Майклсон.
— Что-нибудь, свидетельствующее о том, что она обманщица, — лаконично отвечает девушка.
— Ого, спасибо, Мисс Очевидность, но с чего ты взяла, что мы вообще что-то здесь найдем? — Продолжает язвить первородный, всё ещё не в восторге от того, что эта девчонка ограничивает его и не даёт нормально повеселиться в больнице, полной бесконечных запасов крови (и это он не про пакеты).
— Она из семьи основателей, а значит просто обязана что-то скрывать в каждом из аспектов своей жизни, — как само собой разумеющееся отвечает блондинка, — Просто следи за входом, я всё сделаю сама, — добавляет она, направляясь к рабочему столу и открывая все ящики, аккуратно проверяет их на наличие тайников – ничего кроме толстых папок с каким-то бумагами и канцелярии. На всякий случай ощупав его поверхность с обратной стороны, Ханна поджимает губы, ничего не обнаруживая и там тоже.
— Ты ведь понимаешь, что если сюда кто-то зайдет, то я просто выпью его? — Сообщает первородный, с надеждой выглядывая за небольшую щель в двери, возле которой он стоит.