— Полагаю, твой псих-защитник пересмотрел боевиков, где рядом с главными героями не могут находиться вампиры со сверхъестественным слухом, — весело замечает Кол. Блондинка вздыхает, понимая, что надо что-то делать. Она быстро находит переписку с Джереми, пишет ему сообщение (с пометкой «SOS», разумеется), чтобы предупредить об эпичном возвращении их историка.
— Наша мать обманула нас с последним колом из белого дуба, полагаю, теперь он у него, и, будучи первородным вампиром, он находится в полной готовности его использовать, — поддельно-радостно резюмирует гибрид, — Ты, дорогуша, разумеется, уже всё решила? — Язвительно предполагает он.
— Я знакома со злобным альтер-эгом Мистера Зальцмана и знаю, что он шутить не станет, а у него моя сестра, — как бы утвердительно отвечает Ханна. До сих пор набирая сообщение другу, она на секунду останавливается, украдкой смотря на Клауса, — Вообще-то, я думала, что и ты тоже захочешь пойти, ведь у него Кэролайн. А ты, вроде, влюблен в неё, ну, или как там, — пытается она придать голосу безразличный оттенок. Увидев насмешливый взгляд Клауса, она спешит продолжить, дабы не заканчивать на ноте а-ля «ревнивая подружка», — Или она слишком часто тебя отвергала? — Наконец-то закончив писать, девушка убирает телефон обратно в карман, плотоядно улыбаясь гибриду. Он в одно мгновенье становится хмурым, как туча. Она стойко старается выдержать его вопросительно-яростный взгляд, не сдвигаясь с места, лишь продолжает снисходительно смотреть на него. Форбс мысленно облегчённо выдыхает, когда, совсем невесело усмехнувшись каким-то своим мыслям, Клаус отводит от неё обжигающий взгляд. Ох, ладно, это было очень плохо! Если честно, немного подумав, блондинка вообще не понимает, зачем она это сказала. Она пытается убедить себя в том, что всё нормально, что она просто съязвила – как обычно. Это же их привычное общение!
— Что же, зато повеселимся – заберём последний кол из белого дуба и покончим с твоим психом-защитником, — весело говорит Кол, медленно плетясь к машине брата, что стоит прямо на обочине.
— Ты прав, брат, — подозрительно спокойно отвечает гибрид. Он подходит ближе к Ханне, наклоняется к её ушку, продолжая издевательски-язвительным шепотом, — Мне ведь необходимо спасти принцессу из заточения, чтобы она снова меня не отвергла, — «О, боже» – тихо бурчит себе под нос девушка, когда Клаус тоже уходит к машине, раздражённо хлопая дверью водительского сидения.
Выходя из машины Клауса, Ханна замечает в обеденной зоне на дворе школы несколько силуэтов. Подойдя ближе, она узнает в одном из них Джереми, сидящего на столике для пикника, а рядом с ним Бонни и братьев Сальваторе, — Я не отдам тебе кольцо, — уверенно говорит Джереми, — Позволь мне пойти, — обращается он к Деймону.
— По моим подсчетам ты уже раз или два умирал с этим кольцом и, если вдруг Бонни не сможет запустить твое сердце и ты умрешь, у нас может появиться ещё одно альтер-эго, — раздраженно отвечает старший Сальваторе, — Так что лучше отдай кольцо, — не отступает он.
— Это мое кольцо и Ханна моя подруга. Никто из вас не будет драться отчаяннее меня.
— Ладно, упрямься, — безразлично кидает Деймон, — Постарайся не убить его, — красноречиво обращается он к Бонни.
— Ты только глянь, — весело говорит гибрид, — Одна большая счастливая семья, — язвительно добавляет он.
— Вот, видишь, она приехала сюда со своими телохранителями, — говорит старший Сальваторе Джереми, — Так что просто действуй по плану, — просит он.
— Какой план? — Непонимающе спрашивает Форбс, — И что вы вообще тут делаете? — Она недоуменно оглядывает всех присутствующих.
— Я получил твое сообщение, — как само собой разумеющееся отвечает Джереми, — Бонни думает, что сможет обезвредить Аларика, — ведьма подходит ближе к Ханне.
— Я хочу иссушить его, как когда-то моя мать иссушила Майкла, — поясняет она, — Но для этого заклинания нужна человеческая жертва, — заявляет Беннет, явно имея в виду Джереми, чью жизнь они обсуждали несколькими секундами ранее, — Выпей, — она протягивает Деймону колбу с кровью, — Это моя кровь, — отпив немного, он передает её Стефану, а тот, окинув первородных подозрительно-задумчивым взглядом, дальше Клаусу и Колу, — Она соединит нас и, когда я остановлю сердце Джереми – вы сможете остановить Аларика. Ханна зайдет через южный вход в его кабинет, отвлечет его. А ваша задача – добраться до любого кровотока. Вена, артерия – лишь бы добраться до сердца.
— Отличная идея, — язвительно замечает гибрид, — А если он просто убьет её? — Форбс переводит на него удивлённый взгляд, но тут же осекается, обращая внимание на заговорившего Стефана.
— Он не убьет её, ведь тогда не будет смысла приходить её спасать, а он именно этого и добивается, предположительно, от Ребекки, — Ханна понимает, что было бы неплохо оповестить об этом подругу, но, когда Кол после его слов вдруг начинает печатать что-то в своем телефоне, она предполагает, что он именно этим и занимается, и успокаивается, — Когда войдем, один из нас бьёт в сердце, а остальные трое держат, — обращается он уже к вампирам.
— Он прав, — соглашается Форбс, чувствуя на себе раздражённый взгляд Клауса, — И не смей умирать, — кидает она Джереми перед тем, как уверенно отправится к школе.
В стенах школьного коридора пыл Ханны немного приумерился. После южного входа до кабинета Мистера Зальцмана – лишь несколько метров. Она пытается храбриться, напоминает себе о том, что у неё на улице четыре вампира, два из которых – первородные, но получается так себе. Вскоре она замечает, что нужная ей дверь настежь открыта, а ещё спустя секунду раздается громкий голос Аларика, — Как раз вовремя, — Форбс мысленно чертыхается. Она понимает, что медлить больше нет смысла, поэтому быстро выдает себя и заходит в кабинет. Там, вальяжно развалившись на кресле за учительским столом и расслабленно закинув на него ноги, сидит учитель. А за одной из парт перед ним она замечает Кэролайн. Выглядит она паршиво. Её руки привязаны к краям парты мокрыми веревками, на месте которых виднеются ожоги, и Ханна понимает, что это вербена. В запястья Кэролайн воткнуты карандаши, сама она покрылась испариной, а на её лице застыла маска ужаса. Ханна пытается собраться, взять себя в руки, ведь такое зрелище определенно выбило её из колеи.
—Я пришла, — пытается ровно говорить младшая Форбс, — Отпустите ее, Мистер Зальцман, — просит она, на что Аларик лишь невинно пожимает плечами, небрежно маша рукой в сторону своей пленницы.
— Освободи её сама, — спокойно отвечает он. Ханна вздыхает, аккуратно проходит мимо стола учителя, опускаясь на колени перед Кэролайн, она пытается развязать ей руки, но жесткие веревки не поддаются.
— Тебя ничему жизнь не учит, — тяжело вздыхает мужчина. Он лениво встает со своего места, одним резким движением поднимает Ханну на ноги, отталкивая к соседней парте.
— Вы сказали, что отпустите её, если я приду, — заявляет она, медленно оседая на стул.
— Я этого не говорил. Я лишь сказал, что она еще немного поживет, — усмехается Аларик, — Сколько раз тебе повторять, Ханна?! Никогда не верь вампирам! — Яростно кричит он, заставляя младшую Форбс невольно дернуться, — Я ведь делаю всё это для тебя, — более спокойно продолжает он. Учитель подходит к своему импровизационному «пыточному столу», берет оттуда новую веревку и, промокнув её в стакане с вербеной, встаёт позади Кэролайн и «обновляет» повязку, что закрывает ей рот. Она вскрикивает от боли, — Я нужен тебе, тебе шестнадцать лет, у тебя нет родителей, которые занимались бы тобой и объясняли, что хорошо, а что плохо, — Ханна неприятно морщится.
— «Хорошо» и «плохо» – это лишь субъективные понятия, навязанные нам обществом, — пренебрежительно кидает младшая Форбс, — Но вы не подходите даже под их стандарты, по-вашему, это хорошо? — Язвительно спрашивает она, жестом показывая на сестру рядом с собой, что прямо сейчас страдает от рук своего учителя.
— Она убийца, — легко парирует Зальцман, — Она убила человека, и ей это понравилось. Ты считаешь, это хорошо? Послушай, Ханна, твой отец и сам делал это, он состоял в совете и защита этого города от вампиров долгое время была его главной миссией, а ты взяла и перечеркнула весь его труд, — уверенно заявляет он.