— Напомни-ка, а это было до или после того как вы убили его? — Язвительно напоминает младшая Форбс.
— Он предал дело всей своей жизни. Но это уже не имеет значения, — отмахивается мужчина, — Неужели я не прав? Ты правда думаешь, что он гордился бы тобой? Если ты не на стороне людей, значит, ты на их стороне. Но я могу помочь тебе – убей её, — он подходит ближе к Ханне и протягивает ей кол, тот самый кол из белого дуба, что дала ему Эстер, — Или это сделаю я, но тогда ей будет очень больно, — Она напрягается, ведь понимает, что он не шутит, и то, что неплохо было бы уже и всем остальным тоже включится в игру. Девушка вздыхает, на негнущихся ногах встаёт из-за парты и принимает из рук Аларика оружие, встречая его жестоко-светящийся взгляд. От него ей становится жутко. Она встает к нему спиной, лицом к Кэролайн, судорожно соображая, что делать. Её взгляд приковывает стакан с вербеной на парте мученицы, — Видимо, ты плохо училась, а мы ведь так долго занимались, — разочарованно вздыхает учитель за её спиной. Блондинка обреченно прикрывает глаза, в последний раз кидает взгляд на дверь, но там никого. Она одним резким рывком хватает со стола стакан и, обернувшись, выливает остатки вербены в лицо Зальцмана, он вскрикивает, медленно оседает на пол, неприятно морщась от боли. Ханна тут же кидается к Кэролайн, остервенело пытаясь развязать веревки, что не дают ей сдвинуться с места. В конце концов, они поддаются, она помогает сестре встать и подталкивает её к выходу.
— Быстрее, — нетерпеливо просит она, — Зови на помощь, — Растерянно посмотрев на Ханну, Кэролайн медленно кивает, на сверхъестественной скорости исчезая с места. Девушка хватает с парты кол и кидается к выходу, когда в дверном проеме перед ней появляется мужчина, в чьих глазах пылает ярость. Аларик вырывает из её рук оружие, убирает его во внутренний карман куртки, а после хватает Форбс за грудки и вышвыривает её в коридор.
— Надо было убить тебя, — раздраженно процеживает учитель, прижимает блондинку к шкафчикам, больно ударяя о железо. Ох, да, от этого у неё определенно не самое приятное чувство дежавю, — Убить, как Брайна Уолтерса, твоего отца и всех тех трусов, которых я хотел убить. Ты виновна не меньше их, Ханна. Ты недостойна жить, — Зальцман выпускает наружу свой вампирский оскал. Он хватает её за шею, сжимает её, и Ханна радуется, что здесь нет ножей, — Якшаешься с первородными! Общаешься с ними так, как будто они заслуживают этого! Чего мне ждать дальше?! Того, что ты ляжешь под них?!
— Да, может быть, я уже, — не выдерживает девушка. Она понимает, что только что сама спровоцировала его, но сдержаться не смогла. Форбс думает, что сейчас он свернет ей шею, просто повернув руку на её горле. Но он этого не делает, — Эй, Мистер Зальцман, вы зависли? Настолько шокированы? Ох, простите, что не оправдала ваших ожиданий, — Она видит, как глаза мужчины пылают, буквально на физическом уровне чувствует, как сильно он раздражен. Девушка подозрительно смотрит на него, когда он отпускает её, отступая на несколько шагов назад, — И почему я всё ещё жива? — Непонимающе спрашивает она, — Что вас останавливает, Мистер Зальцман? В вас ведь не осталось ни капли человечности. Вы что-то недоговариваете, — уверенно заявляет Форбс. Она прижимается обратно к шкафчикам, когда мимо них пролетает тень, а после она видит Деймона и Стефана, что, встав по обе стороны от Аларика, хватают его за руки, крепко держат, заламывая их назад.
— Давай, — дает старший Сальваторе брату команду, но учитель вырывается раньше этого, ловко сворачивая Стефану шею. У одного Деймона нет шансов – вскоре он тоже оказывается на полу без сознания. Зальцман осматривает кинутые тела, когда с ног его сбивает Клаус, пытаясь пробить его грудную клетку. Но ничего не происходит! Он ведь буквально непробиваемый! Гибрид меняется с ним местами, и теперь – преимущество в руках Аларика. Он достает из куртки кол и кидается с ним на Клауса, но тот удерживает руку мужчины, пытаясь бороться с его безграничной силой, данной ему Эстер. Блондинка понимает, что дело дрянь. Братья Сальваторе – валяются со свернутыми шеями, а больше здесь почему-то никого нет. Чертов Кол! Она обязательно прибьет его, когда они выберутся из этой заварушки! Ханна безнадежно смотрит на всё ещё пытающегося бороться гибрида, но осознает, что долго у него сопротивляться усовершенствованному первородному вампиру не получится. Она понимает, что если сейчас позволит ему умереть, то, во-первых – У Ребекки будет минус один брат, а во-вторых – вся родословная его вампиров умрёт, в том числе, возможно, Кэролайн, и она пытается убедить себя, что в этом всё дело, когда, быстро забежав в кабинет Аларика, хватает с его «пыточного стола» небольшой складной ножичек.
— Стой! — Уверенно кричит Форбс, выбегая обратно в коридор, — Отпусти его или я убью себя! — Она прикладывает к своему горло оружие, мысленно закатывая глаза от того, насколько по-киношному это было сказано.
— Не глупи, Ханна, — просит учитель, и тогда блондинка понимает, что попала в яблочко.
— Почему? Потому что я нужна тебе живой? — Сощурив глаза, спрашивает она, пытаясь наконец-то сложить пазл в своей голове, — Ты позвал меня сюда не только для того, чтобы заманить кого-нибудь из Майклсонов? Тебе просто нужно было контролировать меня? — Усмехается Ханна, — Эстер не хотела, чтобы ты был бессмертен, она связала твою жизнь с человеческой – с моей. Значит, у тебя только одна жизнь, чтобы убить всех вампиров, а потом все. Если я умру – ты тоже умрешь, правда ведь? Я права?
— Ты ошибаешься, — на выдохе произносит Зальцман.
— Тогда ты не будешь против этого? — Язвительно спрашивает девушка, она делает над собой огромное усилие, когда прорезает тонкую кожу шеи. Девушка мысленно надеется, что сейчас мужчина остановит её, но он остается на месте. Тогда, тихо пискнув, Форбс режет еще глубже, чувствуя, как теплая жидкость медленно стекает по горлу. Ноги сразу же становятся ватными от такого резкого металлического запаха.
— Стой! Стой! Стой! Стой! — Не выдерживает Аларик, быстро подрываясь с места, тем самым подтверждая все слова блондинки. Гибрид активизируется, сбивает учителя с ног и на сверхъестественной скорости исчезает, прихватив с собой блондинку.
Клаус берёт из мини-бара бутылку скотча, наливает в стакан немного алкоголя и, прокусив свое запястье, проливает в него несколько капель крови, — На. Пей, — строго говорит он, пихая его Ханне в руки и сразу же отходя обратно, из-за чего она чуть было не роняет его.
— Ну, спасибо, — легко усмехнувшись, отвечает девушка, но гибрид игнорирует это, наливая себе новую порцию напитка. Она залпом выпивает янтарную жидкость, на удивление, даже не чувствуя вкуса крови. Рана на шее моментально затягивается. Форбс легко проводит по ней пальчиками, она ощущает на руках ещё немного теплую субстанцию, поэтому блондинка спешит вытереть их об уже полностью кровавый воротник кофты, — Где Кол?
— Уехал в Ричмонд за Ребеккой, — отвечает гибрид, — Она отправилась туда на шоппинг, — язвительно добавляет он, закидывая в себя стакан скотча.
— Ладно, хватит, ты напрягаешь меня этим своим взглядом, говори уже, что бы ты там не хотел сказать, — девушка складывает руки на груди и внимательно смотрит на Майклсона, ожидая от него нормального ответа, но тот с ним не спешит.
— Что ты, все прекрасно, — поддельно-ласково отвечает первородный, — Лучше скажи, как ты, понравилось себе горло резать?
— Да ты серьезно, что ли? — Усмехается Форбс, — Ты из-за этого пытаешься меня глазами прикончить? А ничего, что это я тебе помочь пыталась?! И вообще, я знала, что он не позволит мне умереть! — Уверенно заявляет она.
— Удобно, правда? — плотоядно улыбается Клаус. Блондинка устало вздыхает, — Мамочка постаралась! — Почти восхищенно говорит он. Бездумно покрутив в руках пустой стакан, он яростно запускает его в стену. Громкий звук предшествует кучке крупных осколков, заставляя блондинку невольно вздрогнуть. Она шокировано смотрит на гибрида, нервно меряющего просторный зал шагами.
— Почему ты все это мне высказываешь? — Непонимающе спрашивает блондинка, — Как будто это я связала свою жизнь со злобным альтер-эго Мистера Зальцмана! — Возмущенно говорит она.