— Мы наконец-то остановили его, Элайджа. После всего, что он нам сделал, — тяжело вздыхает двойник, — Я не могу позволить вернуть его, — «как-будто тебя кто-то спрашивает» – мысленно язвит Ханна, что стоит за спиной Майклсона, внимательно наблюдая за разговором.
— Тогда даю тебе слово, Елена, я не оживлю Клауса, пока жива ты и твои дети, — Форбс переводит на Элайджу снисходительный взгляд, — Может это научит его манерам, — «обещай сам за себя, Элайджа» – вопрошает про себя Ханна.
— Почему она должна верить тебе? — Встревает Тайлер, — Ты не раз обманывал ее, — припоминает он, вставая позади Гилберт.
— И за это мне очень стыдно. Но знай, она могла умереть в ту же секунду, как я вошел, — угрожающе-спокойно отвечает Майклсон, — Так что, Елена, выбор за тобой. Верить мне или нет, — он ожидающе смотрит на брюнетку.
— Нет! Очнись! — Наконец-то не выдерживает Деймон, — Сотрясение повредило твой мозг?! Ты не она, — он небрежно машет рукой в сторону Форбс, — Его сумасшедшие братья убьют тебя при первой же возможности! — В голове Ханны неосознанно всплывает яркая картинка из прошлого.
— Твои друзья с радостью убьют тебя как только узнают, что таким образом можно избавиться от Аларика, — Клаус подходит ближе, — Тебя же здесь ничего не держит, — уверенно говорит он, беря блондинку за плечи, Майклсон пытается заглянуть ей в глаза.
Форбс прогоняет непрошенный мираж, пытаясь сосредоточиться на том, что говорит Элайджа рядом с ней, — Ребекка и Кол примут мои условия, если вы вернете нам тело Клауса. Елену никто не тронет, — продолжает он уверенно убеждать их, — Мы договорились? — Вновь обращается Майклсон к брюнетке.
— Нет! Нет! Нет! Нет и еще раз нет! Нет! — Продолжает упорно стоять на своем старший Сальваторе. Стефан же мнется.
— Елена, решать тебе, — в конце концов выдает младший Сальваторе.
— Да ты что! — Обреченно взмахивает руками Деймон.
— Зачем тебе тело Клауса? — Спрашивает Елена.
— Он мой брат, — просто отвечает Элайджа, — Мы должны быть вместе, — он пристально смотрит на двойника, говоря этим, что отступать не намерен и поэтому очень скоро может начать разговаривать по другому (это Елена скорее понимает сама по угрожающе-предупреждающему оттенку в его взгляде). Гилберт задумывается. Она беглым взглядом проходится по братьям Сальваторе, но в конце концов сосредотачивается только на Элайдже перед собой, тяжело вздыхая.
— Договорились, — отвечает брюнетка. Деймон издает усталый стон.
— Господи, делайте, что хотите, — старший Сальваторе подходит к Ханне и схватив ее за руку, бесцеремонно тянет к выходу, на улицу. Форбс раздраженно выдергивает руку из крепкой хватки вампира.
— Готова отправиться в путешествие в Мэриленд? — Весело спрашивает Деймон.
— С тобой – ни за что, — сходу отвечает Ханна.
— Прости, мини-барби, но возможности уехать куда-нибудь на медовый месяц с Клаусом у тебя сейчас нет, — язвит вампир, — Но ты можешь увидеть его недееспособное тело в Балтиморе, — девушка вопросительно смотрит на него, — Бонни отвезла его туда, в порт, куда-то в доки. Аларик узнал об этом, поэтому ей нужна твоя помощь, чтобы остановить его. Вы ведь связаны, — поясняет Сальваторе, — Ей нужна твоя кровь, — дверь дома вновь распахивается и из нее выходит Майклсон. Он внимательно смотрит на пару перед собой, приоритетно направляя пристальный взгляд на Деймона, что стойко выдерживает его взгляд и кажется даже сам готов прямо сейчас прожечь в нем дыру. Усмехнувшись каким-то своим мыслям, Элайджа проходит мимо них, но на последних ступеньках все-таки останавливается.
— Если поедет сейчас – пересечетесь с моим братом, я отправил Кола за телом Никлауса, — зачем-то сообщает он, — До скорого, Мисс Форбс, — прощается с блондинкой первородный и уходит. Раздраженно кинув куда-то в пустоту «чертов первородный», Сальваторе красноречиво смотрит на Форбс, ожидая от нее ответа (чистая формальность – ему вообще не нужно ее одобрение). Подумав, что Аларика бы по-хорошему остановить, и напомнив себе о том, что там будет Кол, который возможно не даст ее убить, она направляется к машине Деймона.
Деймон убавляет громкость радио, — Так ты бы согласилась? — Спустя больше часа дороги, когда они уже проехали многоговорящую табличку «добро пожаловать в Балтимор!», прерывает он молчание.
— На что? — Непонимающе спрашивает Ханна, отвлекаясь от путеводителя, что она нашла на приборной панели вампира. Телефон она так включить и не смогла, но старая книжечка из девяностых с яркой обложкой о достопримечательностях Вашингтона стала довольно интересным чтивом, откуда бы она здесь не взялась.
— Скажем так, мы пришли немного раньше того, когда Стефан остановил кровоток Клауса и у нас всех очень хороший слух, — острит Сальваторе, — Надо было подождать, пока ты откажешься, чтобы увидеть разочарование на его лице, — поддельно-грустно говорит он.
— Во-первых, с чего ты взял, что я бы отказалась? — Заявляет девушка, — Во-вторых, я не собираюсь обсуждать это с тобой, нет, — усмехается она, демонстративно вновь утыкаясь в путеводитель, но парень игнорирует ее нежелание разговаривать.
— Не думаю, что ты настолько глупа, чтобы согласиться, — увлеченно продолжает он, — Тем более, если бы хотела согласиться, то сделала бы это сразу же. А ты начала сливаться. «Ох, Клаус, мой мерзкий гибрид, я правда не хотела, чтобы ты уезжал», — наигранно печально пародирует Деймон ее тоненький голосок. Форбс кидает в него книжечку, когда он кричит возмущенное «ай!», не ожидая от нее такого маневра.
— А ты не пробовал перенести эту логику на себя? — Спрашивает она, — Елена все еще думает? Выбирает между плохим и хорошим братом? Может быть, если бы хотела выбрать, то сделала бы это сразу же? — Язвительно повторяет она вопрос вампира, тот же недовольно поджимает губы, но виду не подает.
— Может быть, — поразительно легко соглашается он, — И все-равно это не сравнится с твоим больным общением с этим ненормальным.
— Господи, Деймон, хватит строить из себя святого, — устало вздыхает блондинка, — Или тебе напомнить о том, как отвратительно ты вел себя с моей сестрой, когда только приехал в город?
— Я не святой и я просто предупреждаю тебя, — легко парирует он, — Я поступал с твоей сестрой ужасно, точно также, как Клаус, просто он, в отличии от меня, плюс ко всему решил запасть на нее. Очнись, Ханна, она его послала и он решил переключиться на ее маленькую сестренку с острым язычком! — Весело восклицает Сальваторе, — Ей назло, или просто от скуки, не знаю, — небрежно отмахивается он, — Ты ведь не хочешь быть вечной заменой Кэролайн? — Ханна теряется. Она злится, когда понимает, что парень сказал именно те слова, что долго крутились в ее голове. Ей не нравится факт того, что она думает об этом, ведь в этом нет никакого смысла! Между ними ничего нет, а значит, это к ней никак не относится и она должна просто забыть про это и послать Деймона куда подальше!
— Спасибо за заботу, но я разберусь, — язвительно отвечает девушка, когда машина наконец-то останавливается, она спешит поскорее выйти из нее. Кажется, вампир продолжил бы эксплуатировать ее своими разговорами, если бы не сразу же вышедшая к ним навстречу Бонни.
— Ребята сказали, что Аларик выехал незадолго после вас, — серьезно сообщает ведьма, — Я создала заклинание поиска – он в черте города. Пошли. Мы должны успеть сделать заклинание, — обращается она к Форбс, а после заходит в то большое здание порта, из которого вышла, негласно зовя ее за собой. С ними заходит и Сальваторе, но он быстро теряется в многочисленных коридорах, когда Беннет сообщает ему номер камеры хранения с телом Клауса. Блондинку же она заводит в точно такое же небольшое помещение, практически пустое – лишь на полу стоит несколько восковых свечей и потертых листов, исписанных латынью, — Я хочу использовать обычные чары сна. Но чтобы они сработали на усовершенствованном первородном вампире – мне придется прибегнуть к темной магии.
— Что-ж, ну, ты хотя бы практиковалась, — весело говорит блондинка, припоминая Бонни остановку сердца Джереми, из-за чего та награждает ее хмурым взглядом, — Что тебе нужно от меня? — Решает все-таки уточнить она.
— Кровь, — подтверждает слова Деймона ведьма, — Так мне будет легче его контролировать, — поясняет она, — Надо начинать, — она садится на пол, когда Ханна решает, что ей необходимо сделать то же самое, — Давай руку, — Форбс видит, как Беннет берет в руку лезвие и понимает, что приятно ей точно не будет. Она протягивает ей ладонь, которую та как-то слишком резко тянет на себя, делая глубокий надрез на запястье. Блондинка неприятно морщится, когда Бонни переворачивает ее руку алой стороной к небольшой серебряной чаше, наполняя ее яркой жидкостью. Ведьма отпускает ее запястье, которое Ханна тут же прижимает к себе, закутывая в длинный рукав кофты. Бонни начинает читать заклинание, когда за дверью раздается сильный удар чего-то тяжелого об стену, а после он повторяется еще несколько раз, — Слишком рано – мне нужно еще время, — беспокойно сообщает Беннет. Форбс кидает обреченный взгляд на железную панель, когда вдруг срабатывает сигнализация, из-за чего во всем здании погасает свет, оставляя мигать только ярко-красные лампочки с противным воем сигнализации.