— Ты тут не причем, — Форбс нежно гладит вампиршу по плечу, — Все ведь в порядке, — уверяет она ее, но первородная медленно качает головой, прикусывая губу.
— Только потому что вы въехали в город через западную сторону, — начинает она, — А Мэтт и Елена поехали через мост Виккери, — Ханна удивленно смотрит на Ребекку. Об этом она вообще слышит впервые, ведь Гилберт планировала оставаться дома, она не хотела убегать, — Он пытался увезти ее, — отмахивается вампирша, — Они съехали с моста. Вместо вас. Он хотел убить тебя, Ханна, а теперь мертва Елена.
Комментарий к Глава 14 Глава получилась немного меньше, но я примерно этого от нее и ожидала, так что не паникуем!!
Третий сезон закончился, поэтому если под этой главой будут внушительные отзывы хотя бы в несколько предложений (алло, ребята, тут целый сезон прошел – давайте не будем буками!!), то я продолжаю четвертый :) :)
====== Часть 2 — Сезон 4 — Глава 15 ======
Облокотившись на машину, Ханна лениво наблюдает за Джереми, что до сих пор копошится в картонных коробках в багажнике. Заглянув в одну из них, он кивает каким-то своим мыслям, беря ее в руки, — Напомни, что это и зачем мы занимаемся этим?
— Небесные фонарики, — отвечает парень, — Студсовет сделал их для поминок – их запускают в память о погибших, — объясняет он, Гилберт относит коробку на уличный столик для пикника, когда девушка плетется за ним.
— Никто не подумал, что огонь здесь не совсем уместен? — Усмехается она, — Они буквально взорвались, — напоминает Форбс.
— Да, потому что альтер-эго Рика сдало членам совета всех сверхъестественных существ в городе, — Джереми хмурится, — Я уверен, что это сделал кто-то из вампиров, — резюмирует он.
— Говори прямо – ты думаешь, что это Деймон, — блондинка открывает принесенную парнем коробку и достает ее содержимое, дабы проверить его на целостность. Гилберт задумывается.
— Он в команде плохих парней, — аргументирует он. Ханна устало вздыхает.
— Хватит делить мир на черное и белое, Джер, — просит девушка, она берет деревянный каркас фонарика, натягивая на него бумагу.
— Как можно не делить мир на черное и белое, когда первородный вампир хотел убить твою подругу, но случайно убил твою сестру? А потом еще и члены совета основателей чуть не убили ее. Ах, да, а теперь они сами умерли «мифической» смертью, — поддельно радостно улыбается Гилберт, уходя за следующей коробкой. Форбс тяжело вздыхает, понимая, что вообще-то возразить таким аргументам довольно трудно.
— Ханна? — Блондинка оборачивается на смутно-знакомый женский голос, — Добавь короткую стрижку и брекеты, — улыбается только что подошедшая к ней шатенка.
— Эйприл?
— Да.
Ханна теряется, — Отлично выглядишь, — Джереми подходит с новой коробкой, недоуменно смотря на неожиданно-появившуюся девушку, — Ты помнишь Эйприл? Мы с ней…
— Вы были лучшими подругами до пятого класса, да, я помню, — соглашается он.
— Да, пока папа не отправил меня в школу-интернат, — беззлобно закатывает глаза шатенка.
— Твой отец… — вспоминает Форбс, — Боже мой, соболезную о твоем отце, — говорит она.
— Спасибо, — девушка медленно кивает, — Наверное, я не знаю, что ответить, когда люди это говорят, — издает она неловкий смешок.
— Твой отец пастор Янг? — Уточняет парень.
— У него был неисправный газопровод, — как-бы соглашается Эйприл, — Извини, что отвечать на это я тоже пока не придумала. Я странная. Просто видимо я не сильно скорблю. Мне надо зарегистрироваться, наверное, — неуклюже взмахнув рукой куда-то в сторону школы говорит она и, кивнув на прощанье, Янг уходит.
— Как-то неловко, — весело резюмирует Гилберт, — Вы не общались с ней с тех пор, как она уехала? — Непонимающе спрашивает он.
— Общались какое-то время, — все еще задумчиво смотря вслед шатенке отвечает блондинка, — А потом, кажется, она говорила что-то о том, что учителя не разрешают им пользоваться мобильниками и просто перестала выходить на связь, — Джереми наблюдает за внимательным взглядом подруги, что до сих пор направлен в сторону ушедшей девушке, когда та резко оборачивается и, коротко улыбнувшись, продолжает заниматься подготовкой к поминкам.
— Кол все еще отсиживается в баре? — Спрашивает Ханна, когда они подходят к церкви, заходя внутрь. Люди уже начали потихоньку собираться – кто-то оставался снаружи, а кто-то сидел на первых рядах стасидии рядом с мемориалами погибших, почитая их «вечную» память.
— Вторую ночь сидит там, наверняка уже опустошил все скудные запасы Мистик-Гриль, — подтверждает ее слова Ребекка.
— А Элайджа? — Аккуратно спрашивает Форбс.
— Кажется, он пока остался в городе, но не переживай, он не тронет тебя – Кол популярно объяснил ему, что этого делать не стоит, так как я с ним разговаривать не собираюсь, — уверенно заявляет вампирша.
— Возможно, тебе не стоит быть такой критичной, он просто хотел защитить вас, — Майклсон резко переводит на нее недовольный взгляд.
— Когда в следующий раз захочешь сказать что-то подобное, помни, что ты уже могла быть мертва, — «или в городе стало бы на одного вампира больше» – мысленно добавляет Ханна, но вслух все-таки решает этого не говорить. Она лишь закатывает глаза на реплику первородной, оглядываясь, когда на первых рядах скамьи замечает Эйприл. Та тихо бурчит что-то себе под нос, держит в руках тетрадку, изредка поглядывая в нее. Выглядит она крайне нервной. Ребекка следит за долгим взглядом Форбс.
— Кто это? — Заинтересованно спрашивает она.
— Старый друг, — как-то совсем не весело усмехается Ханна, — Займи нам места где-нибудь, я найду тебя, — просит она, а после направляется к девушке, оставляя явно не довольную этим фактом вампиршу, — Привет, — Форбс аккуратно садится рядом с шатенкой.
— Привет, — чуть нервно улыбается девушка. Она красноречиво оглядывает просторное помещение церкви, — Сижу здесь и воспоминания совсем не дают сосредоточиться.
— Да, я тоже сразу же вспомнила, — усмехается Ханна, — Никогда не забуду лицо твоего отца, который застал испуганных нас в исповедальне, когда мы думали, что навсегда застряли, — Янг смеется.
— Мы просто пытались открыть ее в другую сторону! И сорвали своими криками службу, — Добавляет она, — Это говорит только о том, что перед походом в кино ему не стоило заставлять нас ждать его на работе, — лицо Эйприл вдруг становится на несколько оттенков темнее, — Я слышала про твоего отца. Мне очень жаль.
— Все в порядке, — тут же повторяет уже давно заученную мантру Форбс, — Лучше скажи, как ты? — Шатенка горько усмехается.
— Они хотят, чтобы я выступила. Все дети, которые кого-то потеряли что-то говорят, — Эйприл показательно приподнимает тетрадку в своих руках, — Что я должна сказать? Простите, что мой отец не починил газопровод? — Язвительно предлагает она, — Но что, если я ничего не скажу? Что, если никто не скажет? — Дрожащим голосом спрашивает Янг, — Мы с отцом никогда не ладили, но каждый заслуживает, чтобы о нем сказали что-то хорошее на собственных похоронах. На похоронах моей мамы все говорили что-то хорошее, — она отводит задумчивый взгляд в сторону.
— Говори то, что хочешь сказать. Или не говори ничего, — уверенно отвечает Ханна, внимательно заглядывает в глаза Эйприл, пытаясь убедить ее в своих словах, — И не переживай из-за отца. Его все любили, — «скорбь в последнее время часто заставляет тебя врать, правда, Ханна?» – тут же подкидывает ядовитую мысль подсознание, загораясь красным сигналом «SOS» в голове, но Форбс посылает его к черту.
— Да, — шатенка интенсивно качает головой, — До позавчера, — сорвавшимся голосом добавляет она.
— И после этого, — Форбс пододвигается ближе к Янг, заключая ее в объятия. Она с удовольствием ныряет в них, хватаясь за нее, как за спасательный круг.
— Зачем она заявилась сюда, если все еще не может себя контролировать? — Шипит Ребекка, когда на стасидию рядом с ней опускается Ханна. Она заняла места на последних рядах, полагая, что и Форбс не захочет находиться в центре событий.
— Подслушиваешь? — Усмехается Ханна, кидая быстрый взгляд на Елену впереди них, рядом с которой, как всегда, сидят братья Сальваторе. Недалеко от них она также замечает Джереми и Мэтта, а посмотрев на другой ряд скамей, видит и Кэролайн с Тайлером.