— К односолодовому виски, — просто отвечает он, показательно приподнимая стакан, как-бы чокаясь и отпивая напиток. Кол вздыхает.
— Знаешь, Ник, иногда мне кажется, что за тысячу лет ты растерял крупицы своего мозга.
— Прости, что разочаровываю, но у меня есть мозги.
— Не заметно, раз ты до сих пор не можешь разобраться в отношениях со школьницей, что сидит рядом, — Ханна обреченно прикрывает лицо рукой, она чувствует на себе прожигающий взгляд Ребекки, что внимательно наблюдает за развернувшейся ситуацией, — Как говорится, наличие мозга – не значит наличие интеллекта, — резюмирует Кол.
— Это. Не. Твоя. Проблема, — твердо отчеканивает Клаус, прожигая брата взглядом, что и тот делает в ответ. На секунду Форбс кажется, что это место вот вот взорвется, но в разговор вступает Сальваторе.
— Расскажи мне про его татуировку.
— С радостью, — тут же отвечает гибрид. Его настрой моментально меняется и он переводит многоговорящий взгляд на Ребекку, — Поклонник моей сестры не хотел нам ничего рассказывать. Ребекка, напротив, очень хотела узнать это, не так ли? Ухажер моей сестры устроил пижамную вечеринку. Он с братьями убил всех нас во сне. Элайджу, Кола, Финна и меня.
— Я думал, клинок на тебя не подействует, из-за твоей природы оборотня, — задумчиво отвечает Стефан. Клаус довольно улыбается.
— Не подействовал, — подтверждает он, — Собственно говоря, поэтому мы все здесь сегодня собрались. Но ведь есть еще кое-что? Давай, Ребекка, скажи ему. Скажи, куда ведет татуировка по словам охотника. Что за оружие, которое может положить конец вампирам как виду, — Ребекка медлит.
— Лекарство, — безэмоционально отвечает она, — Он сказал – лекарство, — повторяет вампирша. Ханна удивленно смотрит на Ребекку, что в ответ лишь безразлично пожимает плечами. Она понимает, что Кол был прав, когда говорил, что кофе пить этим вечером она не будет. Девушка берет приготовленный им бокал и отпивает сладкой красной жидкости. Сальваторе же, напротив, словно поникает и опускает нечитаемый взгляд вниз.
— Правильно, милая, выпьем! — Восклицает гибрид, — За неумение моей сестры выбирать мужчин!
— Откуда мне было знать? — Недовольно спрашивает Ребекка, — И раз уж мы тут сегодня вскрываем карты – может быть тоже попробуете? Сегодня, вероятно, какой-то день намеков! Но правда я не понимаю ни одного!
— Ох, Бекка, поверь – тебе не понравится, — усмехается Кол.
Клаус устало вздыхает, — Я же сказал – это не твое дело.
— Конечно это не мое дело, — соглашается он, — Вот почему я хочу знать! — Как само собой разумеющееся добавляет Майклсон.
— Повторяю в последний раз, — гибрид повышает голос на несколько тонов, от неожиданности Форбс едва заметно вздрагивает, мысленно чертыхаясь, — Что бы там не было – мои отношения с Ханной тебя не касаются, — он переводит взгляд на сестру, опирается руками на стол, поддаваясь ближе, — И раз уж на то пошло, тебя, дорогая сестра, тоже. Никого из вас. Кроме меня, — Клаус вновь обводит угрожающе-предупреждающим взглядом стол, как-бы убеждаясь, что его слышат все, — И Ханны, — Форбс громко ставит бокал на стол, усмехаясь.
Гибрид переводит любопытный взгляд на девушку, — Я сказал что-то не так? — Поддельно-спокойно интересуется он.
Блондинка плотоядно улыбается, — Нет, что ты, все прекрасно. Просто мне так нравится слушать твои очередные слова-пустышки, — она небрежно взмахивает рукой куда-то вверх, — Пуф! Они уже улетели в воздух. Можно сделать вид, что я их не расслышала?
— Ведешь себя как ребенок, — раздраженно замечает Клаус. Ханна усмехается.
— Это все, что ты можешь сказать?
Гибрид наигранно удивляется, — Зачем мне нужна аргументация? Детям она не нужна. Можно использовать более продуктивные методы. Порка, например, — легко улыбается он.
Кол издает обреченный стон, — Ник, прошу, оставь свои влажные фантазии при себе. Мне хватило того, что я увидел тогда на диване, когда вы чуть не опорочили его, — он усмехается, пока в это же мгновенье не поняв, что сказал, переводит весело-настороженный взгляд на Ребекку. В комнату приходит гробовая тишина. Даже Стефан, который до сих пор сверлил грузным взглядом стол, вслед за Ребеккой обжигающе смотрит на Ханну.
Она неверующе качает головой, — Я так и знала, — вампирша усмехается, — И что было? — Форбс понимает, что она спрашивает это не из-за любопытства. Она понимает, что осталось лишь дернуть спусковой крючок и, кажется, Майклсон взорвется. Она знает первородную достаточно, чтобы угадать ее состояние. И оно сейчас не обещает ничего хорошо. Но разве есть смысл молчать дальше, когда прижали к стенке? Все ее нутро буквально кричит: «да!», но остатки здравого смысла не дают просто отсидеться в сторонке.
— Мы целовались как-то раз, — неестественно-безэмоциональным голосом сообщает Ханна. Боковым зрением она замечает, как лицо Сальваторе удивленно вытягивается, а возле него раздается веселый смешок Кола.
— Поверить не могу, — Ребекка злостно кидает салфетку с колен на стол и молнией несется к выходу. Форбс думает, что ужинать с Майклсонами – плохая идея, когда встает и идет за ней.
— Бекка, стой, я хотела… — вампирша вдруг резко останавливается, оборачиваясь к девушке, из-за чего та чуть было не впечатывается ей в спину.
— Дай угадаю, сейчас ты скажешь, что хотела рассказать мне? — Усмехается первородная, насмешливо смотря на блондинку. Ханна смело заглядывает ей в глаза, пожимает плечами, качая головой.
— Нет, я не хотела говорить.
Ребекка улыбается, — Боже, какая же ты лицемерка, — Клаус встает из-за стола, громко отодвинув стул, он останавливается за спиной Форбс. Она также обращает внимание на то, что Стефан и Кол аккуратно встают со своих мест, мельтеша где-то позади. Она сейчас вообще замечает буквально все вокруг, стараясь стать как можно меньше, лишь бы уйти от этого ядовитого взгляда Ребекки.
— Успокойся, Ребекка и не говори того, о чем потом будешь жалеть, — спокойно предупреждает гибрид. Ханна думает, что лучше бы он ничего не говорил, когда видит как в глазах первородных загораются яростные огоньки.
— Нет, серьезно, это правда, — первородная делает несколько ленивых шагов ближе, — Я просто не понимаю, почему раньше этого не замечала, — усмехается она, — Тебе не нравится, когда кто-то хочет внушить тебе, не нравится, когда внушают Джереми, но почему-то Эйприл Янг это не касается, — начинает увлеченно перечислять Ребекка, — Ты не любишь, когда тебе врут, врут другим и сама врешь мне в лицо, — Ребекка беззвучно смеется, — Ты фальшивая двуличная стерва, Ханна Форбс, — уверенно резюмирует она. Вампирша небрежным жестом обводит их, — А вообще-то, знаете, вы друг друга стоите.
— Хватит, сестра, — более настойчиво просит гибрид, он выходит чуть вперед, равняясь с ней. Но Ребекка не собирается пасовать, она смело заглядывает в глаза брата, гордо вздергивая подбородок.
— Ты хочешь лекарства для Елены? Чтобы вернуться к созданию своих гибридов? — Вампирша насмешливо смотрит на Клауса, — Поэтому ты вовлек Стефана, потому что знал, что он может помочь тебе, хотя ненавидит тебя! Можешь подавиться своим лекарством! — Ядовито выплевывает она прямо ему в лицо.
— Карта бесполезна без инструмента для расшифровки, — плотоядно улыбается гибрид. Ребекка переводит снисходительный взгляд на Форбс.
— Видишь? Ему плевать на всех и, уверяю, на тебя в том числе, — усмехается она, —
Знаешь, Ник, я бы лучше еще раз прожила свою полную разочарований жизнь, чем твою. Никто не будет сидеть за столом и рассказывать истории о человеке, который не умел любить. Церковь Сан-Витторе в Бриенно. Инструмент там потому что я похоронила Александра там с мечом, — безразлично кидает первородная и без лишних слов покидает дом. Ханна прикрывает глаза. Она думает, что было плохой идеей оставаться здесь, но еще хуже – изначально позволить произойти неисправимому.
Клаус интригующе поворачивается обратно к своим сегодняшним гостям, — Ну, теперь мы хоть знаем, где находится меч, — улыбается он. Форбс не поднимает на него взгляд. Она не замечает его едва заметного волнительного прищура, она просто хочет уйти, чтобы переварить все это в одиночестве. Но когда обернувшись, девушка видит в дверном проеме Джереми, она понимает, что этот вечер может стать хуже и он определенно таковым сейчас стал. Парень держит в руках небольшой альбом, он как-то растерянно оглядывает всех прежде, чем остановить взгляд на Стефане.