— Да? — Неуверенно отвечает блондинка, больше вопросительно, но в глазах так и читается совершенно другое – необдуманный вызов. Первородный не сдерживает легкого смешка, он качает головой, насмешливо смотря на Ханну.
Он снова вводит ее в заблуждение. Снова заставляет ее подумать, что это ужасно странно, заставляет в панике отстраниться, когда его рука уже оказывается за ее поясницей, он одним рывком притягивает ее к себе и, нетерпеливо облизнув губы, горячо впивается в ее. Первый импульс – неожиданно включившиеся мозги, который дают красный сигнал «sos» в голове, говорящий о том, что ей стоит немедленно отстраниться. Второй – воспоминания. Она вспоминает вкус его сладких мягких губ. А на третьей секунде она окончательно обмякает в его руках. Настолько, что Клаусу приходится придерживать ее, сильнее вжимая в себя сейчас такое податливое тело. Он разворачивает Форбс, пока она не упирается в столешницу с раковинами, а после, опустив руки на ее бедра, приподнимает ее, усаживая на белую лакированную поверхность и в свою очередь удобно устраиваясь между ее ног.
Рука гибрида проходится вдоль ноги блондинки, задирая платье, он оглаживает ее уже разгоряченную кожу. Ханна стонет, когда Майклсон начинает рвано покрывать ее шею поцелуями, спускаясь все ниже и ниже. Лямка платья спадает, первородный оставляет легкие укусы на хрупком плече девушке, заставляя ее нетерпеливо выгибать спину, поддаваясь ближе, дабы даже того крошечного сантиметра не оставалось между ними. Форбс опускает руки ему на шею, она приподнимает его голову, ловля его губы для очередного поцелуя. Она нетерпеливо ноготочком цепляет тонкую кожу на его горле, вынуждая его утробно рыкнуть прямо ей в губы, не разрывая контакта. Блондинка прихватывает зубами его губу, буквально трепеща от его неровного дыхания, от того, с каким упоением он ловит каждое ее движение, когда она сама не может от него оторваться.
Сквозь шум в ушах Ханна слышит странный звук. Кинув рассеянный взгляд в сторону двери, она понимает, что кто-то и правда остервенело дергает ручку. Девушка тихо чертыхается, она дрожащими руками отталкивает гибрида, спрыгивая со столешницы. Майклсон отходит на несколько предупредительных шагов, — Да это уже даже не смешно, — недовольно бурчит он, нервно поправляет сбившийся галстук, сверкая яростным взглядом в сторону двери. Промочив руки в холодной воде, Форбс приглаживает электрозовавшиеся волосы, выключая все это время работающий кран. Украдкой посмотрев в большое зеркало, она видит, что первородный уже стоит у двери, он на готове держит ручку, терпеливо ожидая блондинку. Опустив все еще сверкающий взгляд, она подходит к нему, когда он в этот же самый момент открывает дверь. На пороге они видят Кэролайн, нелепо остановившуюся на том моменте, когда она вновь собралась преподнести кулачок к двери. Старшая Форбс останавливается с дико-шокированным взглядом, она видит довольную улыбку Клауса и взвинченное состояние Ханны и определенно не хочет понимать, что здесь только что было.
— Я искала тебя… — Как-то механически произносит она, указывая на сестру, а после небрежно махая куда-то в сторону лестницы, — Там результаты объявили… — Все-таки заканчивает она.
— Отлично, спасибо, — натянув улыбку, неестественно-спокойным голосом отвечает Ханна, быстро проходя мимо сестры. Гибрид не медлит и идет за ней.
— Ты ведь понимаешь, что в этот раз не сможешь просто сбежать? — Усмехается он. Идя впереди, девушка обреченно прикрывает глаза, чувствуя, как сильно бьется сердце о грудную клетку из-за все еще бушующего адреналина в крови.
— Клаус, нам надо поговорить, — кричит вдогонку Кэролайн, выбегая вслед за ними. Майклсон останавливается, но предусмотрительно придерживает возле себя младшую Форбс.
— О, с удовольствием, но теперь только при ней – у твоей сестры слишком хорошее воображение, а я больше не хочу идти ва-банк, — насмешливо замечает первородный, кидая быстрый взгляд на блондинку рядом, который та упорно его игнорирует. Кэролайн мнется.
— Мы узнали, про новую метку охотника, — как-то растерянно говорит она, — И про то, как можно снова получить карту, — лицо Клауса в миг становится серьезным и Ханна понимает, что это ее шанс, хоть и про лекарство узнать интересно.
— Супер, — поддельно-радостно резюмирует она, — Поболтайте, — успешно, на удивление для нее самой, вырвав руку из хватки гибрида, девушка быстро спускается по спиральной лестнице, а после выходит и из дома.
На улице, где уже стемнело и официальная часть мероприятия заканчивалась, Форбс сразу же натыкается на Эйприл и Дилана. Они стоят вместе посреди снующих туда-сюда горничных, хмуро что-то обсуждая, пока не замечают блондинку, — Куда ты опять пропала? — Несерьезно возмущенно спрашивает брюнетка. На ее лице появляется радостная улыбка, когда она изящным жестом указывает на блестящую диадему на своей голове и белую ленту с черной надписью на ней «Мисс Мистик-Фоллс». Ханна отмечает, что вообще-то это выглядит как-то по траурному, но это же Мистик-Фоллс – ничего нового, — Я уже выиграть успела! — Блондинка пытается улыбнуться правдоподобно – она правда рада, что Янг выиграла, но сейчас ее мысли заняты другим.
— Поздравляю, — Форбс легко обнимает ее, но когда собирается отстраниться, Эйприл аккуратно останавливает ее. Она задумчиво смотрит на ее шею.
— Все в порядке? — Взволнованно спрашивает она, — У тебя вся шея красная, — на ее вопросительный взгляд брюнетка.
Ханна невольно проводит рукой по горлу, — Просто аллергия на духи, — нервно усмехается она, — Вообще-то, я бы пошла домой, а то у меня что-то еще и голова закружилась.
— Я провожу тебя – уже поздно, — говорит бармен. Блондинка хочет возразить, но кинув неуверенный взгляд на дом позади себя, понимает, что времени на это нет. Понимает, что снова сбегает, как самая последняя трусиха. Понимает и все-равно согласно кивает на предложение парня.
Шагая по освещенной уличными фонарями улице, Ханна правда старается слушать, когда Дилан говорит. Говорит о работе, конкурсе, семье и кажется вообще обо всем на свете. Иногда она правда выцепляет из монолога разговора отдельные целостные фразы, более менее пригодные для восприятия, но девушка думает, что ее красноречиво «мгм» на все реплики бармена уже сказали ему многое. Она просто хочет домой, туда, где этот бесконечный день упреков и прекрасного наглого поведения Клауса Майклсона наконец-то закончится, — Все хорошо? — После очередной нелепой истории из бара интересуется парень, — Ты выглядишь какой-то потерянной, — аккуратно резюмирует он.
— Все нормально, — улыбаясь, соглашается она, — Просто немного устала, — Дилан понимающе кивает.
— Мы можем просто помолчать, если ты не хочешь говорить, — осторожно предлагает он, — Или я могу отойти на десять метров, ну, знаешь – держать дистанцию, как твой личный телохранитель, — весело предлагает он, спиной отступая на несколько шагов, но девушка, беззвучно смеясь, удерживает его.
— Просто я не знаю, что говорить, а ты так интересно все рассказываешь, — поддельно-искренне отвечает она, Дилан улыбается, наигранно-удрученно качая головой, — А я могу рассказать тебе разве что о своей паранойи, — усмехается Форбс.
— Вот! — соглашается бармен, — По-моему – лучше темы не найти! — Восклицает он.
— По-моему, мне просто наконец-то стоит выспаться, — язвительно парирует блондинка, — Мне типа реально кажется, что кто-то ходит у меня под окнами по ночам, — немного нервно усмехается она, а парень наоборот становится более серьезным, внимательно смотря на Ханну, — Не знаю, я просто… Я просто смотрела фильмы в зале и как-будто видела тень за окном. Глупо, да? Темно же – все, что угодно может привидеться! Но потом мне показалось, что на долю секунды там сверкнула вспышка, такая яркая, — задумчиво смотря куда-то перед собой рассказывает она, предаваясь воспоминания, которые тогда знатно потрепали ей нервишки, — В общем, говорю же – бред, забудь, — отмахивается девушка.
— Ничего, все нормально, — уверяет ее Дилан, — У меня тоже такое бывает, когда переработаю, — не слишком-то утешающе добавляет он, но Форбс все-равно улыбается в ответ, отмечая, что они уже вышли на ее улицу. Какое-то время бармен просто молчит. Блондинка видит, что он хочет что-то сказать и она даже понимает, что именно, но надеяться на то, что на сегодня сложных разговоров с нее достаточно – но нет, — Слушай, Ханна, по поводу того, что было после танца…