На негнущихся ногах Ханна встает слишком резко, из-за чего в глазах на секунду темнеет, она чувствует, как сильно затекли ноги, а коленки неприятно ноют. Слабо улыбнувшись, она отодвигает Клауса от двери, безрезультатно пытаясь открыть защелку. Позади себя она слышит характерный «звяк» пряжки ремня. Непослушными руками гибриду все-таки удается застегнуть его и, окончательно расправившись с одеждой, он придерживает одной рукой ватное тело девушки за спину, а другой открывает дверь, ловко справившись с замком.
Прикосновения Майклсона отдаются приятной пульсацией во всем теле. Как только она прикрывает закрывающиеся веки, он тут же оказывается еще ближе, опаляя своим горячим дыханием ее ушко. Форбс ощущает приятную слабость. Когда она окончательно обмякает, она чувствует, как крепкие руки подхватывают ее.
Свернувшись калачиком на диване, Ханна прижимает к себе холодную бутылку минеральной воды, будучи на гране сна. Краем уха она слушает какую-то передачу на телевизоре, кажется, там говорят про то, как правильно готовить карри. Девушка издает обреченный стон. Ей приходится открыть глаза и, нащупав пульт руками где-то позади себя, переключить канал. Любое упоминание о еде сейчас крайне опасно. А она рисковать не хочет.
Голова вновь отдается неприятной болью, когда она слышит звонок телефона прямо возле своего уха. Недовольно пробурчав что-то в роде «совсем совести нет», она берет мобильник, будучи в полной уверенности, что звонит опять Кол. Он делал это с периодичностью в минут двадцать и его монолог их разговор ограничивался веселыми фразами вампира в стиле: «если мне так плохо, не представляю, как ты там еще не умерла» и ее красноречивым «мгм» в ответ на все. Еще иногда он добавлял «как-же бесит Ник, светится так, как-будто снова отрывает Петровой голову». В ответ на это Форбс ничего не отвечала. Потому что она, ну, скажем так, предполагала причину веселего настроения гибрида. Но когда блондинка уже была готова послать Кола к черту, она поняла, что входящий вызов совершает другой абонент. «Эйприл» – высветилось на экране телефона.
— Д-а-а? — Не слишком-то радостно протягивает она.
— Ты что, серьезно укатила с Колом Майклсоном в Новый Орлеан после того, как чуть не умерла, и никому ничего не сказала?! — Восклицает Эйприл, так громко, что Ханне, неприятно поморщившись, приходится ненадолго отстранить от себя телефон.
— Типа того, — легко парирует она. Брюнетка на том конце провода негодующе вздыхает.
— И как тебя еще не убили? — Непонимающе спрашивает она.
Блондинка безразлично пожимает плечами, так, как-будто собеседница и правда может ее сейчас увидеть, — Не знаю, мама на смене, Кэролайн, хм, черт знает, где она, но ее тоже нет. Так что, полагаю веселье начнется завтра, потому что мой телефон буквально разрывался от пассивно-агрессивных смсок после возвращения, — усмехается она, — Я просто должна была помочь Мистеру Зальцману, — протягивает Форбс, — И отдохнуть от всяких… — лениво начинает она, но Янг перебивает ее, не давая закончить.
— Гибридов-убийц? — Весело предполагает она.
— Хуй мне, а не отдохнуть, — Не выдерживает блондинка.
— Многозначительно, — усмехается Эйприл.
Форбс аккуратно открывает стеклянную бутылку воды, — Да нет, в прямом смысле хуй, — сделав глоток целебной жидкости, отвечает Форбс. Она блаженно прикрывает глаза.
— Чт-о-о?! — Непонимающе протягивает брюнетка, — Серьезно?! — Пораженно шипит она.
— Я не буду ничего говорить, — предупреждает Ханна.
— Ты уже сказала! — Восклицает Янг.
— Я вообще тут умираю, — отмахивается блондинка.
— Нельзя просто сказать такое, а потом замолчать! — Недовольно отвечает Эйприл, когда Форбс в этот же момент слышит стук в дверь, лениво оборачиваясь в сторону коридора.
— Ой, стучат, — поддельно-разочарованно отвечает блондинка, вставая с дивана.
— Ты будешь гореть в аду, — вздохнув, коротко резюмирует брюнетка перед тем, как Форбс отключается. Усмехаясь, она идет к двери и, открыв ее, застывает с выражением легкого шока на лице. Дилан, как-то нездорово облокотившись на дверной косяк, поднимает на нее тяжелый взгляд. Она замечает разводы крови на его белой футболке и черной джинсовке и, это определенно вызывает у нее тревогу, когда она уже чуть было не почувствовала облегчение, увидев его.
— Дилан, что случилось? — Аккуратно спрашивает Ханна, — Где ты был? — Нетерпеливо добавляет она.
— Ханна, я… Мне так жаль, — неестественно для него сиплым голосом произносит он. Бармен отводит взгляд в сторону, — Что-то пошло не так.
— Ты обратился, — тихо резюмирует девушка, подтверждая тот единственный возможный вариант, что они изначально предполагали. Она делает несколько осторожных шагов к нему, кладет ладонь на плечо, поглаживая, — Все хорошо. Я знаю, это сложно и ты наверное не понимаешь, что происходит. Но я могу помочь тебе.
Парень отрицательно качает головой, — Нет, нет, нет, нет, — безумно повторяет он, — Ты не понимаешь, — горько вздыхает Дилан, — Что-то пошло не так, — повторяет он. Бармен наконец-то поднимает на Форбс мутный взгляд. Он завороженно смотрит на нее, — Я не могу избавиться от этого чувства голода… — Под глазами бармена появляется темная сеточка из вен. Его грудь вздымается от учащенного дыхания, — И… — Блондинка теряется. Она делает предупредительные шаги назад, когда он цепляется за ее руку на своем плече, тяня на себя, — Я постоянно чувствую твой запах, — на выдохе заканчивает парень. Он выпускает свой вампирский оскал и уже через мгновенье сладко впивается в ее шею.
Комментарий к Глава 21 Все, что было в Новом Орлеане – остается в Новом Орлеане :) :)
Или коротко о том, как новый чп окончательно сломал автору психику :) :)
====== Глава 22 ======
Ханна чувствует острую боль, которая не мельтеша, моментально распространяется по всему телу. Она почти что сразу же обмякает в руках Дилана, ощущая, как ноги предательски перестают держать. Она чувствует, как он снова и снова буквально вгрызается в ее шею, чувствует, как маленькие теплые струйки крови медленно стекают по горлу. Глаза от непреодолимой слабости невольно закатываются, девушка из последних сил цепляется за куртку бармена, пытаясь окончательно не отключится.
Поймав момент, когда парень на ничтожную долю секунды отстраняется, Форбс резко отталкивается от него, отшатывается назад, сумев преодолеть порог дома. Она небрежно пытается найти опору в стене, когда мир начинает плыть вправо, но рука соскальзывает сразу. Раздается звук биения чего-то большого и определенно стеклянного. Блондинка вздрагивает от неожиданно раздавшегося звука, оборачивается, из-за заплетающихся ног чуть было не встретившись лицом с полом.
Дилан замирает, — Ханна… — сипло проговаривает он, бармен делает неосознанный шаг вперед, встречаясь с невидимым барьером, — Мне так жаль… — шепотом говорит он. Оперевшись на косяк двери, он медленно оседает на пол, зарываясь руками в темные волосы.
Ханна сглатывает. Тяжело дыша, она прижимает ладонь к окровавленной шее, кидаясь к лестнице. Голова кружится. Бросившись к двери ванной комнаты, девушка на ощупь находит ручку, открывая ее. Она набрасывается на раковину, сильно вцепляется в нее руками, оставляя на белой поверхности красные разводы. Форбс аккуратно поднимает взгляд на зеркало, кажется, что ей отгрызли кусок шеи, когда она смотрит на себя. Начинает мутить. Дрожащими руками она открывает кран на полную, остервенело пытаясь отмыть алую жидкость с рук, когда слышит характерный звук шагов внизу. Блондинка резко оборачивается на дверь, чувствуя, как сердце начинает биться еще сильнее. «Он не мог войти, он не мог войти, он не мог войти» – только и повторяет она про себя, отшатываясь к стене позади себя, когда шаги становятся все ближе и дверь беспардонно распахивается.