Понимаете, когда политкорректность доходит до такого бреда, что в фильме про маршала Маннергейма маршала играет кенийский актер… Может быть, он замечательный актер, дай ему бог здоровья, успешной карьеры и больших ролей, и премии Оскар. Но маршал Маннергейм – как-то я уже говорил – он, вообще-то, был белый, он даже был, может быть, отчасти блондином и светлокожим, и он никак не был чернокожим. Ну что же, в самом деле, за ерунда! Это же та самая фальсификация истории. Вот это все не проходит. И в Швеции невозможно бороться с этими законами, ибо они так решили. Швеция в общем и целом уже проиграна.
Ну, про историю с городишком Ротерхэм в Англии, где в течение чуть ли не 15 лет пакистанцы насиловали белых девочек – это все уже много раз говорилось. Идет этот судебный процесс. Если бы вдруг оказалось – мы не призываем к розни, мы не призываем к экстремизму, мы ни к чему не призываем – что волной народного возмущения всю пакистанскую общину Ротерхэма смыло в море, – я не знаю, может быть, Аллах бы счел, что это вполне справедливо и так лучше для дела.
Так вот, поскольку люди принадлежат к разным цивилизациям, нельзя к людям, воспитанным разными цивилизациями, сформированными разными цивилизациями, подходить с одними средствами и одной меркой. Ну, точно так же, как одной из традиционных легендарных китайских лакомства – тухлые яйца. Ну, угостите европейца этим тухлым яйцом – вероятно, его стошнит. Или – я знаю – африканцы где-то в Африке могут с удовольствием жевать живых личинок – не помню каких – насекомых, и не их одних. Из белых это могут только те, кто в спецназе прошли курс выживания. Там чудесные учебники типа: «Если вам в диком яблоке попадется червяк, ни в коем случае не пренебрегайте им, потому что в этом червяке, калорий больше, чем во всем остальном яблоке». Правильно – но не каждый может это съесть.
В Германии происходит уничтожение собственной культуры, целенаправленное и намеренное.
Вот это относится к ментальности и мировоззрению людей, воспитанных разными цивилизациями. Таким образом, если где-то сурово караются некоторые проступки, а видимо в другом месте они не караются никак, то тот, кто приехал из сурового края, начинает вытирать ноги об этот благодатный край, который сегодня называется Европой. Система устроена неправильно. Я уже не говорю об этих ужасах – об этих исследованиях IQ, где получается, что европеец, африканец, араб не равны по своему среднему IQ.
Вот то, что я говорю сейчас, может быть в любой толерантной стране расценено как фашизм. То есть опровергнуть это нельзя. Статистические выкладки никем не опровергнуты, потому что не получится.
Один канадский профессор всю жизнь, среди прочего, определял с IQ своих студентов и студенток. Самые разные – социальные, национальные и так далее – группы. И у него получилось в среднем, что студент мужского пола – IQ на 2,5 пункта выше, чем у студента женского пола. За это сейчас можно вылететь с работы, если ты это заявишь, и плевать всем на твою статистику, потому что она не имеет никакого значения.
Так вот, 44 года назад, помнится, в 71-м году был поставлен знаменитым Филиппом Зимбардо «Стэндфордский тюремный эксперимент», когда 24 человека – добровольцы из студентов – по жребию делятся 12:12: тюремщики и заключенные. Тюремщики выбирают себе форму, чтобы она им нравилась – одинаковую. А заключенных неожиданно вывозят из домов, пропускают как бы через полицейскую процедуру, одевают в тапочки, халаты, не дают нижнее белье. И задача охранников ставится – чтобы всячески сломить, унизить и отобрать всякую власть. Но задача заключенных – пытаться сохранить свое «я» и так далее.
Эксперимент был рассчитан на 18 дней. Прекратился через 6. Потому что в охранниках стали появляться садистские наклонности. Они стали уж совсем издеваться над заключенными. Им понравилось это дело. Они проводили в этой импровизированной тюрьме даже больше времени, чем нужно было по графику их дежурств. А заключенные начали собачиться между собой: думали, как уничтожить охранников, строили планы побега и так далее. То есть две группы через 6 дней – нормальные ребята, из того же университета – возненавидели друг друга. То есть, очевидно, можно построить такую модель отношений, где две группы возненавидят друг друга. Это то, что мы имеем сегодня в Европе.