— И вот как-то раз, после родительского собрания, заскакиваю я в это кафе. А она там, за стойкой, смотрит на меня такими глазами… Будто я не мужик, а последний кусок шоколадного торта на земле. Ну, я, понятное дело, не дурак, пригласил её на свидание. Сначала в кино, потом к себе.
Мэтт остановился, упёрся руками в бока и снова засмеялся, громко и смачно.
— И вот, представляешь, приходим ко мне. А у меня как раз соседи сверху, благочестивые такие меннониты, ремонт затеяли. С самого утра долбят, сверлят, гремит всё. А мы с Шелли… ну, короче, начали знакомство с моей спальней поближе.
Кевин, слушая, замер с ящиком в руках. Глаза парня горели неподдельным интересом, а на губах блуждала смущённая улыбка.
— И что вышло? — не удержался он.
— А вышло то, что эта самая Шелли оказалась с сюрпризом, — продолжил Мэтт, снова пуская луч фонаря по комнате. — Тихоня с виду, скромница. А на деле… Господи, да эта девочка оказалась ненасытнее, чем голодный зомби на диете из одних веганов! Только прижмёшь её к стене, вроде бы всё, финиш, а она тебе шепчет: «Мэтт, а давай ещё?» И так раз пять, не меньше! А сверху этот адский стук, молотком по батарее, будто нам в такт аккомпанируют! В итоге, соседи угомонились, а мы с Шелли лежим, как выжатые лимоны, и не можем пошевелиться. Самая изматывающая и одна из лучших ночей в моей жизни, чёрт побери!
Кевин фыркнул, пытаясь сдержать смех, и от смущения чуть не уронил ящик с какими-то ржавыми деталями.
Тем временем, они переместились в следующий зал, больше похожий на архив. Стеллажи с папками, коробки с документами. Ничего полезного.
— Мистер То… то есть, Мэтт, — поправился Кевин, — а как у вас сейчас с Бэтти? Всё хорошо?
Мэтт на мгновение задумался. Ухмылка мужчины стала мягче.
— А что? Всё нормально. Девчонка она хорошая. Славная. И знаешь, после всей этой истории с Карлом и его ублюдками… так вообще, можно сказать, воспылала ко мне настоящей любовью. Ну, как же.
Он снова заговорил с лёгкой самодовольной интонацией.
— её герой, который встал на пути негодяев, защитил честь и достоинство прекрасной дамы. Как-никак, твой покорный слуга оказался в числе тех, кто дал им отпор. Романтика, блин, в стиле апокалипсиса.
Он помолчал, а потом обернулся к Кевину, его взгляд стал более серьёзным.
— Кстати, о том дне. А ты молодец, парень. Я слышал, ты здорово помог, когда второй склад отбивали. Не растерялся.
Кевин покраснел так, что это стало видно даже в тусклом свете фонарей. Он опустил голову, разглядывая свои ботинки.
— Да нет… это не я, Мэтт. Это всё Курт Рассел и Рой. Они всё и сделали. Я… я просто сзади был. Стоял. Держал свой ствол наизготовку, но… но так ни разу и не выстрелил. Не пришлось.
Мэтт внимательно посмотрел на него, но не стал подтрунивать. Вместо этого он просто хмыкнул.
— И хорошо, что не пришлось. Стрелять — это не самое сложное, поверь мне. Сложнее, не стрелять, когда не надо. Ты правильно сделал, что не палил куда попало. Дисциплина, она важнее лихой стрельбы.
Наконец они вошли в гаражное помещение. Огромный зал с воротами, которые были наглухо закрыты. Пустые стойки для инструментов, несколько проржавевших баков для воды. Автомобилей, разумеется, не было. Все, что могли завести, давно поставлены на службу выживания. Но в дальнем углу, под огромным брезентом, они нашли несколько десятков металлических бочек и ящиков.
Мэтт подошёл к одному из ящиков и с силой оторвал крышку. Внутри, пыль и паутина.- Пусто. Как душа чиновника, — проворчал он.
Мужчина нагнулся вперёд, разглядывая ещё один ящик.
— Ого! А здесь у нас сюрприз.
— Что там?
— Динамит.
— Но откуда? — удивился парень.
— Не знаю. Может, после муниципальных работ. Может, его сюда временно положили, а потом начался весь этот трындец. Но трогать я его не рекомендую. Мало ли бабахнет.
Затем мужчина подошёл к бочке, постучал по ней костяшками пальцев, попробовал сдвинуть. Она была на удивление тяжёлой. С трудом открутив крышку, он сунул внутрь палец, а потом поднёс его к носу. Широкая, довольная ухмылка расползлась по его лицу.
— Ну, вот мы и нашли свой выигрышный лотерейный билет, малыш! Бензин! Настоящий, пахнущий, драгоценный бензин! И судя по всему, их тут штук двадцать!
— А он не испортился? Просто я слышал, что со временем он портится.
— Да чёрт его знает. Нужно сказать Курту Расселу. Он в этом знает толк.