— Я как раз шел к миссис Малфой, чтобы поздравить её с выздоровлением, — заметив, что пауза затянулась, произнес Нотт и наконец вошел в комнату. Гермиона заставила себя больше не поворачиваться к Малфою, потому что его поведение вызывало неприятные мурашки по всему телу.
— Это мило с твоей стороны, — поддержала гриффиндорка, любуясь розами. Это были не любимые цветы Гермионы, но их созерцание тоже приносило эстетическое удовольствие.
— Ерунда, — оправдался Теодор, подходя ближе. Он чувствовал себя глупым подростком, и ему нравилось это ощущение свободы и чего-то приятно-тревожного.
— Ты и так много сделал для моей матери. Не стоило, — голос Драко был пропитан вышколенной вежливостью, надменностью, холодом, но только не благодарностью. Он чувствовал, что между Ноттом и Грейнджер что-то происходит. Что-то, отравляющее воздух бездушного Малфой-мэнора своей приторной сладостью, кружилось над головами этих двоих.
— Брось, Драко. Уверен, ты бы поступил так же, — Нотт медленно улыбнулся, неохотно переводя взгляд с Гермионы на Драко. — Ох, — он разочарованно посмотрел на розы и притворно расстроился. — Кажется, здесь их неправильное количество. Слегка увлекся и не рассчитал.
— Так выкинь одну, — тут же едко предложил Драко, не сходя с места. Он наблюдал за развивающимся действием, желая найти последнее подтверждение своим смутным догадкам.
— Зачем уничтожать красоту? — прищурившись, возразил Нотт и его глаза блеснули хитростью, присущей всем студентам змеиного факультета. — Лучше подарить её достойной обладательнице.
Гермиона затаила дыхание от сбывшегося предвкушения. Нотт протягивал ей изящный цветок, и сердце едва различимо ускорило темп. Неуверенно приняв розу и зардевшись, девушка смущенно прошептала благодарность. Теодор все больше производил на неё впечатление молодого человека весьма привлекательного, воспитанного, и, главное, умного.
— Рад, что тебе понравилось, — Нотт проследил за восхищением, проскользнувшим на лице гриффиндорки, и довольно улыбнулся. — Наконец-то к твоему лицу вернулась кровь.
Гермиона тут же вскинула ладонь к щеке, проклиная собственную реакцию на невинный знак внимания.
— Что ж, я пойду, ведь уже поздно. Отдыхай и набирайся сил. Малфой, — проходя мимо Драко, Теодор остановился и посмотрел на него с плохо скрытым ликованием.
— Нотт, — процедил сквозь зубы тот, гневно вскинув брови.
— Доброй ночи, — насмешливо протянул Теодор и уверенной походкой вышел из комнаты. Еще несколько секунд Драко смотрел ему вслед, сжав зубы от беспричинного раздражения.
— Линк, — злобно выдохнул Малфой, и домовой эльф, до этого разглядывающий гостью, тут же засеменил к хозяину. — Я передумал. Посели мисс Грейнджер в покоях леди Элафии.
— Эм, господин, — эльф задумчиво поднял руку вверх, но, получив уничтожающий взгляд, тут же вытянулся и мелко закивал. — Линк исполнит любое пожелание хозяина в лучшем виде. Не беспокойтесь. Мисс, — существо обратилось к Гермионе и мотнуло головой. — Я провожу вас к вашим… Комнатам.
— Спасибо, — наконец отвлекаясь от созерцания розы, отозвалась Гермиона и покорно последовала за эльфом.
— Хороших снов, Грейнджер, — ядовито выплюнул Драко ей вслед, и девушка неуютно поежилась. Тон слизеринца ей определенно не нравился. Оглянувшись, она запечатлела на лице Малфоя торжественную злорадную улыбку.
— И тебе, — пугливо отозвалась она, мигом скрываясь в темной арке.
Они шли в обратном направлении вплоть до главной лестницы, ведущей на третий этаж. Гермиона еще не бывала в этой части поместья. Интерьер третьего этажа отличался преобладанием светлых тонов и большим количеством окон. Мягкий бордовый ковер деликатно заглушал шаги идущих, и оттого создавалось малое ощущение уюта.
— Почему третий этаж так отличается от остальных? — обратившись к домовику, Гермиона слегка замедлила шаг, разглядывая симпатичные натюрморты в позолоченных рамах.
— О, мисс, раньше это была женская часть Мэнора.
— Раньше?
— Да, много лет назад супруги хозяев не могли свободно перемещаться по поместью. Они были ограничены третьим этажом, а чтобы переместиться в главную гостиную или столовую, использовали порталы. Так они не пересекались с другими мужчинами и не мешали господам заниматься делами.
— Но ведь гости особняка могли подняться сюда?
— Женщины — да, — с готовностью кивнул домовик. — Но всем мужчинам, кроме Малфоев, разумеется, вход сюда был закрыт.
— Но сейчас же все по-другому? — Гермиона тревожно нахмурилась, с опаской озираясь назад. Её голову вспышкой посетила мысль о побеге.
— Магия Малфоев очень древняя. Она буквально пронизывает стены особняка, так что любые попытки её нейтрализации приведут к разрушению.
— Линк, — Гермиона остановилась, гневно поджав губы. — Не мог бы ты, пожалуйста, отвести меня в гостевую комнату на первом этаже, в которой я была в прошлый свой визит?
— Хозяин приказал отвести вас в комнату леди Элафии, мисс, — так, словно это было очевидным обоснованием даже для пятилетнего ребенка, произнес домовик. — Линк не может ослушаться молодого господина, иначе он накажет его.
— Но, — Гермиона вознесла руку в протесте, однако эльф уже отвернулся, а потом звонко щелкнул пальцами. Двери, у которых остановилась гриффиндорка, плавно отворились. Комната взирала на неё отчаянной темнотой и веяла вековым холодом. Вмиг Гермионе захотелось поскорее убежать отсюда как можно дальше.
Не замечая состояния гостьи, Линк скользнул в темноту покоев и закопошился там. До девушки около минуты доносились шорохи и постукивания чего-то металлического, а потом темнота разразилась теплым светом десятка свечей. Боязливо ступив на порог, Гермиона осмотрелась. На несколько секунд у неё перехватило дыхание.
Определенно, эта комната раньше принадлежала изысканной аристократке. Оформленная в изящном викторианском стиле и пастельных тонах, близких к бежевому, она, несомненно, являла собой образец тонкого искусства. Прямо напротив входа горел массивный мраморный камин, украшенный объемной резьбой и золотистыми фигурками в верхней части. Огонь тихо потрескивал за небольшой решеткой, разгоняя мрак и холод помещения. Диван и кресла с резными ножками, утопающими в ворсистом бежевом ковре, в безукоризненном порядке располагались напротив камина. У одного из массивных окон стоял широкий письменный стол из светлого дерева, вызвавший у Гермионы больше всего восхищения. За таким она готова была бы заниматься дни напролет. В углу рядом с дверью, развернутое внутрь комнаты, располагалось высокое овальное зеркало в золотой раме. Гермиона посмотрела на себя, одетую в обычную маггловскую одежду, и тут же неуютно сгорбилась. Комната давила на девушку своей изящностью и пышностью убранства.
— Мисс, — позвал Линк, и волшебница поспешно оторвалась от созерцания великолепной хрустальной люстры, светящейся магическими огоньками. — Ваша спальня.
Если пять секунд назад Гермиона думала, будто ничто в жизни уже не сможет удивить её больше, то сейчас признавала, что жестоко ошибалась. Она хотела сделать шаг в арочный проход, украшенный легкими ажурными занавесками, но получилось только неуверенно покачнуться. Почти все пространство небольшого помещения занимала большая кровать с массивным пологом. Плотные занавески, складываясь в причудливые волны, обрамляли углы и верхние части балдахина. Белоснежное покрывало с вышитыми на нем золотистыми узорами покоилось под мягким освещением свечей, расставленных на двух комодах по бокам от кровати. Приоткрыв рот, Гермиона все-таки ступила в спальную, неверяще разглядывая обстановку.