Аппаратъ точно изъ приличiя пощелкалъ еще немного, потомъ все стихло. Капитанъ Немо снялъ съ себя наушникъ. Онъ всталъ и прошелся по кабинету.
— Ты слышалъ, Петръ Сергѣевичъ. Медлить больше нельзя. Твои отряды готовы?
— Да… Болѣе или менѣе. Насколько можно было въ такой короткiй срокъ изучить такое сложное и большое дѣло.
— Я тебя понимаю. То, что намъ надо знать такъ безпредѣльно, что сколько ни изучай, все останутся необслѣдованныя области знанiя. Все тысячи вопросовъ будутъ безъ отвѣта. Что дѣлать? — найдете отвѣты на мѣстѣ, ихъ подскажетъ вамъ сама жизнь. Настало время дѣйствовать. Иначе, пока солнышко взойдетъ — роса очи выѣстъ. Каждый день, что коммунисты остаются у власти, усиливаетъ ихъ на годы и приближаетъ возможность мiровой революцiи и гибели европейской культуры… Мы начнемъ… Другiе намъ помогутъ… Братья Русской Правды борются уже давно. За нами, а когда все узнаетъ, и съ нами — громадный Обще-Воинскiй Союзъ… Итакъ приступимъ… Проси ко мнѣ сейчасъ всѣхъ начальниковъ отрядовъ, Русскихъ и иностранныхъ… Когда я ихъ отпущу, пусть явятся ко мнѣ летчики машинъ, назначенныхъ подъ отряды.
— Слушаюсь…
Ранцевъ спускался быстрой походкой съ горы. Кругомъ томительно красивая была лунная ночь. Внизу тусклыми казались фонари на лагерной линейкѣ. Мертвая тишина была на острову. Океанъ былъ тихъ. Изрѣдка онъ точно вздыхалъ во снѣ. Набѣгала волна прибоя. Это молчанiе природы смягчало и умиротворяло бурно колотившееся сердце Ранцева.
Вотъ оно, то, о чемъ столько лѣтъ въ эмиграцiи онъ мечталъ — начинается… И какъ!..
X
Такъ же, какъ и Ранцевъ, всѣ офицеры, кого въ этотъ позднiй часъ разбудили и потребовали къ капитану Немо, долгiе годы эмигрантскаго бытiя, не переставая, мечтали о томъ, какъ они вернутся на родину. Возвращенiе въ Россiю было смысломъ ихъ жизни. Безъ мечты о немъ и самая жизнь была невозможна.
Въ разное время по разному представлялось имъ возвращенiе въ Россiю и работа тамъ.
Чаще всего имъ рисовалось, что гдѣ то… скорѣе всего въ Юго-Славiи формируется русская армiя. Во главѣ ея становится благороднѣйшiй, единовѣрный король рыцарь Александръ и ведетъ эту армiю черезъ Румынiю въ Бессарабiю и начинаетъ новый побѣдоносный походъ на Москву. Они идутъ въ его армiи, кто простыми рядовыми, кто ротными, кто батальонными или полковыми командирами. Въ этихъ мечтахъ походъ всегда рисовался опредѣленными чертами. Сборъ въ какомъ то лагерѣ. Вооруженiе и снаряженiе. Короткое, но умѣлое «интенсивное» обученiе. Эшелоны. Выгрузка. Походная колонна. Мѣры охраненiя. Развѣдка и бой… Непремѣнно бой… Далекiй гулъ чужой артиллерiи и бѣлые дымки разрывовъ въ синемъ небѣ надъ головами.
Смѣлое и быстрое движенiе не ложащихся цѣпей…
Варiанты были разные, но смыслъ былъ одинъ — бой и входъ побѣдоносныхъ полковъ въ Одессу, Елизаветградъ, Черкасы, Полтаву, Харьковъ…
Иногда все это представлялось въ воображенiи по иному. Образумились нѣмцы. Хитлеръ, что ли перевернулъ всѣ ихъ планы? Они порвали съ большевиками, заключили союзъ съ французами и «бѣлая армiя» выдвигается изъ Эстонiи и Финляндiи — прямо на Петербургъ… Чего бы проще?… Вся операцiонная линiя меньше ста верстъ… Или это Францiя приказала Польшѣ, и бѣлая армiя формировалась въ Польшѣ и шла на Двинскъ и Псковъ, или на Великiе Луки и Москву…