— Кто?! — Саламатин почти выкрикнул, тут же понизив голос до шепота, но с такой силой, что Калугин услышал его четко. — Кто дал приказ выйти ЗДЕСЬ?! Прямо под окнами?! Ты понимаешь, куда ты всплыл?!
— Никто не давал прямого приказа на этот выход, — ответил Калугин, глядя поверх головы Саламатина на огромное здание. — Это был аварийный протокол, заложенный в систему с 1953 года. «Точка Альфа». На случай критического сбоя связи и угрозы захвата лодки на основной базе. Он сработал. И теперь… — Калугин медленно обвел взглядом ослепляющие прожектора, растерянных часовых, бледное лицо Саламатина, — …вы нас увидели. Весь Генштаб, можно сказать. Секретность проекта, как говорится, обеспечена.
В глазах Саламатина мелькнуло что-то, похожее на ярость и… страх. Он резко отвернулся, делая знак офицеру охраны.
В здании Министерства обороны. Кабинет первого заместителя министра. 04:55.
Генерал армии Павелченко, набросивший шинель поверх пижамы, бил кулаком по столу. Его лицо было багровым.
— Подводная лодка?! В центре Москвы?! У моих парадных окон?! Вы что, охренели там все, товарищ адмирал?! — он орал на начальника Главного штаба ВМФ, который стоял по стойке «смирно», бледный как полотно. — Это шутка?! Диверсия?! Где она взялась?! Откуда?!
— Товарищ маршал, — голос начальника ГШ ВМФ дрожал, — это… это не наша лодка. То есть… она наша, но… не флотская. Это… — он сглотнул, — …К-12. Из проекта 741.
— Какого черта… 741?! О чем ты?!
— Спецпроект, товарищ маршал. Подземные… транспортные средства. Глубинного базирования. Они шли… из-под Курска. Под всем Центральным округом. Экстренная ситуация…
Павелченко замер. Он смотрел на адмирала, как на сумасшедшего. Потом медленно опустился в кресло.
— Под… землей? Из-под Курска? До Москвы? — он произносил слова с трудом. — И ты хочешь сказать, что эта… эта бандура… проползла под всем Союзом, как крот, и вынырнула у меня под окном?!
— Так точно, товарищ маршал. Технически… да.
— А если бы это был противник?! — голос Павелченко снова взвился до крика. — Если бы они такую штуку запустили?! С десантом?! С бомбой?! Что тогда?! Мы бы узнали, когда бы они в кабинет ко мне вплыли?! Или прямо в Мавзолей через Неглинку?!
В кабинете повисло тягостное молчание. Генералы переглядывались. Полковник Саламатин, стоявший у стены, молчал, его лицо было каменным.
— Знает ли об этом… Первый? — спросил Павелченко тихо, но с ледяной угрозой.
— Пока нет, товарищ маршал, — ответил Саламатин. — Но ему доложат обязательно, чуть позже.
Павелченко закрыл глаза, будто молясь о терпении.
— Немедленно, — он говорил сквозь зубы, — оформить это как… внеплановые учения сил госохраны и речной флотилии по отражению диверсии с воды. С привлечением… экспериментального глубоководного аппарата. Понимаете? УЧЕНИЯ! Перевести всех, кто это видел, включая охрану, на особый режим допуска. Провести беседы. Очень строгие беседы. Развернуть объект «Шлюз» для изоляции экипажа. Немедленно!
— А лодку? — спросил начальник ГШ ВМФ.
— Какую лодку?! — Павелченко снова ударил кулаком по столу. — У нас нет подводных лодок в Москве! Не было и не будет! Спрячьте эту… эту консервную банку! Чтобы духу ее не было! И чтобы я больше никогда, слышите, НИКОГДА не слышал о ваших подземных кротах!
Ночью лодка К-12, накрытая брезентом, была поднята мощным плавучим краном со дна реки и погружена на специальную платформу. В документах она значилась как «нестандартное гидрологическое оборудование для НИИ механизации и автоматизации водного хозяйства».
Экипаж, включая Калугина, был вывезен на спецобъект «Шлюз» под Рязанью.
Калугин исчез из всех списков, его имя стерли даже из закрытых ведомостей проекта 741. Формально, он пропал без вести.
Но слух, как масляное пятно, пополз по коридорам власти и столичному гарнизону. Шепотом передавали невероятное: «Под зданием на Фрунзенской набережной — тоннель. Из него всплыла субмарина. Своя. Но страшная…».
В неучтенных полевых записях капитана 1-го ранга В. Калугина (обнаружены в 1993 г.):
«14.09.59. Точка Альфа. Всплытие. Они увидели монстра, которого сами создали. Испугались. Теперь Сеть — не призрак. Она — кошмар, который явился к ним в окно. Объект «Кристалл» доставлен. Сеть доказала абсолютную проходимость. Потенциал: 80 % территории Союза — под нами. Главное условие выживания — абсолютная секретность — нарушено. Теперь главная угроза — не внешний враг. Главная угроза — утечка среди своих. Они задушат Сеть, чтобы скрыть свой испуг и позор. Мы обречены. Но маршрут был красив. Последний настоящий маршрут».