Скользкий Плавник этого не знала. Она вообще не знала, что такое мясо насекомых. И хотя вкус ей понравился, дикарка поняла, что в окружающем мире стало происходить что-то не то. Нечто совершенно невероятное, неправдоподобное. А значит, она в лучшем случае спит. В худшем — уже умерла.
— Хорошая мысль, — направленно ответил ей Найл, чем только подкрепил в самых страшных предположениях. — Давайте устраиваться спать. Двинемся дальше после отдыха.
Только сон спас рассудок несчастной дикарки. Очнувшись после долгого отдыха, с больными ногами и грудью, она поняла, что все привидевшееся всего лишь померещилось. А вот теперь вокруг настоящий мир: мрак, холод. В желудке сосет от голода, но есть пока нечего. Зато оба спутника рядом. Вместе, может быть, люди не пропадут.
Ей хотелось сказать, что ходить в мертвые земли не стоит — там почти нет рыбы, совсем нет пещер и иных укрытий. Человеку нечего делать в этих местах. Но говорить, когда вокруг нет воздуха, невозможно, а вождь решительно двинулся вперед — и Скользкий Плавник потянулась следом.
— Назия, — поинтересовался Найл, оставив в покое мысли дикарки. — Как далеко еще нам идти до Семени?
— Мы одолели две трети пути, мой господин.
— Хорошо. Надеюсь, теперь дорога станет легче.
Под ноги людям теперь ложилась однообразная каменистая пустыня с очень тонкой илистой прослойкой. Почему-то море поленилось загладить свое дно с этой стороны от горного массива, и часто встречающиеся валуны встречали прохожих острыми ребристыми гранями. По счастью, все движения под водой получались плавными, медлительными, и о камни никто не поранился. Хотя несколько раз и Нефтис, и правитель спотыкались и даже падали.
Но в любом случае, для движения по здешним местам требовалось только терпение и внимательность — никакой ловкости, никакой отваги проявлять было негде. Только иди и иди, поглядывая на проплывающие в черной толще белые и желтые огоньки. Живущие в мертвых землях существа не превышали размером мокрицу, были несказанно медлительны — но каким-то образом иногда ухитрялись хватать друг друга и жадно пожирать.
Через день Назия скинула им еще мешок с водой и мясом.
На этот раз посылка не вызвала у дикарки столь ярких эмоций — хотя она опять заподозрила, что умерла и видит потусторонние чудеса. И очень огорчилась, что мир мертвых мало отличается от реального.
Еще через день правителю не удалось установить с Назией мысленный контакт. Разумеется, когда в дело вступили смертоносцы, он опять смог отдавать морячке приказы — но стало ясно, что дно продолжает понижаться, и каждый день пути погружает путников на все большую и большую глубину.
— Нам еще далеко до Семени, Назия?
— Еще четверть пути, мой господин.
Больше всего Посланник Богини опасался того, что около Семени, благодаря жизненным излучениям зародыша будущей Богини, людям встретятся какие-нибудь монстры. Достаточно вспомнить обитающих в Дельте тварей: земляные фунгусы — хищные растения, выскакивающие из земли, хватающие жертву и утаскивающие ее в темноту; полуразумные люди-лягушки, плюющиеся ядом; невидимые гигантские ящеры; поющие цветы и деревья, испускающие сонный газ; норные крокодилы, шипастые кусты с шевелящимися ветвями. И это только то, что Найл мог припомнить с ходу. Столкнуться хоть с одним из подобных порождений избыточной жизненной энергии здесь, в полной темноте, не имея возможности быстро двигаться, могло означать только мучительную неминуемую смерть.
Кто знает — может, вон тот рачок вблизи Семени вырастет до размеров Белой Башни и станет жрать морских змеев, как обычных червяков, а вот та рыбка с большой пастью и светлячком на длинном усике станет маскироваться под горный отрог с уютной пещерой, а потом пожирать всех, кто остановится у нее в пасти на ночлег.
Но своим спутницам правитель никаких опасений не высказывал. Бойся, не бойся — а они все равно обязаны выполнить просьбу Великой Богини и найти малютку из ее рода. Слишком многое зависит в жизни всей страны, в жизни сотен тысяч людей от воли, настроения и благожелательницы хозяйки Дельты.
Однако пока все происходило неправильно. С каждым днем плавающих вокруг в водной толще светлячков становилось все меньше и меньше, уродливые рыбешки сокращались в размерах, слой ила под ногами напоминал просто тонкую пленку слизи, налипшую на камни. Одновременно все труднее и труднее становилось установить ментальный контакт с сопровождающими путников кораблями. Теперь о прямом разговоре с морячкой пришлось забыть, и даже контакт с Первым получался трудным и часто разрывался. Смертоносцам приходилось объединять свои ментальные поля в единое целое, чтобы пробить водную толщу и услышать очередной приказ Посланника Богини.