— Фил, привет, пошли-ка, погуляем между деревьями, а то тут больно шумно, — убийца встал и кивнул в сторону одной из узких аллей, примыкавших к площадке. — Как отдохнул? Рассказывай.
— Отдохнул классно, как ты и велел, — улыбнулся Филипп.
— Ты не вылезал оттуда две недели, да?
— Я на три дня ездил в Цернибор. В Удоли я случайно подцепил одну венгерку, и мы с ней заскочили в Цернибор, она там останавливалась. А остальное время я провел в Удоли. Ты говорил, что мне главное быть там в первый и в последний день. Надеюсь, проблем нет?
— Ты ей представился своим настоящим именем?
— Да, а что?
— Да, нет, все в порядке, Филипп, просто так спрашиваю. Говоришь, венгерка, а? Даже туристку успел склеить? Молодец! — ощерился Родриго. — А ведь у тебя в Америке подруга есть. Если она узнает?
— Она в Англии, не узнает. Да и у меня не впервые так происходит. Дело молодое, сам знаешь, гормоны, как разыграются, мозги сразу вышибает. Ты ведь тоже не святой, верно?
— Верно, каюсь…. От тебя зависит, сколько еще я смогу притворяться невинным. Значит, ты с документами ничего не перепутал?
— В гостинице пользовался только твоим паспортом, все сделал так, как ты велел. Вот тебе паспорт и два билета, туда и обратно, — Филипп расстегнул молнию на своей сумочке, висевшей на плече, и достал мятые бумажки и карточку.
— Молодец, — разглядывая билеты, пробурчал Родриго. — Твоя девушка или кто-то из друзей спрашивал тебя, куда ты ездил? Что ты им сказал?
— Я им говорил, что сначала был в Белиборе, а потом в Церниборе. В Белибор я ездил в прошлом году и знаю, как он выглядит. Хитро я все придумал, да?
— Из тебя бы хороший преступник получился, Фил, никто бы не смог раскрыть твой заговор, — иронично ответил любовник Вероники и загадочно улыбнулся, будто чего-то не договаривая.
— Нет, спасибо, Родриго, мне на нары не охота.
— А, скажи-ка, ты до вокзала доехал на метро? Я имею в виду, когда ты должен был сесть на поезд в Удоли.
— А… да, на метро. А сегодня, с вокзала до дому доехал на такси. Это, надеюсь, не испортило твой план?
— Нет, все в порядке. Ты пользовался «Желтой стрелой»?
— Да, стрелой. Кстати, я поснимал Удоли, сейчас скину тебе фотки на телефон.
— Ты их случайно в сеть не выложил?
— Нет, я выложил только несколько фоток из Цернибора. Для достоверности.
— О, это та горячая венгерка? — разглядывая фотографии в мобильнике Филиппа, спросил убийца.
— Ага. Как она тебе?
— Неплохо, неплохо. Хороший улов.
— Да, хорошо мы отдохнули.… У меня на спине все еще остались следы от ее маникюра. До приезда моей девушки заживут, надеюсь. А у тебя как прошел отдых? Похвастайся.
— Я тоже хорошо отдохнул, только у меня обошлось без маникюра. Ты давай-ка сотри сразу фотки из Удоли. Мою одежду и чемодан не забыл выбросить?
— Одежду выбросил, осталось только от чемодана избавиться. Он у меня стоит в коридоре, готовый.
— Обязательно не забудь снести его на помойку.
— Не забуду, Родриго, не беспокойся. Как же ты боишься своей девушки, прямо удивляюсь…
— С ревнивыми истеричками можно только так. Так что я не зря страхуюсь.
— Ну ладно, как знаешь. Если я не ошибаюсь, ты мне обещал еще две сотни евро подкинуть. Я все выполнил, как ты велел. Никто ничего не заподозрил.
— Я не забыл, Фил, — Родриго сунул руку в борсетку и достал две крупные купюры, — вот тебе твой гонорар.
— О, спасибо, — широко улыбнулся Филипп, принимая деньги. — Если тебе снова понадобится алиби, ты знаешь к кому обратиться.
— О, да, конечно. Хотя вряд ли скоро придется повторить этот цирк. А пока ты был на отдыхе, бороду свою не брил? — осведомился конспиратор, взглянув на щетинистый подбородок собеседника.
— Нет, так ходил, как сейчас. Я в принципе не бреюсь гладко, — погладив колючие щеки, ответил молодой мужчина.
— Хорошо, Фил. Ну, у меня, кажется, больше вопросов к тебе нет, так что можем расходиться. Давай, иди сорить деньгами, ты же сейчас богатый.
— О, да, сегодня назюзюкаюсь как скотина…
18
После встречи с Филиппом, наивно верившим в то, что действительно спасает своего знакомого от ревнивой до крайности девушки, Родриго, заскочив по дороге в ближайший торговый центр, чтобы купить букет цветов, — эта идея пришла ему в голову совсем спонтанно, — пошел к старому дому, в котором жила его любовница.
Дойдя до пятиэтажной постройки из бурого кирпича, он оглядел парковку на заднем дворе, — машина Вероники стояла на своем привычном месте, — затем встал у подъезда и поднял голову к мансарде. Широкие окна гостиной, прикрытые бежевой занавеской, светились бледным электрическим светом.