«Какого черта?» — спросил Харботтл у своего сигнальщика Уильяма Филдера.
«Похоже на патрульные суда, сэр».
Эти неизвестные корабли почти наверняка были траулерами, занятыми тралением. Внезапно они включили ходовые огни, и Харботтл понял, что они пересекают курс его лодки, но движутся очень медленно. Он сразу приказал:
«Право пятнадцать».
Но тут Харботтл осознал, что сближается с траулерами слишком быстро, и потому требуется более резкое изменение курса. Он немедленно приказал:
«Право на борт!»
В рулевой рубке, расположенной под мостиком, матрос первого класса Гарольд Кертис завертел штурвал, и нос лодки покатился влево. Но прежде чем Харботтл решил, что следует делать дальше, рулевой крикнул:
«Руль заклинило, сэр!»
Штурвал замер всего в 2 градусах от крайнего положения. Кертис мог сдвинуть его лишь на 3 дюйма в какую-нибудь сторону. Дальше штурвал отказывался вращаться.
Харботгл включил ходовые огни и приказал:
«Обе машины — малый вперед».
Он с тревогой оглянулся, чтобы увидеть заднего мателота. К счастью, в этот момент К-12 тоже включила ходовые огни, и Харботтл с облегчением увидел, что она благополучно разминулась с К-14. Он был уверен, что де Бург на К-22 следует в кильватер К-12, поэтому решил поскорее убраться с пути линейных крейсеров, которые шли в 4 милях сзади. Он скомандовал:
«Левая — полный вперед, правая — малый».
Таким образом Харботтл надеялся компенсировать действие заклиненного в положении «на борт» руля. Но в следующий момент Кертис сообщил, что руль освободился. Он оставался заклиненным 6 минут. Харботтл решил поскорее занять свое место в строю и приказал: «Лево на борт, обе машины — полный вперед».
Как раз в тот момент, когда на К-14 заклинило руль, вахтенный офицер К-22 лейтенант Дикинсон потерял кормовой огонь шедшей впереди К-12. Он продолжал следовать прежним курсом 65°.
Внизу, в унтер-офицерском кубрике Оскар Мот сказал Уилли Дамереллу:
«Смешная штука, Уилли, ведь ровно 12 месяцев назад они вытащили нас из лодки в Гэрлохе, хотя это произошло чуть позднее. Примерно в 10 вечера».
Дамерелл заметил:
«Если судьба намерена подшутить над нами еще раз ровно год спустя, ей следует поторопиться».
На мостике Дикинсон, рулевой, сигнальщик и наблюдатель напрягали глаза, пытаясь снова увидеть тусклый кормовой огонь К-12. Прошли 3 минуты. Внезапно в 200 ярдах справа по носу вспыхнули красные ходовые огни. Какой-то корабль пересекал курс К-22.
Дикинсон отреагировал немедленно.
«Право на борт!» — завопил он.
Но К-22 двигалась со скоростью 19 узлов, и она слишком медленно послушалась руля. Еще до того, как К-22 начала поворот, ее форштевень врезался в борт другой лодки. Троих людей, стоящих на мостике, бросило на парусиновый обвес. Несколько человек в отсеках попадали. Де Бург поспешно бросился к трапу на мостик.
Дикинсон продолжал торопливо распоряжаться:
«Обе машины — стоп. Задраить водонепроницаемые двери».
Моряки в отсеках послушно делали все, что приказано. Кто-то включил ходовые огни. Де Бург поднялся на мостик и спросил:
«Какого черта? Во что мы врезались?»
Дикинсон ответил:
«Не знаю, сэр. Вероятно, это К-12. Она появилась справа от нас, и я заметил ее только в последний момент, когда она включила огни».
Де Бург тревожно оглянулся назад и сразу приказал:
«Бросьте летучий провод с сигнальными огнями на кормовую часть мостика, чтобы в нас не врезался еще кто-нибудь. Отправьте кого-нибудь вниз, чтобы осмотреть носовую часть. Я спущусь, чтобы проверить двери. И ради бога, постарайтесь все-таки выяснить, в кого мы врезались».
Отправившись в носовые отсеки, де Бург обнаружил, что матросы успели задраить первую водонепроницаемую дверь в самый последний момент. Через пробоины в смятом прочном корпусе вода залила торпедный отсек и уже хлынула через комингс в следующий. Пока дверь держала, но в качестве дополнительной предосторожности де Бург приказал установить подпоры по всей переборке.
Когда он снова поднялся на мостик, Дикинсон смог сообщить, что они протаранили другую лодку типа К, однако он до сих пор считал, что это К-12.
Столкновение произошло практически в тот момент, когда на К-14 снова начало работать рулевое управление, и Харботтл отдал приказ пристроиться к ушедшей вперед флотилии. К-22 врезалась в левый борт систер-шипа в районе жилых отсеков, расположенных сразу позади нового торпедного отсека. Удар распорол борт, снес радиомачту. Вода хлынула в отсек, где за столом сидели 2 человека, которые сразу захлебнулись. В центральном посту находился старший помощник Гэвин. Он бросился к двери, ведущей в кают-компанию. Однако там имелась дополнительная деревянная дверь, которая должна была создавать офицерам какое-то подобие уюта. От удара она раскололась и застряла в проеме. Вода хлынула навстречу Гэвину по палубе кают-компании, переливаясь через комингс. Однако он спас и себя, и остальной экипаж. Сверхчеловеческим усилием он выбил деревянную панель и сумел задраить водонепроницаемую дверь. Затем он сообщил на мостик, что 2 носовых отсека затоплены, но дверь в центральный пост пока держит.