Корчма была местом людным и, не редко в стенах её случались побоища. Кулаки чесались у многих. У одних – до употребления спиртного. У других – после. У третьих – вместо. Даже кирпичная кладка, наверное, не смогла бы спасти корчму, если бы не пара охранников – вышибал, также отставных солдат, ну и не сам корчмарь, хоть старый, а вполне крепкий дедок, не лезший карман как за крепким словом, так и за похвалой для расторопных работников и работниц.
Викки отпила ещё немного и вздохнула.
- Чего печалишься? – спросил корчмарь с ехидцой в голосе, - Али переживаешь за кого?
- Всегда переживаю! – отвечала девушка, без тени сомнений, - У них там работа какая! Нужная! Ответственная! Сколько их вернётся…
Корчмарь даже уточнять не стал, о ком речь. И без этого знал.
- Это ты верно подметила… Верно! Но, главное – верь! Наши защитники – люди надёжные! Не дадут в обиду ни нас, ни себя!
- Так – таки не дадут? – подал голос из – за одного стола военный ф чистой форме, - В Северном направлении не удержали тоннель! Смели Рубеж – то! Пришлось в дело включаться охране шлюза! Вроде перезарядиться пулемётчик не успел и всё… Ладно, Рубеж – та монета, которую можно и разменять, иначе… Прорвались бы и внутрь, в хоженые подземелья. А там – что? Снова бы наверх, как при Первой Волне?!
- Болтаешь много, - покачал головой корчмарь, - Гляди, как бы не вышло боком…
- Это с чего бы?! – не унимался болтун, - Правду слышать неприятно? Ну, так и не слушай! Уши заткни! Кому надо, те услышат…
Корчмарь даже ухом не повёл. Около многословного возмутителя мигом появилось пара рослых охранников и тут же его вытащили за дверь, не смотря на упорство, под весёлый смех нескольких девиц…
- Бывают же такие! – покачал головой корчмарь, - Ты как, не задели его слова?
Викки поправила внушительный бюст, чуть не выпрыгивающий из кружев платья. Корсет удерживал груди девушки на достойном, пусть и не вполне пристойном уровне:
- Спасибо за заботу, Старый, всё нормально… Пытаюсь не цепляться к словам… - «Старым», корчмаря называли согласно прежнему прозвищу. Конечно же он не обижался на кличку. Не было в ней ничего обидного, скорее говорили её даже с некоторым уважением. Что ж, вполне терпимо.
Дверь открылась и в помещение вошли трое. Здоровый мужчина и пара молодых ребят: парень и девчонка. Викки улыбнулась: старые знакомые! Хорошо, что вернулись. Это означает, что жизнь идёт своим чередом, но в каком – то терпимом направлении. Можно сказать, глаз отдыхает.
- Привет воинам – защитниками, - Викки махнула рукой, - Как дела на Рубеже? Как настроение? Пришли отдохнуть, я смотрю?
- Само – собой, - ответил Олег, - После такой работы без отдыха – никак, сама понимаешь…
- Понимаю, - кокетливо повела бёдрами, обтянутыми цветастой юбкой Викки, - Работа сложная, нервная и опасная! Конечно, нужно и расслабиться после неё…
- Конечно же, дело наше сложное и ответственное! – влезла Милка, - Это не весь день в корчме сидеть!
Милка испытывала явную ревность к Викки. Девушка часто оказывалась близко к Олегу, когда представлялась такая возможность. Похоже, что это обстоятельство вызывало сильное раздражение молодой компаньонки пулемётчика. Она явно считала Олега кем – то вроде своей любимой игрушки и испытывала определённые чувства, если оную «игрушку» у неё пытались «забрать».
- Милка, - не груби тёте! – сказал Олег, - Все мы работаем на ответственном и опасном направлении, у каждого свой труд. Так, что не будь занудой!
- А я и не зануда! – показала Милка язык, - Просто, мне кажется, что те, кого чуть Волна не пожрала, они рискуют чуть больше, чем те, кто в тёплом месте сидит и коктейли попивает! Разве ж не так, а дядь?
Олег осмотрелся. В Корчме было немноголюдно и в основном мелькали мундиры военных и дамские платья, коих было всё же меньше. В сторонке что – то обсуждали двое штабных попивая пенный напиток и тыча пальцем в газету. Видно спорили. Может даже о ценах. Для кого – дело спасения страны, а то и людей, а для кого – свой малый заработок. Может и спорят, где купить дешевле, а продать дороже.