— Не трожь! — предупредил он.
Зур’дах сделал еще один шаг, и оказался прямо за странным камнем, по другую сторону, а впереди расстилался безграничный огромный тоннель, кишащий живностью.
Вот какое оно, Открытое Подземелье.
Дети же, в отличие от старика, вообще без всякого сопротивления перешли незримую границу, даже не заметив ее.
Гоблиненок оглянулся на камень. Легкое сожаление возникло оттого, что ему не дали дотронутся до него.
Почему, интересно, нельзя его трогать?
Драмар тем временем испытывал самое настоящее потрясение от неожиданного и удачного исхода.
Когда он вел сюда детей, то хотел лишь попробовать покинуть пределы камня, просто рискнуть. Но никакой уверенности и надежды на успех в нем не было. Просто попытка вырваться, не более.
Однако оцепенел он ненадолго, уже через десяток секунд встрепенулся и ожил.
— Хорошо… — пробормотал он себе под нос, — Очень хорошо…
Теперь у них был шанс убежать от этого холода, который распространялся вокруг пещеры все больше и больше.
Дети выжидающе смотрели на него.
— Куда мы теперь? — немного потерянно спросил Тарк.
Видя вперед Открытое Подземелье им стало немного страшно.
— Вперед. Больше некуда. — бордо и решительно ответил старик, сжав для уверенности посох.
Путь-карта была у него в голове, пусть и пока не вся целиком. Еще в прошлые приходы сюда, и к другим границам племени вспомнилось многое, в том числе и дорога, по которой он когда-то вел племя сюда. Раз привел сюда, — подумал Драмар, — значит и детей смогу вывести отсюда в старое Поселение.
Драмар решил также, что на первое время так и вовсе можно довериться чутью насекомых — эта мелочь в любом случае инстинктивно будет избегать слишком опасных мест. Правда, как только страх перед Предком перестанет гнать ее, она начнет вести себя совершенно иначе.
Справа и слева от него продолжали бежать остатки живности. Основная ее часть правда уже покинула тоннель, рассеиваясь дальше по ходам и пещеркам, однако какая-то часть еще бежала — надо было успеть за ними.
Старик сразу задал быструю скорость, почти бег, и Зур’дах с небольшим опозданием рванул вслед за ним. Гоблиненок нес все еще тяжелый бурдюк. Кайра шла сразу за ним вместе с изгоями, замыкали шествие Саркх с остальными. Кая какое-то время справлялась с их новой скоростью, но довольно скоро выдохлась, вновь раньше всех.
— Надо было оставить ее там, — зло сказал Саркх, который тоже был нагружен бурдюком, чем был страшно недоволен, — Слабым тут не место.
— Не разговаривать! — зло рявкнул Драмар, даже не обернувшись. Зур’дах не сомневался, что он все расслышал.
Тарк лишь молча посмотрел на Саркха, на Зур’даха и изгоев, и как в прошлый раз, усадил девочку себе на спину. Кая тут же воспользовалась возможностью, крепко уцепилась ручками — ножками за него продолжая задыхаться от быстрого полубега.
Первое время тоннель шел прямо и казался бесконечно однообразным. Никакой растительности, просто сплошные голые стены. Насекомые уже разбивались на совсем мелкие струйки и замедлялись, кто отползал в сторону, кто взлетал и усаживался на стены, кто вползал под камень. Насекомые устраивали себе новые места обитания.
Зур’дах еле поспевал за стариком, как, впрочем, и остальные дети. Ноги Драмара были намного длиннее, а потому там где он делал шаг, детям приходилось делать два. Так что они практически бежали.
Через полчаса в тоннеле стали появляться ответвления, небольшие тоннельчики,ростом с гоблина-ребенка. Попадались десятки тупиковых пещер, в которые Драмар заглядывал, проверяя, и сразу двигался дальше.
Когда насекомые вокруг окончательно замедлили свой темп и успокоились, Драмар тоже замедлился. Это было необходимо как ему, так и детям. Энергия которую могло выдать это старое тело — закончилась. Его хватило на этот рывок. Кое-как они дотащились до небольшой тупиковой пещерки и разместились внутри.
Старик тяжело выдохнул и прислонился к ближайшей стене, тяжело и громко дыша. Зур’дах и сам почти сразу привалился рядом. Ноги, наконец, могли передохнуть.
Остальные дети попадали кто где. Тарк наконец смог снять с себя Каю окончательно. Во время этого забега, как только она набиралась сил, он опускал ее на пол и она бежала сама. Но надолго ее не хватало, пять-шесть минут такого бега и все — поэтому большую часть пути девочку он нес.