Зур’дах и Кайра кивнули.
— Хорошо. Отсыпайтесь, потому что завтрашний день будет у вас тяжелым.
Он ухмыльнулся и вышел наружу, закрыв за собой дверь.
Саркх и Зур’дах потоптались и прошли немного вперед.
Буквально минуту продолжалось молчание.
— Смотри-ка какие…
— Ооооо. девочка…смотри-ка. Это хорошо…очень хорошо.
Реплики сыпались одна за другой, сливаясь в нестройный гул. Некоторые трогали детей, таким образом знакомясь и показывая дружелюбную настроенность, а другие — присматривались.
— Тихо! — вдруг раздался голос с того конца.
Вперед вышел рослый гоблиненок. Наверно лет тринадцати, даже старше Саркха, и выше Зур’даха на целую голову. Тело его было хорошо развито, везде бугрились крупные мышцы. Гоблиненок давно таких не видел. У них все были жилистые и худые, таких…«крупных» не было. Разве что только старшие Охотники, но они-то взрослые были.
Он подошел вплотную к мальчикам.
— Запоминайте, Дикари. Я тут Главный. Я чемпион Ям — Турхус, понятно? Видите это? — он поднял руку, — Десять меток, — это значит, что я победил в десяти боях. А большинство тут даже в одном не было.
Пять пар внимательно смотрели на него, не понимая чего он хочет.
Зур’дах тяжело и громко задышал.
Запах…Ужасный…
Запах…отвратительный запах шел от этого гоблиненка-подростка.
Плечо и половина руки мальчика были покрыты странной чешуей.
— Вы будете слушаться и делать то, что я вам скажу. А нет — так будете биты, да так, что следов не останется, а больно будет, ясно? Скажу принести что-то — принесете, скажу спать в углу — будете спать в углу.
Саркх и Тарк нахмурились, сжав кулаки. Этот мальчик, вернее подросток, и его слова им совсем не понравились.
Сам мальчик тем временем выставил руки в бока, ожидая их ответа. Ожидая, — прогнутся новенькие так, или придется применить силу. Лучше бы для него, конечно, было обойтись без драки, потому что драки не поощрялись между детьми, и он это прекрасно знал, так как уже давно жил в Ямах. Однако поставить на место новеньких было надо. Да пообиднее. В общем-то, даже из без битья методов сделать жизнь новичков невыносимой была масса. Так что рано или поздно все встраивались в их большую группу, принимая Чемпиона как главного. В целом, ничего такого в этом не было.
Но не для Зур’даха. Ему хватило и того, что было у них с Саркхом в родном племени.
Может он бы просто проигнорировал слова этого подростка, и прошел молча, нашел бы себе циновку, но тот вдруг добавил:
— Ты, девчонка, да? Вижу же по лицу…Ты идешь со мной, будешь спать рядом. А вы ложитесь там, у порога, нечего вам рядом с нами спать, понятно? Да не бойся ты, малышка, никто тебя не тронет. У нас тут так нельзя, — он рассмеялся, — Маленькие еще. Но лучше чтоб рядом была девочка, чем эти грязнули. Ну? — он протянул руку, приглашая Кайру пройти вперед.
Дальше все произошло очень быстро. Среагировал первым не Зур’дах, и не Сарик — а Саркх.
Саркх, разозленный, дернулся навстречу мальчишке — Кайра была своей, и её надо было защищать от всяких засранцев. Пусть еще недавно подобным засранцем был и сам Саркх.
Однако, едва Саркх рванул навстречу Чемпиону и попытался нанести удар, как он привык, навстречу ему прилетел встречный удар. Быстрый и несильный. Видно было, что подросток даже не напрягся, отшвырнул как назойливую муху. Зато Саркх отлетел на три-четыре шага и перекувыркнулся.
— Что непонятного? — покачал головой мальчик, — Тупые…Я же предупредил. Просто кивните и живите как остальные. Эх…
Он шагнул к Кайре и схватил ее руку. Та как не пыталась вырваться — не могла.
— Чего дергаешься? — ухмыльнулся он, — Ничего страшного не случится, малышка. Никто тебя не обидит.
Сарик дернулся, но его уже схватили два других гоблиненка за руки, чтобы не повторилось то, что случилось с Саркхом.
Зур’дах сделал шаг вперед.
— И ты хочешь получить, сопляк? Мне это не сложно, а вот тебе больно будет. Оно тебе надо?
Однако Зур’даха раздирала тошнота и….ярость! И не только от того, что мальчик впереди силой держал руку Кайры и ее саму. Нет, не от этого. Хотя это добавляло ему злости. Причина его тошноты и ярости была другая:
всё потому, что он уже знал какой тип мутации у мальчишки перед ним.
Какое ядро использовал он для усиления. Вернее, на нем использовали. Запах этой твари теперь въелся в его подсознание навсегда, и в любом месте и в любое время он узнает даже крохотную подобную тварь, учует ее.
Волна ярости захлестнула Зур’даха, кровавой пеленой застилая глаза.
Обостренный после пробуждения крови нюх только подстегнул его.