Ощущение времени исчезло и превратилось в одну бесконечную пытку: шаг-шаг-споткнулся. Шаг-шаг-споткнулся. Шаг-шаг-споткнулся.
Раз пять Кайра и Тарк падали, но тренер рывком их поднимал и, поддерживая, помогал бежать дальше. Остальных он подстегивал кнутом.
Вечно это продолжаться не могло. Предел прочности был даже у Измененных Ядрами детей.
— Отдыхаем, — громко сказал Тар’лах через полчаса. Последний забег длился всего полчаса. Хотя по ощущениям детей он длился несколько часов минимум.
Зур’дах с огромным удовольствием во всем теле рухнул на пол и аж заулыбался. Впрочем, как и Тарк рядом.
— Наконец-то…закончилось… — задыхаясь выдавил он.
Кололо во всем теле. Лицо горело, будто его чем-то острым намазали. Но хуже всего было под ошейником: он сильно натер и теперь пот огнем разъедал рану под ним. Хотелось сорвать чертов ошейник и приложить к ране что-то не просто холодное, а ледяное. Конечно же, никакой возможности сделать подобное у Зур’даха, как и у остальных его соплеменников, не было.
Что там за остальные тренировки придумал однорукий дальше, он себе не представлял — ему и этих было достаточно.
В этот раз отдых был долгий: они лежали и приходили в себя почти полчаса. Под конец начали расхаживаться по площадке на трясущихся ногах. Когда дети пришли в себя, их вновь выстроили в одну линию.
— Ну что, новенькие, — глянул Тар’лах на их четверку, — Теперь такое ждет вас каждый день, а когда окрепнете — еще больше радостей жизни будущего бойца.
— Так, теперь мы идем жрать. Идем ровно, друг за другом; ни вправо, ни влево шагу не делаем, иначе моя плетка живо вас вернет на место. Поняли?
Весь ряд кивнул и угукнул за компанию, хотя говорил гоблин для них.
Закончилось… — с облегчением выдохнул Зур’дах, когда они вышли за пределы тренировочной площадки.
Гоблиненок пару раз оглянулся назад, но надсмотрщика-Даха нигде не было.
Остальные дети, в отличии от их четверки, прекрасно знали куда им идти, поэтому не оглядывались как Зур’дах, который рассматривал и новые строения и идущих мимо взрослых гноллей и гоблинов-рабов, и смотрел на виднеющийся кусочек бездны с клубящейся тьмой. Ему было все интересно.
Между домами тут было расстояние не меньше двух десятков шагов. Всё было прямое, ровное, чистое и убранное: по сравнению с родной пещерой — разительное отличие, там был сплошной беспорядок и вечный мусор под ногами.
По сути — это был подземный военный городок.
Ни одной норы в полу, — подумал Зур’дах, разглядывая идеально ровный пол.
Они вышли за пределы знакомой ему территории: везде вокруг были либо одноэтажные, либо двухэтажные длинные каменные строения. Им встретилось несколько групп детей постарше их, и шли они по десять-пятнадцать особей. Таких мелких, как дети их группы тут больше не было.
Шли, впрочем, они совсем недолго. Меньше десяти минут, и то — так долго лишь потому, что быстрее мальцы после тренировки идти не могли.
Остановились они возле большого длинного строения, чем-то напоминавшего казарму. Окон в нем не было, только вход без двери или чего-то подобного.
Оттуда шел явный запах еды.
Пахнет…непривычно, — принюхался Зур’дах.
Живот его моментально заурчал, напоминая о себе. Кушать хотелось. Особенно после такой тренировки, когда все силы полностью израсходованы. Остальные дети тоже шумно втянули воздух.
— Еда… — довольно протянул какой-то мальчик.
— Да-да, — пробурчал тренер, — Сейчас нажретесь до отвала. Не переживай.
Они зашли внутрь как только другая группа гоблинов-подростков покинула помещение. Рассмотреть их Зур’дах не успел.
Внутри оказалось достаточно большое помещение.
Места тут хватило бы не только на их группу, а еще на десяток таких же. По залу казармы стояло с пяток длиннющих столов, за двумя из которых уже сидели группки детей и ели.
Выдавала еду толстая гоблинша, стоявшая за огромным казаном с черпаком; за ней было помещение, закрытое дверью, — очевидно сама кухня.
На столе прямо у входа была свалена металлическая посуда — тарелки и ложки.
— Берете миски и к поварихе, — сказал тренер новеньким, — Получили порцию — отошли. Давайте, живо, никого не задерживаем.
Один за другим дети подходили к чану с едой.
Плюх! — гоблинша черпаком наливала остро пахнущую жижу в миску, и ребенок отходил, усаживаясь за ближайший стол.
Зур’дах взял еды и сел рядом с каким-то гоблиненком. Наклонился и принюхался к этой горячей, пышущей жаром похлебке.