— Остаться без оружия против превосходящего противника, — всегда дурость. Ненужный риск. Бои и так всегда опасные, а добавлять в них опасность просто *******. Таля рассчитывает только на то, что она быстрее и обученее этих здоровяков. Ну и на Силу Крови.
Девочка продолжала уворачиваться. Она сразу выскользнула из клещей, в которые ее хотели взять, и сражалась максимум с двумя гноллями одновременно. Ее скорости для этого хватало.
Кулаки ее раз за разом достигали цели.
Бам. Бам. Бам.
Гулкие звуки ударов раздавались по Арене, где наступила временная тишина. Все следили за боем, который без копья стал в разы интереснее.
Один из гноллей после дюжины пропущенных ударов сплюнул кровь и закашлялся.
А она хорошо дерется. — отметил Зур’дах про себя.
Два гнолла попытались оказаться позади девочки и рубануть ее топорами. Она увернулась и отскочила на три шага от них. Все противники были перед ее глазами, один из которых потирал ребра и сплевывал кровь. И в бой больше не рвался.
— А топоры… — вдруг спросил Маэль, в голосе которого прозвучала обеспокоенность, — Если они попадут по ней, то убьют ведь.
— Полностью тупые, — ответил однорукий, — Прямо как ты.
Маэль фыркнул.
Преимущество в скорости и выучка решали. Однако и удары ее, вроде бы обычными, не Измененными кулаками, заставляли гноллов кривиться от боли.
Неужели это ее Сила Крови так работает? — удивился Зур’дах.
Раз за разом она оказывалась быстрее то одного то другого гнолла. Топоров она вообще не боялась, уклонялась от них, будто они были деревянными.
Даже если они тупые, — подумал гоблиненок, — Все равно они могут раздробить глаз.
Неожиданно Зур’дах разглядел улыбку на ее лице. Довольную и кровожадную улыбку. Она наслаждалась боем, и тем как разделывала четырех огромных гноллов.
Начало конца наступило тогда, когда она очень удачно выстрелила кулаком прямо в подбородок одному из гноллей, его зубы клацнули и… разлетелись по сторонам. Через миг он свалился, больше не двигаясь. Теперь против нее было трое.
— Он живой? — спросил Зур’дах.
— Живой-живой, — махнул рукой однорукий, который вновь наблюдал за боем, — Что с ним станется, эти суки живучие.
Лезвия топоров и удары гноллов проходили будто бы в опасной близости от верткой Тали, но попасть никак не могли. Видимо она решила что пора заканчивать, потому что она прокричала гноллам что-то, и тут же ее глаза, как в начале боя вновь вспыхнули и они резко ускорилась. Движения ее смазались, для постороннего взгляда, однако Зур’дах мог видеть все. Скорость, которую сейчас под Силой Крови демонстрировала Таля, была даже быстрее скорости Маэля.
Зур’дах взглянул мельком на Кайру, и явно увидел, что сейчас она ЗА девочку, а не против, как вначале боя.
Таля один за другим вколачивала удары в тела гноллей, с еще большей ненавистью и силой. Проскальзывала мимо них, уклонялась от их ударов и снова одному заехала в пах. Только теперь он уже согнулся и свалился на пол окончательно.
У них не шансов.
Упавшего гнолля девочка буквально схватила двумя руками за шкирку, и швырнула в двух других.
Сильная.
Вся следующая минута была избиением гноллей. Под одобрительные выкрики публики, она ломала им ступни, выворачивала пальцы. У одного выхватила топор, и им же поотбивала руки, и в ее руках он мелькал как игрушечный.
Однако, никаких смертельных или добивающих ударов. Просто избиение. Она прекрасно знала, — убивать никого нельзя.
Когда на арене остались четыре едва шевелящихся тела бой закончился.
Зур’дах, да и остальные были под впечатлением. Поэтому все оставшиеся бои им показались скучными.
Даже бой Турхуса против здорового скорпа был не так интересен. Какое-то время тот поигрался с тварью, используя преимущество в скорости, но потом вколотил копье, сначала в одну уязвимую точку, между передней клешней и броней, а затем и во вторую за острым хвостом твари.
— Видели? Бил только туда, куда надо, — ткнул пальцем в Турхуса однорукий, — На той неделе вы запоминали уязвимые точки скорпа. Вот для чего это вам нужно.
Все бои длились часа три, потому что между ними были небольшие перерывы, пока уберут труп очередной твари.
Когда все закончилось, Зур’дах как-то взгрустнулось. Впервые он побывал на подобном и даже забыл, что они такие же. Что они будут выходить на Арену, и что на них убудет смотреть толпа, что-то кричать, хлопать, шуметь, а они будут убивать других тварей.