Внутри уже находились прикованные к стене десяток взрослых гоблинов. И едва они увидели детей, то довольно заухмылялись:
— Смотрите, сопляков каких привели.
— Ничего, мы им покажем, что тут им делать нечего.
— Привели детишек скормить тварям. На что еще они годны, выродки мелкие.
— Не…смотри на руки… измененные…
— Да грязь это….какие измененные…скажешь тоже…
— Молчать! — рявкнул вдруг Старший Наставник на прикованных.
— Смотри-ка кто тут раскомандовался? Думаешь, раз почернел — то выше нас? Ты такой же раб, утрись дерьмом и заткни хлебало, будешь своим детишкам приказывать. Гниль черная!
Маэль толкнул Зур’даха локтем и сказал:
— Похоже, тут будет весело.
Глава 125
Старший Наставник Харт молчал.
Позади стояли два охранника-дроу, но вмешиваться в гоблинские разборки они не собирались. Видимо, главное — чтобы никто никого не убил.
В руке черного гоблина через мгновение оказалась плетка.
Кто-кто, а Зур’дах отлично знал, насколько в его руках это страшное оружие.
Возникло буквально секундное затишье, как перед бурей, и внезапно плеть обрушилась на всех взрослых гоблинов. При этом выражение лица Харта вообще не менялось. Гоблины тщетно пытались уклониться, или ухватить его плеть. Бежать им было некуда.
— Грязь. Должна. Знать. Свое. Место. Рабы должны быть послушными. — чеканил он каждое слово и наносил удар.
— Может хватит? — обратился дроу-охранник.
Черный гоблин кивнул.
— Пожалуй, с этой погани достаточно. Мальчики, — кинул он Маэлю и Зур’даху, — Если эти выродки будут плохо себя вести, — покажите им, что значит настоящий боец — но не калечьте.
Оба мальчишки кивнули.
— Я пока займусь делами.
Он обратился к дроу и попросил о том, чтобы его бойцы остались неприкованными; одновременно с этим в его руке появилась золотая монета. Те согласно кивнули.
После этих слов черный гоблин вышел, а решетка «камеры» захлопнулась, оставив гоблинят внутри, а двух дроу — снаружи.
Каждый боец прожигал мальчишек ненавидящим взглядом, будто это они были виноваты в побоях, а не их длинный язык.
— Ну что, старье немощное? Где тут привалиться чтоб в говне не измазаться? — ухмыльнулся Маэль.
Выбор невелик: грязно было везде, и самое чистое место было возле выхода.
Там гоблинята и устроились. Зур’дах же сел в центре комнаты.
Взрослые гоблины обеспокоенно на него посмотрели, гадая, что же он задумал. Плетка Харта хоть и образумила их, но, похоже, ненадолго.
Зур’дах не знал, если у них вообще круги. Дах рассказывал, что далеко не все бойцы-гоблины на арене мутанты. Некоторые выполняли роль массовки, отдавая свою жизнь ни за то. У них вообще не было шансов. Тем не менее, изредка они брали количеством и некоторые из них иногда оставались в живых. Их надежда была только на то, что именно они будут этими немногими выжившими.
— Они нападут, — сказал ему Маэль через пару мгновений, когда увидел, что взрослые напряглись и лица их выразили готовность к бою. В зоне досягаемости был только Зур’дах. Но сделал он это намеренно.
— Точно? Наставник вроде их предупредил…
— Срать они хотели на Наставника, посмотри на их лица — ублюдки отмороженные. Смотри, вон дроу как раз отошли.
Их перекошенные от злобы лица, покрытые кучей шрамов и рубцов выглядели даже немного устрашающе.
— Понял, — кивнул Зур’дах, — Так даже лучше. Я как раз хотел проверить свою Силу Крови. Так что отсядьте подальше.
Маэль удивился, но виду не подал и передал остальным желание Зур’даха. А поскольку они вдвоем были самыми сильными, то спорить никто не стал.
Гоблиненок тренировал «Запугивание» на насекомых, но хотелось использовать на ком-то побольше. Чтобы точно знать, что оно работает против разумных. На друзьях было нельзя. А тут как раз такая возможность.
Он сидел и готовился. Ждал атаки, чтобы в нужный момент активировать кровь.
Звякнули цепи и натянулись до предела — взрослые гоблины рванули к нему. До остальных детей они не доставали.
Маэль предвкушающе хихикнул.
Зур’дах не сдвинулся.
Миг — и Кровь хлынула в глаза, заставив мир почернеть. Сейчас он не хотел использовать «Запугивание» направленно. Он хотел пугнуть сразу нескольких гоблинов. Разозлился он быстро, именно к этому он и готовился. Ярость вспыхнула в сердце и будто наяву Зур’дах представил как от него наружу тянутся огромные лапы черного паука от которых страх пробирает до дрожи в коленках. На миг вокруг Зур’даха разлилось присутствие чего-то древнего и очень голодного.