— Вот срань…дерьмо…дерьмо…дерьмо…сука… — зачастил Маэль.
Кайра просто стояла, вперившись в одну точку.
— Всё! — громко сказал Айгур.
Зур’дах кинул взгляд вниз. Твари застыли, придавленные тьмой. А тела…тел не осталось. В яме остались только кровавые ошметки. Вот всё, что осталось от Даха, от остальных.
Быстро…как быстро…
Еще пять минут назад Дах сидел — живой, целый и невредимый и мог бы легко справиться даже голыми руками с любой из этих тварей, но вот через минуту его раздирают на куски твари, которых он не раз кормил и помогал дрессировать однорукому.
Сразу в голове гоблиненка пронеслись моменты прошлого. Как Дах их водил в столовую.На тренировку. Как наказал его Ямой. Как подробно расспрашивал о племени, о селении, и сам рассказывал о Ямах, о Арене, о монстрах.
Да, просто ужасно несправедливо, что тот, кто выживал не один десяток раз на Арене, умер вот так… — мелькнула мысль у Зур’даха.
Да, в последнее время он с Дахом реже виделся. Тот вечно где-то пропадал. Да, он не стал родным. Но стал….своим. В каком-то смысле Зур’дах доверял ему больше чем однорукому, и не только ему. Уж точно больше, чем тому же Саркху.
— Но на сегодня казни не закончились. — вдруг продолжил Айгур.
Зур’дах вскинулся, Как и остальные дети, которые стояли, опустив головы и вперившись в пол. Никто не хотел смотреть на то, что осталось в Яме.
— А?
— Что?
Даже однорукий, который стоял бледнее некуда нахмурил брови.
Удивленными выглядели и Варгус со Старшим Наставником. Управляющий даже сначала порывался что-то сказать своему хозяину, но с места так и не сдвинулся, решив промолчать.
— Сюда их! — неожиданно резким и холодным голосом сказал Айгур.
И теперь Зур’дах ощутил как в его голосе зазвучала еле сдерживаемая ярость.
Буквально через десяток мгновений стражники притащили шестерку дроу. Скованных по рукам и ногам. Раздетых. Безоружных. С кляпами во рту.
Пленников вытолкнули прямо перед Айгуром. Звякнули цепи и вся шестерка повалилась на пол. Миг — и стражники ушли.
Что происходит?
На мгновение вылетел из головы даже Дах. Может потому, что своими телами дроу закрыли яму.
— Итак, — казал Айгур, проходясь вдоль шестерки, — Вина этих еще больше. От рабов многого я не жду. На то они и рабы.
Айгур сплюнул.
— Но когда предают свои, — он покачал головой, — Это — смерть.
Все на площади молчали и стояли неподвижно. Только Варгус сделал шаг вперед. Никто не знал как реагировать. Особенно напряжены были дроу. Потому что впервые прилюдно Хозяин наказывал…своих. Наказывал дроу.
— Самое удивительное…что предательство этих шестерых бы и не вскрылось, если бы, — Айгур резко посмотрел на группу однорукого, — Если бы не помощь одного маленького и верного Хозяину бойца…
Зур’дах поднял голову, ища глазами Саркха.
Взгляд дроу смотрел…
Он смотрит на него? Мне не кажется?
Маэль, Тарк, однорукий и Кайра одновременно с Зур’дахом обернулись на Саркха, как и часть других детей.
Да. Айгур смотрел именно на него. Без сомнений.
— То ничего бы и не вскрылось. Ничего. Остальные тоже будут наказаны…но уже по-другому.
Саркх, казалось, хотел сквозь землю провалиться, потому что почувствовал устремившиеся на него сотни взглядов. Ему хотелось исчезнуть, удрать отсюда, но он стоял с каменным лицом, боясь хоть чем-то себя выдать.
— Что ж, — подвел итог Айгур, — Как я уже говорил, — предателям дорога одна — смерть. Вина их несомненная.
Дроу порывались что-то сказать, рвались, но кляпы во рту мешали. А через мгновение Айгур их обездвижил как и гоблинов ранее. Вокруг Хозяина закрутились вихри Тьмы и с бешеной скоростью начали из сотен капель формировать огромные, размером с голову взрослого, шары Тьмы.
Зур’дах моментально понял, что делает Айгру. Он делал тоже самое, что делал сам гоблиненок, только в миниатюре: формировал капли тьмы, а потом из них — более крупные. Только в случае Хозяина это происходило немыслимо быстро.
Едва окончательно шары Тьмы сформировались, они трансформировались в длинные поблескивающие тьмой копья.
Миг. Шесть копий неподвижно застыли в воздухе…а потом сорвались и пронзили преступников насквозь.
Дроу погибли моментально.
Впервые гоблиненок увидел аналог той маленькой иголки Тьмы, которой он протыкал насекомых в своих экспериментах.
Однако от мертвых дроу, которые повалились мертвыми телами на пол, звякнув цепями, взгляд вновь зацепился за Яму. Гоблиненок вновь увидел ошметки тел и…обездвиженных, молчащих тварей. Его чуть не вырвало в ту же секунду. Он резко отвернулся, чтобы не видеть этого.