Сейчас на каждом из Карателей была крепкая железная броня с десятками вставленных в нее черных кристаллов тьмы. И красиво, и практично. Потому что эти кристаллы подручный запас тьмы в бою. Конечно, у каждого из них в мешочках был еще один запас. Неприкосновенный. На самый крайний случай.
Каратели были воодушевлены. За день до отъезда они вновь хорошо натренировали совместные плетения и техники. В отличии от обычных практиков, рассчитывающих на личную силу, эта пятерка владела множеством комбинированных техник, которые требовали просто идеальной слаженности и безупречной техники, а также одного уровня всех участников. И всё это у них было. Они усиливали совокупную мощь друг друга.
На самом деле их было Шестеро. Вот только шестого за бойца никто не считал, потому что это был особенный дроу — Ловчий. Измененный дроу, с вживленными кристаллами тьмы по всему телу, дублирующими одно единственное сложнейшее плетение — ловчую сеть. И ее он мог сотворить с потрясающей скоростью, быстрее чем кто — либо мог подумать: одна мысль –и враг скован лучами Тьмы.
В руках он держал древний кристалл — Эфрит Тьмы. Эти редчайшие камни не просто содержали тьму, — они ее генерировали и этот контрактный был особенно мощный.
Зачем был еще нужен ловчий? А затем, что если тварь была слишком мощная и звезда не могла с ней справиться — он оставался и…выигрывал время, удерживая тварь. Потому что чтобы разрушить сковывающие и сдерживающие техники Тьмы подобного уровня нужно много больше сил и мощи, нежели на их создание.
— В путь! — воздел руку Аль' Джэр’Каль и запрыгнул на волка.
Миг — и он помчался вперед, а за ним его пятерка подчиненных.
Глава 138
Ярус троглодитов
Бой с злобоглазом, как его про себя назвал Драмар, заставил старика быть внимательнее, осторожнее и разглядывать каждую стену на наличие всевозможных выпуклостей и странностей. Вновь попасть под воздействие подобной твари не хотелось. Да — тогда он справился, но если глаз будет больше? Тогда, возможно, даже Кровь его не спасет. Тот бой прошел на грани: еще немного — и он мог погибнуть прямо там. А вот если тварь будет меньше, то, он был уверен, что справится. Если уж эту здоровую сумел одолеть, то, зная как эти твари атакуют, можно заранее настроиться на сопротивление.
Вспоминая прошедший бой, Драмар с запозданием понял, что даже с «троглодитским чутьем» не заметил твари: он уже привык на него полагаться для обнаружения опасности, но глаз…глаз ведь по сути неподвижен и буквально живет вросший в углублении стены. Он просто не издает вибраций, по которым его можно почувствовать заранее. Поэтому ступая по неизведанным тоннелям, Драмар старался объединить навыки: и слушать «по-троглодитски», и всматриваться в каждую мелочь — и это было правильно. Потому что тот злобоглаз был не первым и не последним на его пути.
Буквально через два дня он наткнулся на еще одну глазастую тварь. Только в этот раз он сразу затормозил на безопасном расстоянии, не входя в радиус воздействия твари. Прищурив глаза, Драмар стал изучать стену, живность, ползающую по ней и растительность. Позади него застыла, паря на ядре злобоглаза, златка, явно ставшая чуть крупнее.
Почти минуту Драмар пытался определить границы действия волн злобоглаза, пока тот его не заметил — старик передвигался неслышно, совсем как троглодит. По правде говоря, до троглодитов ему было далеко, но хватало и того, что теперь вибрации его не выдавали.
Похоже, шагов пять, — определил гоблин.
Даже в пассивном состоянии глаз испускал слабые ментальные импульсы, которые периодически накрывали насекомых, забредших в «его пространство». Заметил это старый гоблин по жукам, которые неожиданно, словно оглушенные, сваливались на пол, встряхивались и ползли дальше. Такая мелкая добыча глаз не интересовала — это было остаточное воздействие волн.
Однако, и сам размер глаза, и расстояние воздействия было гораздо меньше, чем у того, первого глаза — это заставило Драмара почувствовать себя Охотником, а не добычей. Осторожно, шаг за шагом, он стал приближаться к краю зоны; глаз, размером с голову старика, пока бездействовал, был закрыт.
Довольно скоро, остановившись шагов за семь до глаза, Драмар всем телом ощутил отголоски ментальных волн существа.
Пока легкие.
В одной руке было копье, в другой — кинжал. Драмар был готов к бою. Кровь внутри бурлила, обжигая вены, а в глазах плескался огонь. Он не собирался устраивать, как в прошлый раз, долгое сражение. Но всё же кое-что попробовать хотел.