Зур’дах забрал обоих. Теперь, для его целей, жуков хватало.
Глава 34
Дело оставалось за малым — приручить жуков. Приучить их к кормежке, и к тому, чтобы они не убегали от него, чтобы слушались и не боялись.
На это ушло больше недели. Огневики оказались капризными жуками. Если те же светляки охотно шли на контакт, то эти постоянно норовили укусить, а затем вспыхнуть и обжечь его руку.
Выдрессировать жука каким-то командам у Зур’дах так и не получилось, все трое попались слишком норовистые. С другой стороны, выполнять какие-то особые команды и не требовалось. Только вспыхнуть и не убегать. Есть еду, к которой они за неделю привыкли, и вспыхивать. Вот и все.
Чуть сложнее оказалось найти сонную траву. У Зур’даха имелось только два пучка которые достались от матери. Еще несколько он одолжил у Драмара. Его жилище было настоящей кладовой разнообразных трав, зелий, настоек, порошков. Их было даже больше, чем у его матери.
И всю эту неделю гоблиненок собирал столько сухой травы, столько сухих растений сколько возможно, и все это складывал сначала в корзинки, которые тоже взял у Драмара, а потом стал сваливать прямо возле его жилища. Тот ничего против не имел, и даже не задавал никаких вопросов.
Впрочем, эту неделю старик сам пропадал куда-то то на полдня, то почти на целый день, оставляя его одного. Следил он только за одним — чтобы мальчишка ел приготовленную им еду.
Кроме того, заготовленные травы, а их набралось много, Зур’дах перенес поближе, почти на край жилищ изгоев. Этот хлам, хвала богам, был никому не нужен. Никто ни разу так и не позарился на собранные им растения.
Дело оставалось за малым: перенести и разложить это все позади жилища зур.
Гоблиненок дождался пещерной ночи, и тогда вышел. Старик крепко спал.
Все необходимое он приготовил заранее. Спрятав пучки сонных трав за пазуху, а огневиков в складки одежды, Зур’дах двинулся к своей цели. Обе руки были заняты корзинами, вот только сухие растения в них ничего не весили и нести их было легко.
Окольными путями Зур’дах пробирался к месту своего прежнего жилища. Еще неделю назад он присмотрел какими дорогами идти, чтобы его не заметили. И сейчас гоблиненок шел задами шалашей, осторожно выглядывая и прикидывая, откуда лучше начать.
Занять позицию там, где его бы не было видно, оказалось несложно.
Сначала он решил, что удача сегодня не на его стороне. У зур, очевидно, был день без мужчин, поэтому все трещали без умолку сидя перед жилищами. Подобраться незаметно казалось невозможным. Зур’дах решил ждать. Решимость сделать задуманное дала ему достаточно терпения, чтобы ждать почти два часа.
Спустя это время зуры все же разошлись, исчезнув за пологами своих шалашей. Гоблиненок облегченно вздохнул. Ноги, руки, шея — все затекло за этот период ожидания, и теперь он осторожно разминал свое окоченевшее тело. Как следует размявшись он приступил за работу.
Первым чуть возвышался шалаш Ташки. К нему Зур’дах и проскользнул. Позади него, везде где только можно было, мальчик разложил растений, сухого мха, мертвых насекомых, которые тоже хорошо горели, и дополнительно весь тот легковоспламеняющийся хлам, который собирал в течении недели.
Потом настал черед других шалашей.
Осторожно, не спеша, и бесшумно он ходил вокруг шалашей раскладывая пучки трав. Каждое мгновение приходилось оглядываться и проверять, не наблюдает ли кто, не вышла ли наружу какая-нибудь зура?
Все обошлась, казалось сама удача сегодня на его стороне.
Обложив десяток шалашей, — на большее количество просто не хватило бы трав, он вернулся к первому и самому важному для него шалашу Ташки.
В прошлые разы, когда Зур’дах был тут, он заметил просветы и щели в ее шалаше, через которые он мог подсматривать за тем, что она делает.
Мерзкая жирная баба!
И она была не одна. Из шалаша раздавалось равномерное и громкое пыхтение и периодически стоны.
Прислонившись к шалашу гоблиненок ждал. Ждал, пока все закончится и он сможет приступить к главному. К своей мести.
Прошло немного времени, и все эти звуки сменились раскатистым храпом. Гоблин, который сейчас находился в шалаше у Ташки — уснул. Заглянув в щель, Зур’дах убедился, что и сама Ташка тоже лежит, медленно засыпая.
Подождав несколько минут, он засаленными, зато плотными тряпками, закрыл три крупных отверстия в шалаше, и такие же тряпки накинул на отверстие для выхода дыма. Это было самым сложным: попасть ровно так, чтобы ткань плотно накрыла дымоход не соскальзывая.
Затем мальчишка достал огневку и пучок сонных трав. Поскольку внутри и так было накурено и горели к углях ароматические травы, — сонную траву в таком аромате сразу и не заметишь…А когда заметишь — будет поздно.