Волна умиротворения нахлынула откуда-то извне, разогнав все его мысли.
Зур”дах удивленно тряхнул головой. Свет на стенах погас уже через мгновение.
Пауки-огневки, которые были везде: на потолке, на стенах, на полу, медленно-медленно зажигались вновь, разгораясь до яркой вспышки, а потом резко гасли. Все они пульсировали в едином ритме. Впервые гоблиненок увидел пауков таких разных цветов: синих, голубых, фиолетовых, желтоватых, красных. Тысячи сияющих во тьме огоньков.
Он сделал несколько шагов.
Тепло. — понял он через секунду.
В тоннеле стало удивительно тепло.
Уже через пару десятков шагов Зур”дах увидел, что тоннель заканчивается.
Шаг. Еще шаг. Шаги давались трудно. На него никто не нападал и не собирался. Это было странно. Бессознательным движением правой руки он прикоснулся к пауку на стене сразу ощутив горячее тепло его тела. Паук никак на это не отреагировал. Продолжил пульсировать как и сотни, сотни других своих собратьев.
Гоблиненок двинулся дальше, переступая пауков.
Чем больше он приближался к пещере, тем сильнее в нем возникало какое-то непонятное, но знакомое ощущение.
Кровь внутри вновь зашевелилась.
Когда он оказался прямо у входа, а перед глазами открылась вся пещера, он внезапно понял, что это было за ощущение — это было ощущение дома, ощущение чего-то родного. Куда-то ушла зажатость, напряженность в теле, будто кто-то погрузил гоблиненка в теплую воду. Он остановился, не совершив последнего шага.
Кровь паука внутри ликовала.
Что это?
Шаг — и он оказался внутри небольшой пещеры, размером несколько тысяч шагов как в длину так и в ширину.
Невозможное в Подземельях ощущение спокойствия и безопасности сейчас полностью заполняло его тело.
Безопасно.
Все пространство пещеры наполняли тысячи пауков: маленьких, больших, крохотных, — и все они вспыхивали и гасли, будто звезды в космосе. Это настолько заворожило Зур”даха, что он на какое-то время забыл кто он и где он. Это медитативное пульсирующее свечение гипнотизировало, затягивало.
Несколько минут он стоял не двигаясь, а потом услышал кровь, почувствовал, как его сердце начинает биться вместе с этими пауками в едином ритме. Возникло ощущение легкости и в тоже время тяжести. Он был будто каплей в медленном потоке, который утягивал его за собой.
Единение.
Что это?
Будто в голове прозвучал какой-то шепот или шорох.
Голоса. Пауки шепчут.
Все едино…Все едины…Все одно…Вместе…
Целое и часть...все одно...все одно...
Отпусти…Отпусти…Отпусти…
Тысячи шепотков звучали в его голове сливаясь в понятные ему слова-формы-мысли которые призывали выбросить из головы все. Вообще все. Отпустить всю накопленную боль.
Тело дрожало от единой пульсации. Все вокруг будто замедлилось. Время замедлилось.
Огоньки стали вспыхивать и гаснуть медленнее в несколько раз, а потом еще и еще медленнее. Пока все не стало происходить настолько медленно, что он мог разобрать шепот каждого из сознаний пауков.
Все они сливались, образуя единую мысленную волну, которую и слышал Зур”дах.
Свой…свой…свой…
Изнутри него рвалось понимание — это братья. Они часть.
Живой…Мертвое…Живой…Мертвое…Живой…Мертвое…
Это они про Каю.
Это тихая и забивающая голову звуковая волна вместе с яркой пульсацией пауков заставила его забыть про Каю, которую он все еще держал в руках.
Положи…положи…положи…
Он только прижал покрепче Каю к себе.
Опусти мертвое…Отпусти мертвое…Отпусти мертвое…Мертвое к мертвым…живое к живым…
Часть жизни…Переход…
Не бойся…не бойся…не бойся…
Шорох-голос будто обернул его коконом умиротворения вновь, развеяв вспыхнувшие тревоги.
Свой…Часть нас…
Он не мог не доверять им, — это было просто против его природы, против его крови, это было бы противоестественно.
Положи…положи ее…
Он сел и положил возле себя Каю. Впервые за все время он выпустил из рук ее тело.