Тоннель тем временем медленно и неуклонно менялся, превращаясь в подобие каменоломен, которые они когда-то прошли: он стал шире, а по бокам появились крупные, высокие проходы, в большинстве своем полузаваленные грудами камней.
Хорошо хоть дорога впереди была без крупных завалов, лишь мелкие камни, которые они легко перелазили.
Кайра вновь несколько раз вернулась к разговорам о Кае и чем больше времени проходило, тем неохотнее Зур”дах говорил о произошедшем. Он соврал Кайре, что похоронил девочку, и ему стало за это стыдно. Он не мог ей сказать, что от Каи не осталось даже тела — только пепел, часть которого была на его руке и уже давно рассеялась по воздуху.
От нее не осталось ничего.
Произошедшее в пещере слилось в один неразличимый комок, но слова про новую жизнь, про перерождение он помнил и цеплялся за них.
Инмар…может и он...
Нет, за Инмара его душа не болела, что-то было правильное в тех могильщиках, что-то вечное, чего он понять пока не мог.
Он поднял голову и посмотрел вперед.
Нас осталось мало. Шестеро.
Зур”дах, замыкающий отряд, постоянно оглядывался, но не из страха, а просто потому, что позади оставалось все…каждый из умерших, все они были брошены в бесконечных тоннелях подземелья.
Он и сам мог умереть уже много раз, остаться с остальными, но что-то его постоянно спасало, помогало выжить, будто ведя к какой-то цели, ведя дальше.
Только сейчас, вспоминая и переживая все, он понял, что ближе Каи ему не был никто, даже Кайра, которая нравилась всегда. Кая стала чем-то большим: чем-то близким, особенным, таким же родным, как умершая мама.
У Зур”даха не было сестры, но если б была, наверное он бы испытывал те же чувства, что и Сарик. Ту же боль. Будто от сердца оторвали кусочек и выбросили.
Хорошо, что они забрали ту жуткую боль. — подумал Зур”дах, вспомнив пауков-огневок.
— Не отставай! — раздался голос Драмара, заставивший гоблиненка встрепенуться.
В своих размышлениях он застыл как вкопанный и сжимал сорванный темный бутон цветка. Теперь уже полностью смятый.
Зур”дах громко вздохнул и кинулся к остальным.
****
Еще через неделю Драмар перестал так торопиться и они стали останавливаться чаще. Немного ели, пили, достаточно отдыхали и продолжали путь. Старик стал намного спокойнее, даже само тело будто расслабилось, избавившись от постоянного напряжения.
Он срывал так же много растений как и раньше и стал заставлять детей лазать высоко на стены, чтобы достать то одно насекомое, то другое, то одно растение, то другое. Все пойманное и сорванное Драмар складывал в свою новую корзину, которую сделал после камнепада. Любую попавшуюся лозу он тоже рвал и бросал в корзину.
Их отряду везло просто удивительно, а может это была пресловутая способность Драмара избегать опасностей — в любом случае, ни одна крупная или опасная тварь за эти недели на них не напала. Да, происходили стычки, но в основном детей с мелкими тварями.
Ни одного нормального паука.
Зур”дах постоянно высматривал их, но все они будто остались там, возле священной пещеры.
Нет, пауки ему попадались, но это были мелкие, которые поддавались воздействию — все меньше ноготка. А вот огневок, либо просто крупных особей нигде не наблюдалось. Только пару раз гоблиненок проник в сознание этой мелочи, но почти каждый раз это было недолго, — ни Сарик, ни Саркх взглядов от него не отводили даже во время отдыха. Он начал подозревать, что дело в чем-то другом, что они просто-напросто замышляют какую-то пакость. Однако это повышенное внимание мешало ему, мешало как следует управлять пауком.
А еще он опасался того, что они просто прихлопнут паучка и тогда непонятно что случиться с ним — будет ли ему больно? Или просто выбросит из сознания паучка? Проверять это ему совсем не хотелось.
В одну из подобных остановок Кайра спросила его:
— Ты заметил?
Он удивленно вскинул глаза на нее.
— Что?
— Мне кажется мы приближаемся.
Кайра указала на странное полустертое изображение на стене, которое Зур”дах не заметил.
Гоблиненок поднялся и провел рукой по изображению. Было похоже на то, когда он еще не умел рисовать, такие же неловкие попытки. На этом конкретном рисунке очень схематично был изображен гоблин с копьем в руках напротив какой-то крупной твари с рогами.
— Раз тут такие рисунки, значит тут кто-то жил. Я уже третий такой вижу. — сказала Кайра.
Странно, — подумал он, — Неужели остальные этого не заметили как и я.