— Что, опять в Ямы? — удивленно вскинул брови Дах, присматриваясь к твари, — Это что, он ее так?
— А кто ж еще. У нас тут только один сильный выродок. Чуть не убил Шустряка.
— Вообще как скажешь, но он и так только из Ям день как вышел, не перебор ли?
— Я. Сказал. Ямы.
Однорукий развернулся и потопал прочь, чеканя шаг.
— Ну что, мальцы, пойдемте, видно не судьба мне нормально поесть, — вздохнул Дах, а потом повернулся к Зур”даху, — Вечно от тебя какие-то проблемы.
Без Тар”лаха общее настроение сразу пошло вверх. Кто-то начал шутить, кто-то смеяться. Кто-то тихо сказал спасибо Зур”даху за то, что долбанул тварь.
Да и сам гоблиненок успокоился.
Дах повел их мимо казарм в район, где что-то гремело, стучало, трещало. Тут были кругом кузницы, от которых шел жар и невыносимый шум. Были еще и здания, в которых что-то бахало и взрывалось – от каждого такого взрыва шла дрожь по полу.
Прошли они и мимо кожевных мастерских, где лежали стопки кожи, снятой с тварей Подземелья.
В этом районе пещеры Зур”дах был впервые.
Тут его тронула за руку Кайра.
— Слушай, Зур”дах, не обязательно же было ее бить так сильно? а? Тебя же опять наказали. Я слышала, что Ямы – это ужас. Лучше бы ты сдержался.
Гоблиненок вздохнул. Как ей объяснить, что сделал он это намеренно?
Он только надеялся, что из-за какой-то вшивой твари однорукий его не сильно возненавидит. Это в его планы совсем не входило.
Остановился Дах возле одного из строений, от которого несло сильным едким запахом.
— Стойте тут, — приказал Дах и зашел в него, — Сейчас вернусь.
Дверь здания была открыта и дети с интересом заглядывали внутрь.
Там сидело несколько старых, очень старых гоблинов под предводительством не менее старого дроу, и что- то толкли в ступках. На столах стояли различные бутылочки-колбочки, в некоторых что-то шипело и плескалось. Видимо, от них и шел тот странный едких запах, который ощущался даже снаружи.
Дах там не задержался. Он что-то сказал старому дроу, и по его взмаху гоблин выдал ему большую каменную миску, плотно накрытую крышкой. Выходя, надсмотрщик махнул детям головой и они двинулись уже в сторону родных казарм.
Путь к ним занял минут пятнадцать. Попутно Дах зашел на пару тренировочных площадок, поговорил с другими гоблинами, а потом мимоходом заскочил в несколько строений. Если бы не это – дошли бы они еще быстрее.
Едва они оказались внутри знакомой казармы, Дах рассадил детей вокруг себя.
— Так, вы знаете что это? — спросил он Зур”дах указывая на каменную миску перед собой. Ту самую, которую взял у старого дроу.
Гоблиненок отрицательно покачал головой.
— Хорошо, тогда быстро объясню вам четверым.
Дах убрал крышку с миски.
— Это — восстановительная смесь. Она изготавливается из толченых измельченных ядер, перемешанных с разными успокаивающими сонными травами.
— А разве ядра…можно принимать так? — спросил Зур”дах.
— Это же опасно наверное… — добавила Кайра.
— Если бы было опасно, вам бы не давали, — успокоил Дах, — От ядер тут одно название, они перемешаны и приготовлены алхимиками так, что вся гниль из них выходит, но какое-то время сохраняется энергия, которая и помогает таким мальцам как вы быстро восстановиться.
Зур”дах сразу вспомнил, как после Поглощения ядра рана на его руке быстро затянулась. А потом вспомнил, как Кая впихнула в его рот ядро огромного паука-огневки и тем самым спасла его жизнь и…обожгла себе руки.
— Приготовьтесь к тому, что смесь будет жечься. Это нормально. Надо просто перетерпеть.
— Начнем, собственно, с вас, новенькие. Девочка, сюда.
Кайра подсела поближе.
— Бери щепотку смеси и положи в рот. Но не глотай! - поспешил уточнить Дах.
Кайра взяла щепотку странной черно-бурой смеси из миски, понюхала и положила в рот. И почти сразу скривилась.
— Рта не раскрывай, и ничего не говори. Терпи.
Через десяток мгновений на глазах у девочки выступили непроизвольные слезы.
— Давай ты, — сказал он Зур”даху. — Не будем терять время. Остальные, берите тоже, вы уже знаете как оно действует, объяснять не надо.
Одна за другой детские ручки тянулись к миске и брали щепотку смеси в рот.
Зур”дах потянул и взял. Закинул щепотку в рот и застыл. Полость рта неприятно обожгло болью и продолжало жечь почти с той же интенсивностью. На глазах выступили слезы.
— Надо ждать, пока она сама не рассосется. — пояснил он Саркху с Тарком.
Остальные дети с надутыми щеками сидели вокруг надсмотрщика, который следил за каждым.