Айгур мысленно кивал и запоминал. Выцарапанная схема-символ на теле женщины начала заполняться Материализованной, Жидкой тьмой. Через секунду образ застыл в неподвижности.
Всё, урок окончен. — понял Айгур и его выбросило в реальность.
Он тяжело и часто дышал и увидел выцарапанную на полу схему, в точности повторяющую ту, что он увидел на теле женщины. Его руки были стерты в кровь.
В отличии от единственного раза, когда он мог уловить ментальную связь с Паучихой, этот образ был лишь ее остаточным воспоминанием. Он не ощущал в нем жизни. Блеклое воспоминание для своих последователей. И там…там Паучиха не была такой грозной и могущественной.
Но это было неважно.
Айгур не ждал. В нем проснулось нетерпение. Сделать всё здесь и сейчас.
Он сбегал за зеркалом и сел. Для надежности он взял нож, которым и выцарапал на своей груди двух пауков и незнакомые ему символы.
Взглянув в зеркало раз десять он убедился, что всё изображено верно: каждая черточка, каждый наклон, даже толщина линий. Всё было точь-в-точь как в переданном ему образе.
Через секунду он начал заполнение тьмой. Благо, ее вокруг хватало.
Черная капля медленно заполняла бороздки на груди и…это было больно. Так больно, что Агйур шипел, плевался, но терпел. Так было надо.
Целый час он заполнял и наполнял Черную Метку. Так называлась эта схема.
Пару мгновений ничего не происходило.
А потом Черная Метка запульсировала как живая.
Айгур упал от боли и…радости.
Он ощутил! Он ощутил, как где-то там, далеко внизу откликнулась Праматерь. И это была прямая связь!
Последователь…Хорошо…Я удивлена…Ты уловил остатки моей памяти…ты будешь вознагражден, когда придет мое Царство…Я вижу…ты знаешь, что делать…А теперь…дай мне немного Тьмы…
Каждая мысль Праматери будто сотрясала сознание Айгура. Он впервые услышал голос Праматери. Пусть он доносился издалека, но он подчинял, унижал, уничтожал. Он заставлял, просил, умолял, и…приказывал. Всё было в нем.
Да…
Айгур шагнул к Разлому и лишь чудом удержался, чтобы не прыгнуть в клубящуюся Тьму.
Тьма хлынула к нему, он начал втягивать её в себя, а потом отдавать в Черную Метку.
Да…наконец-то…подпитка извне…Продолжай…хороший мальчик…Скоро…скоро я освобожусь…и тогда…
Айгур заплакал.
Целый час он прокачивал через себя Тьму, не оставляя в себе ни капли. Это были колоссальные объемы для него, но капля для Разлома.
Под конец он, казалось, услышал довольное облизывание губ.
Хорошо…А теперь…
Голос Праматери зазвучал сочнее, будто она стала ближе… голос стал сильнее, живее…
А теперь свяжись с Драуками…вы на одной стороне. Моей стороне. Вы все мои создания. Слуги...
Через мгновение в голову Айгура выстрелил образ дроу и его имя – Джэуль. Первый Драук.
Имя знакомое… — мелькнула мысль у дроу.
А потом Праматерь в голову послала план…четкий…надежный…и теперь все фрагменты того, что он уловил в Разломе сошлись. Раньше Айгур тыкался наугад, но теперь ему всё стало ясно. Он понял конечный замысел.
Глава 131
Вернулись из первых боев все, что обрадовало каждого в группе. Угнетающая атмосфера, царящая после смерти Даха, немного развеялась. Наконец-то случилось хоть что-то положительное. Дети один за другим рассказывали кто и против кого дрался, показывали еще незажившие метки — особенно хвастались перед теми, у кого их еще не было. Кайра с Тарком исключением не стали: сразу повернули наружу предплечья, на которых были выжжены маленькие меч и…по черепу. Они тоже прошли смертельные бои, что удивило Зур”даха.
Сейчас они сидели вчетвером. Да, пятого, — Саркха, не хватало. И это ощущалось. Однако, он сам был в этом виноват. И понимая это, рядом не показывался. Впрочем, сейчас все были заняты разговорами. Правда уже через минуту вокруг собрались и остальные из их группы, как с меткой, так и без. Все хотели услышать рассказы из первых уст.
— Ну и против кого ты дралась? — спросил Зур”дах Кайру.
— А с кем я дрался не интересно? — буркнул Тарк.
— Рассказывайте уже оба, — с нетерпением повторил Маэль.
Только теперь Зур”дах понял, что ощущали остальные, когда они поехали на бои, а потом вернулись и что такое радость, когда вернулись все. Пусть не все были его друзьями, но каждого из детей он видел каждый день: ели они вместе, засыпали вместе и вместе тренировались.