– Ты…
Тайлер отскочил назад. Он судорожно скользил взглядом по Стейну, пытаясь отыскать в том черты ожившего мертвеца. Видимо, найти их не выходило.
– Дурень, – Стейн в один шаг преодолел расстояние между ними и дал парню подзатыльник, – не существует ваших этих драугов. А вот ведьмы… Ведьмы существуют. Впрочем, можешь возвращаться к тётке в хлев. Я не держу.
И Стейн вошёл в замок.
За последние два года внутри стало гораздо уютнее. Между этажами до сих пор гуляли сквозняки, выводя незатейливые визгливые рулады, но огонь в камине больше не угасал. Серые каменные стены украсили тяжёлые гобелены, а на столе в Зале всегда стоял букет цветов. Васильков, как дань памяти ледяным прозрачным глазам Венделы.
– Я это… Можно?
Тайлер неуверенно переминался с ноги на ногу, стоя у распахнутой тяжёлой двери.
– Дверь закрой, дует.
– Да, сейчас… – парень засуетился.
– Не мельтеши там. Проходи и садись, если не боишься. Скоро обедать будем. Любишь жаренное мясо?
– Тётка не даёт мясо, жирно, говорит, будет, – пожал плечами Тайлер.
– Значит, будешь.
И, сбросив плащ на спинку стула, Стейн отправился на кухню.
***
Он лениво листал страницы книги, слушая, как за окном шумит дождь, а Тайлер звенит на кухне посудой. Этот малый быстро нашёл себе занятие в замке. За проживание и еду платил работой по хозяйству. Странно, но тот, кто всем сердцем ненавидел деревенскую рутину, сейчас с радостью варил супы и натирал до блеска каменные плиты замкового пола.
Тайлер прижился. Стейн частенько вспоминал тот вечер, когда, накормив подростка ужином, предложил ему остаться здесь навсегда.
– Но… как же, – округлив глаза, спросил тогда Тайлер. Стейн недовольно взглянул на этого сероглазого зашуганного парнишку и, дёрнув кончиком побелевшего носа, ответил:
– Сам сказал, что дома тебя никто не ждёт. Я тебе дам кров и пищу, расскажу про ведьм и сделаю своим подмастерьем. С тебя – всегда готовый ужин и чистота в замке. Сам я не справляюсь, а впускать постороннего в дом не хочется.
– А я… Я не посторонний? – осмелев, спросил парень.
– Если останешься, то нет. Значит, я в тебе не ошибся.
Тайлер тогда на мгновение задумался, колупая пол кончиком дырявых башмаков. «Надо будет одежду ему справить», – подумал про себя Стейн.
– Только мясо готовить я не умею, – робко поднял вверх глаза Тайлер.
С тех пор прошло уже пару недель. Дрова в камине теперь трещали всегда, и сквозняки почти покинули замок. И мясо готовить, кстати, он научился. Только вот каждый вечер Тайлер усаживался перед Стейном и, широко распахнув ресницы, просил ещё раз рассказать про ведьм.
– Надоело. Пора его подключать к поиску, – прошептал себе под нос Стейн, – Тай!
В ответ раздались громкие шаги, сопровождающиеся гулким эхом.
– Да, господин, – Тайлер остановился в дверях и низко поклонился. С глиняным горшком в одной руке и морковкой в другой выглядел он весьма комично.
– Поставь горшок, – еле сдерживая улыбку, строго произнёс Стейн. – А теперь сядь рядом и слушай внимательно.
Тай прошаркал к креслу и неуклюже присел на краешек. В этом пареньке удивительным образом сочетались робость и наглость, и никогда было не угадать, что именно вылезет сейчас.
– Знаешь, почему я тебя снял с того дерева и притащил в замок, как ребёнок тащит в дом котёнка, подкинутого под дверь?
Тайлер протестующе вскинул брови. Ещё бы, кому понравится, когда его сравнивают с подкидышем? И не просто подкидышем, а мяукающим жалобно котёнком.
– Наверно, потому, что ни одна приличная женщина в дом к вам и ноги не кажет, а кушать хочется, – немного хамовато ответил парень и тут же сник, виновато опустив взгляд в пол. Воцарилось молчание. Стейн неторопливо постукивал кончиками пальцев по подлокотнику, а Тайлер заинтересованно скользил взглядом по длинным линиям, испещрившим серые плиты.
– Дуралей. – наконец отозвался Стейн на реплику парня. – Дуралей, но смелый. Я взял тебя, потому что ты мне напомнил меня. Напомнил то, как я у чердачного окошка под лунным тусклым светом читал про ведьм и пытался научиться взглядом разжигать огонь. Как я таскал у тётушки травы и готовил зелья, ни черта, впрочем, не меняющие. Как я ловил спиной спелые яблоки от соседских забияк из-за того, что не был похож на них. И я смог вырваться из этих сетей. Смог увидеть настоящее колдовство.