– Хочешь, чтобы дедом тебя признал, хозяином, а сам по углам прячешься, – прошипел злобно Крис, вырывая руку из цепких пальцев Стейна.
– Посвящение – серьёзный обряд. Не для блудливых щенков, мнящих себя волками. – презрительно бросил Стейн, отворачиваясь от него. – Хочешь смотреть – смотри, но если только слово сорвётся с губ твоих…
Он не договорил. Крис и так понял – ничего хорошего не будет. И Крис промолчал, отойдя в сторону к ещё одной молчаливой тени.
– Берси, подойди.
Юноша неловко, заваливаясь из стороны в сторону и тихо пыхтя, вышел к Стейну. Его ноги шаркали по полу, покрытому изображением луны и знаками, отдалённо напоминающими буквы. Стоило ему выйти на середину комнаты, как он остановился. Прямо под пристальным лунным глазом.
– Берси, сын Тайлера и Мойры, преданный слуга Ордена и рода людского, клянёшься ли ты хранить верность обетам, данным твоими отцом и матерью? Клянёшься ли ты преклонить колено, отдать кровь и жизнь, если потребуется? Клянёшься ли ты служить на благо Ордена, невзирая на трудности и лишения? Клянёшься ли ты?
Голос Стейна звучал гулко. Крису показалось, что он чувствует, как этот человечишка, не обладающей и каплей магии, голосом заставляет чужую кровь течь то быстрее, то медленнее, словно пережимая, передавливая вены, а потом поджигая вязкую, тягучую жижу. Кожа вновь покрылась мурашками. И на этот раз не от холода.
Берси склонил колено. Он сорвал с себя плащ и обнажённым застыл посреди каменных колон и людей, обратившихся в этот миг камнем. Узким лезвием, протянутым Стейном, он провёл тонкую линию от ключиц к пупку, что-то шепча себе под нос. Слов слышно не было, но чуткий, почти звериный слух Криса уловил их: «Ордену клянусь, хозяину клянусь. Не сносить головы мне, если ослушаюсь. Анкелем клянусь, Анкелем кляну. Кровь моя, кости мои, жизнь моя – в руках не божьих, но в хозяина руках…»
– Так ороси же кровью своей жертвенной алтарь, докажи веру и верность свою, – ответил Стейн, снова отходя к пьедесталу – жертвеннику. Берси на шатающихся ногах сделал несколько шагов к своему хозяину. Пот, капающий со лба, смешался с кровью. Крис облизал пересохшие губы, ощутив на языке металлический привкус. Жертвенник ждал.
– Клянусь хранить верность обетам, данным моими отцом и матерью, – Берси сделал ещё несколько неверных шагов.
– Клянусь преклонить колено, отдать и кровь, и жизнь, если потребуется, – Берси упал на колени перед алтарём и припал грудью к холодному жадному камню.
– Клянусь служить на благо Ордена, невзирая на трудности и лишения, – проговорил он сквозь стон. По камню пробежали голубоватые искорки. Алтарь принял клятву.
Стейн ухмыльнулся и небрежным жестом накинул на плечи нового служителя плащ:
– Заберите его, пусть мальчик поспит.
Люди отмерли. Звонкая, пугающая тишина сменилась шумом человеческих голосов: громких, крикливых – разных. А Крис всё смотрел и смотрел на потухший безмолвный алтарь, напившийся чужой крови. Ему вновь стало холодно.
– Кристер, а ты не хочешь подсобить? – заметил его усмешку дед.
– Я и так сделал столько, что теперь никогда не смогу вернутся домой, – бросил с вызовом Крис, приподнимаясь на руках.
– Твой дом теперь тут.
– Да ладно! В этом игрушечном мирке, где ты так и не смог почувствовать себя значимым? – Крис презрительно скривился, закатывая глаза. Ему не нужно было знать историю деда, чтобы ясно видеть то, что лежало на поверхности – его дед – никто.
– Заткнись. – Стейн сжал кулаки, продолжая оставаться недвижимым. Но Крис не упускал из вида ни малейшей детали, словно хищник, готовящийся к прыжку – янтарные глаза Главы Ордена налились кровью, как и щёки, багровые от гнева. И только уши белели, выделяясь на фоне серого тяжёлого неба.
Крис лениво поднялся с земли и пошёл вниз по склону. Он своё дело сделал. На сегодня было достаточно.
***
Стейн только молча посмотрел ему вслед, вспоминая один из последних дней в Регстейне, куда этот подросток никак не хотел показывать дороги.