Рано утром на лугу, неподалеку от крепости, приземлился самолет. Из него вышел седой человек с энергичными чертами лица, строгими и умными глазами.
Мальчики встретили прилетевшего профессора на дороге в крепость.
— Здравствуйте, Андрей Петрович.
— Здравствуйте, ребята! Это вы нашли подземелье? Что ж, пойдемте смотреть ваши подземные сокровища.
Снова в подземелье
В колодец была опущена прочная веревочная лестница. Все приготовились к необычайному путешествию под землю и вооружились электрическими фонарями.
Первым начал спуск Константин Павлович. За ним следовали — профессор, Аркадий Шолков, ребята, только что приехавший с полей Сомов и молодой паренек-слесарь из районного центра.
Из колодца пахло плесенью и сыростью. Вольке вспомнилось, как он впервые опускался по веревке в подземелье. Нет, теперь вместе со взрослыми было совсем не страшно!
По лабиринту шли медленно, устанавливая кое-где временные крепления, проверяя прочность сводов.
Вот и дверь, возле которой совсем недавно мальчики пережили столько волнений. Федя смотрел на своих друзей с восторгом — молодцы, какое подземелье нашли.
Проскрипели ржавые дверные петли.
Профессор Грахов разглядывал стены. Это очень удивило Вольку: что интересного нашел Грахов в старой каменной кладке?
— Это очень интересно, — ответил профессор на волькин вопрос. — Ход построен в глубокую старину. Прежде говорили, что и у стен имеются уши. Мы можем сказать более — у стен имеется свой язык, его только надо понимать. Вот по этой кладке можно точно определить, когда построено подземелье.
Мимо пулеметов профессор прошел совершенно равнодушно.
Затем по указанию Грахова слесарь-паренек начал колдовать над сундучным замком.
Долго он пытался отомкнуть загадочный ящик. Наконец длинный ключ повернулся в замке. Слесарь прислушался. Раздался треск пружины и в наступившей тишине три раза прозвенел колокольчик. Слесарь усмехнулся:
— Вот с какими фокусами замок!
Потом спросил:
— Разрешите открывать?
— Открывайте, — сказал профессор.
Все замерли. Заскрипела в напряженной тишине крышка сундука. Глаза присутствующих устремились в одну точку… И вдруг Волька громко крикнул:
— Да в нем ничего нет, только трухлявые книги!
— Книги! — восторженно вскричал профессор.
— Глядите, — повторил Константин Павлович, — старые рукописи.
— Переплет пятнадцатого века!
— А вот еще более древний список.
— Кто знает, что таят эти рукописи.
— Смотрите, — крикнул Федя, — здесь лежит письмо. Константин Павлович развернул листок, сложенный вчетверо, и громко прочел:
«В ларь сей сложили монахи обители старые святые первопечатные книги, да свитки рукописные с Афона, суздальского монастыря, златоглавого Киева. Видя смуту, разорение, неверие христиан в имя божие, спрятали мы самую старую часть библиотеки в подземелье. Пусть лежит в сем укромном месте.
Игумен Савва. 1917 год, октябрь, 13 дня».
— А где же сокровища? — спросил с разочарованием Волька.
— Эти книги — настоящие сокровища, — сказал Константин Павлович. — А оружие… Вас интересует оружие? Люди старшего поколения помнят, что в нашем уезде, в начале революции эсеры спровоцировали восстание кулаков и монахов. Красногвардейские отряды вышибли кулацкие банды из старой крепости. Однако долгое время оставалось неясным, где был арсенал мятежников. Красногвардейцы ворвались в крепость, захватили пушки, но все розыски пулеметов, из которых обстреливали их еще накануне, остались тщетными. Теперь понятно, где поп Савва и его сподручные спрятали пулеметы.
Профессора Грахова пулеметы интересовали куда меньше, чем рукописи. Когда он перелистывал пожелтевшие листы, пальцы его дрожали. Взяв увеличительное стекло, он прочел одну из страниц толстой книги, переплетенной в кожу:
«Сия словеса аз Даниил писал в заточении на Беле озере, и запечатав в воск, и пустах во озеро, и взям рыба пожре и ята бысть рыба рыбарем и принесена бысть ко князю, и нача пороти, и узре князь сие написание и повеле Даниила свободити от горького заточения».
Федя шепнул Ильке:
— Ты понял что-нибудь?
— О какой-то рыбе говорится.
Тимка робко сказал профессору:
— Вы расскажите нам, о чем это написано…
— Речь идет о судьбе смелого древнерусского писателя, известного под именем Даниила Заточника. Он написал книгу, в которой обличал духовенство и бояр в притеснении народа. Мы мало что знаем о подлинной судьбе Даниила. В прочтенном отрывке говорится, что он, будучи в заточении возле озера, запечатал свою рукопись в воск, бросил воск в озеро. Там воск с рукописью был проглочен рыбой, которая попала в руки князя. Рукопись была прочтена и по легенде получается, что узник был освобожден.