Но он становился все ярче и, наконец, полностью восстановился. Без приключений удалось добраться до квартиры. Открывая дверь, жилец услышал, как кричит и в истерике колотится о стол мобильник. Взял его.
— Мстислав Романович, с вами говорят из управления полиграфкомбината в Кунальдыме. Ночью произошла авария. Разрыв коллектора рядом с первым цехом. Мы боимся, что придется останавливать производство. На месте — аварийные бригады МЧС, но пока не удается перекрыть воду, она подтапливает соседние дома и ремонтные мастерские маргариновой фабрики. Уже прибыли из прокуратуры, и приехал заместитель губернатора Семен Трофимович Деревянко. Разрыв произошел в зоне ответственности города, но вы понимаете, ведь все равно начался наезд на нас.
Последним ночным рейсом он улетел в Сибирь и не вылезал оттуда почти месяц. Склонил местные коммунальные службы быстро подписать с ним договор об отсутствии претензий. Вознаградил их тем, что взял на себя обслуживание той несчастной коллекторной станции. Обратил внимание на пустырь недалеко от комбината и нашел способ его прибрать. Дал два интервью местному телевидению. С главой городского Пенсионного фонда сыграл партию в бильярд на месячный бюджет его ведомства. Все завершилось как надо, но слишком много сил отобрало у него великое кунальдымское урегулирование. Он позвонил своему помощнику, велел доставить из Москвы загранпаспорт и договор с турфирмой; затем был перелет через оставшуюся часть Азии, пять дней в Бирме и неделя в Таиланде, в отеле на сваях у побережья острова Краби.
Только в конце апреля он вернулся в “Мадагаскар”. Утро, почти уже летнее, плавало в солнце. Морохова встретила половина его головы, выгоревшая, похожая на чашу, из ее пыльной середины торчал черный обрубок фитиля. Вся история казалась такой далекой, серой, смутной и почти исчезающей в сознании — как снег, который всюду лежал тогда, а сейчас растаял.
Остаток свечи был возвращен в шкаф, и дверцы шкафа закрыты.
14
Страницы из дневника Александра Л., написанные им во время двухдневной презентации загородного отеля “Сенатор-Club”, рядом с зеркалом, в котором отражаются Элтон Джон и Памела Андерсон, приехавшие на церемонию торжественного открытия.
…Постепенно, не прилагая к этому никаких усилий, я стремительно стал входить в некое новое сообщество. Как шарик для пинг-понга, который уронили со стола, он несколько раз подскакивает на месте, потом прыгает со ступенек дачной террасы, катится, набирая скорость, и неизвестно где остановится — так же в новом направлении устремилась и моя жизнь. Меня зачислили в молодые богатые жители столицы, я стал именно тем вожделенным персонажем, за которым гоняются издатели глянцевых журналов, владельцы бутиков, автосалонов, фитнес-центров. Редок и ценен был я, за мной стоило поохотиться, и в азарте этой погони не оставалось времени выяснять, чем, собственно, зарабатывает на жизнь будущий трофей. Люди в хороших костюмах и с тщательным загаром подходили ко мне, начиная разговор о чем угодно, чтобы с неумолимой непринужденностью вручить мне свой прайс-лист или каталог.
Мои занятия и источник доходов оставались для всех неясными. Мне показалось целесообразным прибегнуть к какой-нибудь одной короткой фразе, которая, как рекламный слоган, навсегда связалась бы с неясной моей персоной. Всем и повсюду я стал объяснять, что у меня биологическое образование и это очень помогло мне в жизни, хотя я до сих пор жалею, что полностью не посвятил себя науке.
Это был грамотный и хороший ход, всех удовлетворивший. Рассуждения о том, что Александр Л. — несостоявшийся ученый, избавляли от необходимости размышлять, кто он, собственно, этот Александр Л. Что до моей нынешней работы — все считали меня приятелем и партнером Коростылева, который и сам не знал, кто я таков. Но он держал меня при себе, ожидая от меня пользы…
Мир мужчин, с которыми я общался, был ясен для меня, как три копейки. Но девушек я как-то не понимал и совсем не улавливал, как завязывать с ними отношения. Помню одну вечеринку — открытие галереи магазинов, куда я не мог не пойти: так изощренно и отчаянно меня зазывали. Вдруг толпа расступилась, и фотографы выскочили вперед. Оказалось, что нас посетила знаменитая владелица дизайнерского ателье. По происхождению русская, жизнь свою она делила между Москвой, Флоренцией и Парижем. Недавно именно ей выпала миссия оформлять пентхауз для одного из российских олигархов (тогда это слово, пусть поблекшее и увядшее, все еще было в ходу).