Эта мысль показалась Игорю правдоподобной, и он поспешил вперёд. Но что значит поспешить а подземелье, где не хватает кислорода и ты пробираешься в абсолютной темноте!
Игорь спустился на нижний уровень. Под ногами заплескалась вода. Затем он поднялся наверх и куда-то свернул. Стук давно прекратился, а он всё продолжал идти. «Снова поворот», — нащупывая руками угол, подумал парень и отшатнулся назад. Впереди он заметил пока ещё слабый отблеск фонаря, свет котором постепенно усиливался.
Затаив дыхание и крепко сжав в руках рукоятку ножа. Игорь присел и осторожно выглянул. По коридору быстрым шагом шел хранитель. Его плащ фосфоресцировал, а фигура, казалось, вытягивалась до самого потолка.
Игорь заметил, что это коридор, в котором расположена лаборатория. Где-то здесь он убил белого аргентинского мастифа. Рамзаев отпрянул за угол и стал ждать. «Вот он, чёрный монах, пугало подземелья, собственной персоной. Он хотел убить меня, но ошибся. Ничего не вышло!»
Неожиданно шаги оборвались, и парень услышал лязганье металлических засовов. Он открывает дверь», — догадался Игорь. Через несколько секунд он выглянул из своего укрытия и увидел слабую полоску света, падавшую из лаборатории.
Дверь была закрыта не до конца. Как можно тише Игорь скользнул в коридор и, прижавшись к стене, медленно стал продвигаться вперёд. Сейчас ему казалось, что он перестал дышать. Пройдя несколько шагов, Игорь замер. Ему показалось, что хранитель собирается выйти. Снова послышались его тяжелые шаги.
Игорь спиной вжался в стену. К счастью, тревога оказалась ложной.
Постояв намного, Игорь снова пошел вперёд и вскоре услышал голос Риты. Она что-то спросила. Игорь не расслышал, что именно, но уловил тревогу, прозвучавшую в вопросе девушки. «Значит, она жива, — с радостью подумал Игорь — Сейчас нужно как можно тише пробраться и…»
Последние метры были самыми долгими и тяжёлыми. Наконец-то Игорь подошел к двери и заглянул в небольшую щель. Он увидел, что хранитель забрался на табурет и что-то ищет на полках среди книг Рита стоит возле каких-то картин, висевших на стене. Было видно, она чем-то озабочена.
От внимательного взгляда Игори не ускользнуло то, что на стол хранитель положил. пистолет. «Моё оружие — внезапность. Он не ожидает, что я сейчас воскресну».
— Наконец-то я его нашёл, — повернув к Рите и показывая ей какую-то толстую книгу, сказал хранитель.
«Кажется, они собираются уходить. Вперёд!» — скомандовал себе Игорь и, быстро открыв дверь, влетел в помещение. От неожиданности Рита вскрикнула. Игорь уже почти схватил пистолет, но Сомов успел ногой ударить по столу, и оружие отлетело куда-то в сторону, лязгнув о каменный пол.
Сомов с оглушительным криком прыгнул на Игоря, но парень увернулся и нанёс ему сильный удар кулаком. Однако Сомов был значительно выше и крепче Игоря. Его немного качнуло, однако он устоял на ногах. Безусловно, он не ожидал такого сильного удара от подростка и поэтому на мгновение пришел в замешательство. Игорь попытался ещё раз ударить противника. Однако тому удалось отбить удар ноги и сцепиться с парнем. Пользуясь физическим превосходством, он подмял под себя Рамзаева и пытался схватить Игоря за горло. Но пока из последних сил парню удавалось защищаться.
Рита стояла в оцепенении. Она никак не ожидала увидеть Игоря. Схватка началась настолько внезапно, что в первые секунды она просто растерялась, не зная, что ей делать. Рита видела, что Игорь весь исцарапан. Одежда на нем порвана, и кровь сочится из многочисленных ссадин на его теле Рита видела, что Игорь задыхается и Сомов вот-вот доберется до его горла, и тогда… Нужно было что-то делать Рита растерянно посмотрела по сторонам. На столе стоял массивный подсвечник. Сомов уже начал душить Игоря, когда Рита изо всей силы ударила его подсвечником по голове.
Художник дернулся и обмяк. Рита помогла Игорю вылезти из-под Сомова и, вспомнив про пистолет, быстро нашла его на полу и подала Игорю. Это был пистолет Макарова, Игорь взял оружие и, тяжело дыша, опустился на табурет, наведя пистолет на противника.
Рита объяснила, что с ней произошло.
— Так это знаменитый художник Сомов, — выслушав, произнес Игорь. — Он же чёрный монах… Ты говоришь, что он убил маньяка?
— Да. Так он сказал. Игорь, я не верю своим глазам. Я думала, что он тебя убил. Как ты спасся?
— Я тоже не верю, что выбрался. Но об этом потом.
Тем временем Сомов пришёл в себя и перевернулся на спину, морщась от боли. Он сбросил рукой балдахин. На пол текла кровь из его разбитой головы, Рита отвернулась. Сомов оперся на руки и попытался подняться.
— Не двигайся, — приказал ему Игорь, — если что, я стреляю.
— А не промажешь? — съязвил Сомов, опустившись на пол.
- Не промахнусь. У меня папа военный, — твёрдо сказал Игорь, — из Макара я стрелял.
— Ну тогда пристрели меня. Я хочу умереть здесь, в своей лаборатории.
— Зачем? Скоро придёт милиция. Тебе придётся ответить за всё.
— Я не играю в «Что? Где? Когда?» И ничего объяснять не собираюсь.
— Это твои проблемы. Меня это не касается.
— Рита, — обратился к девушке Сомов, ты отворачиваешься. Посмотри на меня. Я хочу в последний раз увидеть твой прекрасное лицо. Мои глаза закроются навеки.
Рита медленно повернула голову и художника. Его лицо было бледным. Плотно сжатые губы выражали едва скрываемое страдание. На мгновение девушке стало жаль его.
— Почему ты говоришь о смерти? — тихо сказала девушка. — Мы не собираемся убивать. Пусть всё решает суд.
— Этого не будет. Чёрный монах осудил меня на вечное скитание в этом подземелье. Не знаю почему, но я об этом не жалею. Здесь я написал лучшие свои картины. Здесь я обрел свободу.
— Какую свободу? — удивилась Рита.
— Свободу быть одному.
— Он больной, — вступил в разговор Игорь.
Сомов сделал вид, будто не услышал этих слов.
— Прощай, Рита… Когда будешь писать картину на старой колокольне, посмотри в сторону старого кладбища. Там в одиночестве бродит чёрный монах.
С последними словами художник слегка приподнялся и приложил губы к пальцам правой руки.
— Что ты задумал? — спросил Игорь и только сейчас заметил огромный серебряный перстень в виде головы кобры.
Заметила это и Рита.
— Через минуту всё для меня кончится, — тяжело вздохнув, сказал Сомов. — Я принял сильнодействующий яд. Он находился в этом перстне. Кобра ужалила меня.
Спустя несколько секунд Сомов стал задыхаться. Его лицо до неузнаваемости исказила гримаса боли. У него начались судороги, Рита не хотела смотреть на это, но все же не отрывала взгляда. Собрав остаток сил, Сомов привстал на одно колено, вскинул руки вверх и крикнул не своим голосом:
— Я иду к тебе, чёрный монах! — и рухнул на спину, устремив безжизненный взгляд в потолок.
Наступила гнетущая тишина. Сомов лежал неподвижно. Первым из стопора вышел Игорь.
— Странный человек и странная смерть, — сказал он, не отводя взгляда от мёртвого художника.
— Да… Странный человек, — после паузы произнесла Рита. — Он писал гениальные картины.
— И был гениальным злодеем, — добавил Игорь.
Рита молча кивнула.
В коридоре послышались шаги и голоса.
— Это разыскивают нас, — тихо сказала Рита.
— Вот мы и нашли выход из подземелья, — подходя к девушке и обнимая её за плечи, сказал Игорь.
— Подожди, — подобрав с пола дневник, Рита засунула его под куртку.
— Зачем он тебе?
— Так. Просто интересно.
Игорь взял в руки факел, и ребята вышли.
Прошло две недели. После повторной операции Владимир Сергеевич почувствовал себя значительно лучше. Рита была счастлива видеть отца и мать. Ей не верилось, что можно дышать свежим осенним воздухом, просто радоваться жизни. Рита и Игорь навестили Леру. Девушке наложили гипс, и она смешно передвигалась по дому, прыгая на одной ноге. Врачи обещали, что через месяц всё будет нормально.
Был конец ноября, когда Рита предложила съездить к старому монастырю и снова подняться на разрушенную колокольню, с которой открывается такой потрясающий вид.