- Может быть, вы и правы, - сказал он. - Что толку сетовать на судьбу. Вы хотели мне всё показать? Давайте прямо сейчас и начнём.
- Не сегодня, - опередил сестру Хендрик. - Там пришёл Марлик, он хочет с тобой поговорить
- Что же ты мне сразу не сказал?
- Он не велел нам тебя трогать, велел подождать, когда ты немного остынешь. Он хочет расспросить тебя про запретный зал. Как там всё внутри выглядит и что там с вами было...
- Разве ты ему не рассказала? - повернулся Михаэль к Лизе.
- Я рассказала, но Марлик такой пытливый. Тем более что вы там были дольше меня. И кроме того, - смущённо призналась она, - я с перепугу ничего не запомнила.
- Я тоже, - сказал Михаэль, шагнул мимо них к двери - и, вскрикнув, отпрянул.
Дверь открылась как раз в тот момент, когда он потянулся к ручке, но за порогом стоял не Марлик, а трёхметровый колосс цвета ночи, которому пришлось нагнуться, чтобы выглянуть наружу. Его шелушащиеся плечи задели каменную стену с, таким звуком, будто ногтем царапнули по шиферу, а чёрные глаза смотрели Михаэлю прямо в лицо.
- Не бойся!/ - Хендрик быстро подскочил к Михаэлю и положил руку ему на плечо. - Это Брокк, он тебе ничего не сделает.
Михаэль поверил мальчику, но ноги под ним всё ещё подкашивались. Ещё слишком свежи были воспоминания о том, как эти чудища гнались за ними по ходам лабиринта. Но с тех пор, как они прибыли в безымянный город, Михаэль их больше не видел.
- Брокк? - прошептал он. - У него есть имя?
- Конечно - Хендрик засмеялся. - И будь осторожнее в словах, он все понимает. Они не могут говорить, но не глухие. Даже наоборот, у троллей более чуткий слух, чем у людей.
- У троллей? Ты сказал «тролли»?
- Ну да. Брокк ведь тролль, а кто же ещё? - И он повернулся к троллю, который все ещё стоял в дверях, пригнувшись: - Не сердись на него, Брокк. Он здесь как чужеземец и не знает, кто вы такие. 'Может, тебе даже лучше уйти.
Существо отреагировало на слова Хендрика, не дрогнув лицом. и Михаэль усомнился, способно ли оно вообще к мимике. Теперь, на свету, он мог лучше рассмотреть этого гиганта. Лицо его, как и тело, очень отдалённо напоминали человеческие. У него был рыхлый лоб, широкий нос и огромная пасть - назвать это ртом не поворачивался язык, - всё это было словно высечено из гранита. Михаэлю не верилось, что тело его состоит из плоти и крови. Когда тролль неуклюже повернулся и зашагал в дом, он задел дверной косяк и выломал камень, но даже не почувствовал этого,
Хендрик покачал головой, поднял камень и тщетно попытался вставить его на место.
- С этими троллями вечно одно и то же, - ворчал он. - Они такие громадные и сильные, что не понимают, как опасны. И Брокк из них ещё самый воспитанный. Посмотрел бы ты на других.
- А здесь есть и другие? - удивился Михаэль.
- В городе их немного, сказала Лиза. - Они живут в лабиринте. Но мы их иногда зовём, когда есть тяжёлая работа. Они всегда охотно помогают. - Увидев недоверие в глазах Михаэля, Лиза Закивала: - Правда, правда, они очень милые ребята. Но их не ты один боишься, многие из нас тоже. Мой отец говорит, что причина в том, что они такие большие и такие тихие.
Наверное, так оно и было. Если такое существо невзначай наступит на человека, оно переломает ему все косточки. Сперва гоуль, потом блуждающие огоньки, а теперь тролли. Утверждение Эрлика, что никто не знает об этом подземном мире, казалось Михаэлю все более сомнительным. Совершенно очевидно, что тайна Подземья охраняется не так надёжно, как думает Эрлик.
Они вернулись в дом. Родителей Лизы уже не было, зато за длинным столом сидел старый чародей, что-то внимательно разглядывая. Михаэль сразу узнал свою зелёную записную книжку и испугался.
Марлик поднял голову и радостно улыбнулся Михаэлю.
- Иди сюда, Михаэль. Лиза и её брат передали тебе, что я хочу с тобой поговорить?
Михаэль кивнул, Лиза и Хендрик остались за порогом и не собирались входить. Почему-то; Михаэлю было не по себе при мысли, что он останется с магом наедине, но дверь за ним закрылась.
- Не бойся, - сказал Марлик. - Я только хочу поговорить с тобой. Это тебя не обременит? А то я могу прийти и завтра или через несколько дней.
Михаэль не стал возражать и подошёл поближе к столу. Взгляд его против воли впился в записную книжку в руках мага. И дёрнул же его черт вообще начать этот дневник! Никогда раньше не делал этого. Если Марлик догадается, что он записывает все подробности пережитого здесь, ему несдобровать. Но тут же он вспомнил, что здесь никто не знает даже слов «читать» и «писать».