Ладони его горели огнём. Он чувствовал, что кровь течёт и по лицу, и уже автоматически приказал ранам закрыться, но приказ не подействовал.
Михаэль поднёс ладонь к лицу и сконцентрировал всю свою силу на единственной тонкой, но длинной царапине от указательного пальца до запястья. Он страстно пожелал, чтобы она перестала кровоточить и затянулась. Но царапина какой была, такой и осталась. Вся волшебная сила Михаэля пропала.
- Ты чего? - спросил Двицель.
- Ничего. - Михаэль встал с чувством освобождения. - Так, хотел отдохнуть.
- После отдохнёшь, - недовольно пробурчал Двицель. - Нам ещё идти да идти.
Больше получаса пришлось Михаэлю шагать по туннелям и штольням, пока им не встретился первый знак присутствия человека – бетонная труба, диаметром метра в три, на дне которой по колено стояла вонючая грязная жидкость. Это была городская канализация.
Михаэль стиснул зубы, подавляя отвращение, ступил в эту жидкость и вопросительно посмотрел на Двицеля.
- Ну, куда теперь?
- Смотря куда ты хочешь попасть. Лично я разведал для себя уютное местечко, где можно переждать, пока не уползёт эта гадость с потолка вашей жилой пещеры.
Мысль дождаться ночи показалась соблазнительной и Михаэлю. Особенно теперь, когда он располагал только своими человеческими силами, усталость над навалилась на него. Но он отказался от неё:
- Мне надо в больницу. Отец ждёт меня, нам необходимо поговорить.
- Как это некстати, - сказал Двицель, но настаивать не стал. - Ну да ладно. Иди за мной.
И Михаэль побрёл по сточным водам, пока этот канал не влился в следующий, больший. Двицель повёл его вначале направо, потом налево, потом с километр они двигались прямо, и Михаэль удивлялся, как только Двицель ориентируется в этих ходах.
Внезапно Михаэль остановился. Двицель упорхнул вперёд, но потом вернулся:
- Что случилось? Чего ты ждёшь?
Михаэль смотрел себе под ноги, где на узкой бетонной полоске сбоку от стока сидел омерзительный громадный паук. Насекомое и не думало уступать дорогу, даже наоборот, Михаэлю казалось, что оно нагло пялится на него своими крошечными глазками. С трудом преодолевая отвращение, он поднял ногу, чтобы раздавить паука.
- Эй! - остановил его Двицель. - Что ты делаешь?
Михаэль так и замер с занесённой ногой. Паук повернулся и на своих шатких ножках скрылся в темноте. Двицель же подлетел к Михаэлю и гневно упёр кулачки в бока:
- Ты что, спятил? Зачем ты хотел его убитъ?
- Ну... это же паук, - наконец нашёл Михаэль объяснение. - Он такой противный.
- Ах, вон оно что! И этого достаточно, чтобы убить его, да? Какое счастье, что я оказался таким красавчиком.
Михаэлю стало стыдно. И ведь он, кстати, любил животных. Он никогда не смог бы обидеть ни собаку, ни кошку, ш птичку. Разве-что паука! Но слова Двицеля смутили его и помогли понять, что ни у кого нет права убивать другое существо, каким бы омерзительным оно ни казалось.
Они молча двинулись дальше. Дорога проходила мимо других ответвлений, а потом Двицель остановился и указал наверх. Ржавая железная лесенка вела к канализационному люку.
- Мы пришли. Если тебе так уж надо туда, поторопись. Я подожду тебя здесь.
- Зачем же - попытался возразить Михаэль, но Двицель, видимо, решил окончательно взять командование на себя.
- Лучше я буду неподалёку, это надёжнее. И проще, чем разыскивать тебя всякий раз, когда ты влипаешь в очередную историю.
Михаэль влез по лесенке наверх, упёрся головой и плечами в чугунную крышку люка и с трудом поднял её. Он очутился не под открытым небом, а в низеньком помещении с бетонным полом, три стены которого были сплошь уставлены стальными запертыми шкафами. В четвёртой стене виднелась слегка притворённая железная дверь, окрашенная в зелёный цвет. Михаэль опустил крышку на место и направился к двери. Она вела в следующее подвальное помещение, также освещённое простой неоновой трубкой, но уже более ухоженное: пол был выложен плиткой, а впереди в стене зиял открытый проём лифтной шахты. Что-то здесь было не так, но Михаэль не сразу понял, в чем дето. За раскрытыми дверями шахты не было кабины лифта, а три натянутых стальных каната уходили просто в голый бетон пола. Видимо, дальше этим канатам пришлось сделать огромный крюк, чтобы очутиться на том месте, где Вольф производил над лифтом свои магические действия. «Работники больницы, должно быть, сбились с ног, ища объяснение, куда могла исчезнуть кабина лифта», - насмешливо подумал Михаэль. Но тут же понял, что забавного в этом мало. Было попросту невозможно, чтобы лифт исчез, таща за собой сквозь землю несущие канаты, и это прошло незамеченным и не вызвало бы громадного скандала. А только этого скандала сейчас Михаэлю и не хватало.