Анзон злобно сжал губы, но больше ничего не сказал.
- Вы же видите, Михаэль не причастен к этому преступлению, - холодно сказал отец Хендрика. - Поэтому нет никаких причин дальше нарушать гостеприимство моего дома и находиться здесь с оружием в руках, Анзон.
- Я ему не верю, - сказал Анзон скорее упрямо, чем убеждённо.
- Вы хотите сказать, что Хендрик лжёт? - тихо спросил отец Хендрика.
- Нет, - сказал военачальник Подземья после некоторого раздумья. - Я думаю, он говорит правду. Но это не значит, что это и есть правда. Вы же сами слышали, что он говорил о каком-то волшебном предмете. Может быть, Вольф заколдовал детей, чтобы они не знали правду.
- Но это чепуха! - заявил Михаэль. - Вольф совсем не умеет колдовать!
Анзон не удостоил его ответа. Он сделал повелительный жест одному из своих воинов:
- Мальчика заберите. Обращайтесь с ним хорошо, но смотрите, чтобы он не сбежал.
Воин подошёл к Михаэлю и положил тяжёлую руку ему на плечо. Михаэль взглянул на Эрлика с мольбой о помощи, но король ответил скорбным взглядом. Было видно, что он не согласен с действиями Анзона, но сделать ничего не может. То, что здесь сейчас происходило, было уже делом воинов, а не короля.
Они вышли из комнаты. И в коридоре, и в открытой комнате Вольфа было полно солдат, а вторая, ещё большая группа поджидала на улице перед домом. Тут прибежала Лиза, Анзон попытался преградить ей путь, но она прорвалась к Михаэлю и схватила его за руку:
- Что случилось?
Михаэль пожал плечами:
- Анзон говорит, что Вольф напал на Марлика.
Лиза недоверчиво подняла брови:
- Но когда же?.. - Она осеклась и через секунду кивнула: - Поняла, когда он один вернулся к Марлику.
- Но зачем ему это понадобилось? - беспомощно пробормотал Михаэль.
- Чтобы убежать из Подземья, - сказал Эрлик, оказавшийся рядом.- Он ничего не понял из того, что мы с братом пытались ему объяснить. Я говорил с Марликом.
- Как он себя чувствует? - спросил Михаэль.
Эрлик сделал успокаивающий жест:
- С ним ничего не случилось, не беспокойся. У него оказался крепкий череп. Но Вольф заставил его выдать волшебство, которое открывает двери... - Он хотел ещё что- то добавить, но одумался и закончил фразу иначе: - ...А это очень плохо.
- Он от нас не уйдёт, - свирепо рявкнул Анзон, - Если гоули не схватят его раньше нас. И уж тогда он получит то, что причитается у нас предателям народа.
В глазах Эрлика опять отразилась скорбь, но он ничего не сказал, только покачал головой и вернулся в дом. Но каким бы кратким ни был этот поединок взглядов, Михаэль понял, что стал свидетелем очередного тура борьбы между королём и главнокомандующим. И на сей раз победитель определился. К великому сожалению Михаэля. Не потому, что нельзя военачальникам торжествовать над политиками, а потому, что виноват в таком исходе поединка был Вольф. Михаэль давно уже понял, что между Эрликом с частью совета и Анзоном с другой половиной старейшин уже много лет тянется борьба, И Вольф, хотел он того или нет, решил исход этой борьбы. Возможно, он оказал Антону бесценную услугу своей новой попыткой побега. И чем бы ни кончилась попытка и какая бы судьба ни ждала Вольфа и Михаэля, жизнь в этом безымянном городе Подземья уже никогда не станет прежней.
К дому подогнали множество мулов, осёдланных как боевые кони. Воины Анзона быстро повскакали в седла, Михаэля тоже подвели к мулу, и хотя ему ещё никогда не приходилось ездить верхом, сейчас было не время дискутировать на этот счёт. Михаэль кое-как вскарабкался в седло, немало позабавь зрителей своей неловкостью, и крепко вцепился в гриву мула Лиза и её брат собирались сопровождать его, но Анзон отогнал их, и на сей раз тут не оказалось короля, который заставил бы его держаться в рамках. Лиза протестующе закричала, не воины не обратили на неё внимания. Вся группа по команде Анзона развернулась и направилась из города.
Хотя по понятиям Подземья стояла глубокая ночь, в окна выглядывали любопытные лица. Топот копыт гулко отдавался в узких переулочках, и множество людей выбежали на улицу посмотреть на неожиданное выступление армии. Михаэль прочитал на лицах растерянность, а также страх, который на сей раз относился не к нему, а к тому обстоятельству, что по городу среди ночи разгуливает так много вооружённых людей.
Михаэль подумал, как же мулы станут подниматься по лестнице к воротам, и тут же получил ответ, когда они без усилий начали шагать по ступеням, которые для лошади представляли бы непреодолимое препятствие. Михаэлю пришлось вцепиться в седло, чтобы не свалиться с раскачивающегося мула.
Наверху, и туннеле, их поджидало целое войско вооружённых до зубов и исполненных свирепой решимости людей. Михаэля провожали ненавидящие взгляды, в его сторону вскидывались сжатые кулаки, и скоро Михаэль был уже почти рад присутствию Анзона, который сдерживал солдат от нападения.