Войско двинулось к железным воротам, Анзон повернулся в седле и дал Михаэлю знак спешиться. Затем спешился сам и пружинистым шагом подошёл к нему:
- Ты останешься здесь. Подождёшь, пока мы не приведём назад твоего друга. Не пытайся бежать или учинить какое-нибудь безобразие. Будешь благоразумен - тебе ничего не сделают. Попытаешься бежать - умрёшь.
- Я не имею никакого отношения к побегу Вольфа, - сказал Михаэль.
- Это мы увидим, - холодно ответил Анзон - Что касается твоего друга, то он сам вынес себе приговор. А тебе я обещаю процесс по закону. Если выяснится твоя невиновность, тебе нечего бояться. Но пока будешь под стражей.
Михаэль не возражал. По сути, Анзон пообещал ему даже больше, чем он рассчитывал. Правда, однажды Анзон уже обманул его.
Два солдата отконвоировали его в сторонку, а остальные примкнули к армии. Громадные железные ворота раскрылись, и всадники один за другим выехали, за ними последовала пехота. Когда железные ворота закрылись, в туннеле никого не осталось, кроме Михаэля и двух его конвоиров. Михаэль прикинул, что в погоню за Вольфом отправилось не меньше двух сотен солдат. Вряд, ли ему удалось бежать. Не говоря уже о том, что воины гораздо лучше ориентировались в лабиринте, многие были ещё и верхом, а снаружи к ним наверняка присоединятся тролли. Михаэль не забыл, при каких обстоятельствах он впервые увидел воинов Анзона.
Михаэль сел у стены туннеля на землю. Впервые с той минуты, как его вырвали из сна, у него появилась возможность обдумать всё происшедшее. Он просто не мог понять, зачем Вольф сделал это. Разумеется, Михаэль и сам не собирался смиряться с приговором Эрлика, он бы тоже сбежал при первой возможности. Но Вольф доджем был более обдуманно подойти к подготовке побега.
Усталость снова сковала его по рукам и ногам, да так странно, что на сей раз он почти не сомневался, что дело тут не чисто. Мысль, конечно, была абсурдной, но Михаэдь вспомнил загадочную улыбку Вольфа, его подмигивание и намёк на некую магию.
То ли он заснул, то ли просто погрузился в мысли, но очнулся оттого, что конвойные вскочили, а с городского конца туннеля донесен стук и шум. Конвойные схватились за мечи, а Михаэль пристально вгляделся в даль, но ничего не увидел, хотя стук повторился. Затем он отчётливо различил голос Марлика:
- Идите сюда! Я приказываю вам!
Конвоиры растерянно переглянулись. Голос Марлика нельзя было спутать ни с чьим другим, но самого его не было видно. Тем не менее они подчинились. Один из них на всякий случай пригрозил Михаэлю, и они быстро зашагали туда, откуда опять донёсся голос Марлика:
- Идите сюда! Я приказываю вам!
Что-то странное было в этом приказе. Михаэль заметил, что в точности повторились не только слова, но и все интонации. А чтобы его сомнения рассеялись окончательно, приказ прозвучал в третий раз:
- Идите сюда! Я приказываю вам!
И хотя конвойные шли на зов, чувствовалось, что их тоже смущает эта странность. Оба держались за рукояти мечей.
Но осторожность не спасла их. Как только они достигли конца туннеля, от стены отделилась одинокая фигура и ринулась на них. Послышался резко оборвавшийся крик, а затем глухой удар падения. Михаэль не разглядел издали, что именно произошло, видел только, что нападавший нагнулся над своей жертвой и вырвал из его ножен меч, пока второй конвоир не опомнился от неожиданности. Мгновение спустя в конце туннеля разгорелся ожесточённый бой. Летели искры, металл звенел о металл, причём налётчик заметно превосходил конвоира в фехтовальном мастерстве. Он гнал его перед собой, пока тот не допятился до стены, отчаянно обороняясь. Михаэль вскочил, но не успел пробежать и половины пути, как бой уже закончился. Мощным ударом налётчик выбил из рук солдата оружие и пронзил его мечом. Тот со стоном сполз по стене вниз, прижимая руки к груди, будто пытаясь удержать в ней жизнь, вытекающую горячим ключом. Но не удержал, Он был мёртв ещё до того, как упал на землю.
Михаэль остановился, словно громом поражённый, когда узнал нападавшего.
То был Вольф. Писатель склонился над своей жертвой, отирая окровавленный меч о его одежду, и на лице было выражение злобного триумфа.
- Вольф! - растерялся Михаэль, - Но как же...
- Иногда и я могу удивить, а? - злорадствовал Вольф. - Эти шуты думали, что я могу сражаться только на словах. Но в студенческие годы я был неплохим фехтовальщиком.
- Как вы здесь очутились? - тихо спросил Михаэль. - Я думал, вы...