Вольф от души рассмеялся, но тут же посерьёзнел:
- Об этом я не могу тебе сейчас рассказать. Я прошу только об одном: выслушай меня и дай себе время хорошенько обдумать услышанное. Завтра вечером я вернусь за ответом. Договорились?
- Для этого я должен сперва узнать, о чем пойдёт речь.
- Я хочу сделать тебе одно предложение. Тогда мы с тобой открыли нечто невероятное. Нечто гораздо более значительное, чем ты можешь себе представить. То, что я там нашёл, Михаэль, способно привести в исполнение любые наши желания. Это власть. Богатство. Вечная молодость. Я знаю, для тебя сейчас все эти вещи ничего не значат, но ты уже достаточно взрослый, чтобы понять, что со временем они станут важными и для тебя. Если мы будем действовать сообща, мы достигнем невозможного. Я смог бы сделать это и без тебя. Но я хочу быть честным: одному мне будет гораздо труднее.
Михаэль смотрел на писателя с недоумением. Слова Вольфа казались ему бессмысленными. Конечно, они открыли невероятное. Подземье с его жителями затмило бы египетские пирамиды. Но что там плёл Вольф насчёт власти и вечной молодости?
- И что-же вы хотите от меня? - недоверчиво спросил Михаэль.
- Ничего. Вернее, почти ничего. Я хочу, чтобы ты принял мою дружбу. Я знаю, что требую слишком многого, особенно после всего случившегося. Но если это слово кажется тебе чересчур громким, рассматривай меня в качестве партнёра.
- Партнёра в чём?
Вольф улыбнулся:
- В чём хочешь. Я знаю, это тебе ни о чём не говорит. Поэтому я хотел бы дать тебе первое представление о том, что тебя ждёт, если ты примешь моё предложение.
Он подался в кресле вперёд и дрожащими пальцами коснулся запястья Михаэля.
Прикосновение было неприятным, кожа Вольфа была сухой и горячей. Но почти в тот же момент произошло нечто почти зловещее. До этой секунды Михаэль чувствовал себя очень плохо: два дня в застенке стоили ему почти всех его сил, спина болела, потому что он спал на голом полу и намёрзся так, что до сих пор не мог согреться у огня камина; у него болела голова, во рту держался противный привкус, а при каждом быстром движении кружилась голова. И все это как по волшебству мгновенно прошло. И не только это. Бесчисленные царапины и шрамы на коже вдруг исчезли. Михаэль ощутил необыкновенный прилив сил.
Он непонимающе посмотрел на свои руки. Они перестали дрожать, мертвенная бледность прошла.
- Как... вы это сделали? - пролепетал он.
Вольф улыбнулся, откинулся на спинку и снова сцепил руки на коленях.
- Я же тебе сказал, теперь для меня нет ничего невозможного. Или почти ничего. А это мелочь, Ты ещё не знаешь, Михаэль, но ты располагаешь такими же возможностями, как и я. Если бы мы их объединили, то... - он не сразу подобрал слова, - смогли бы творить чудеса.
- Ага, - растерянно кивнул Михаэль.
- Я знаю, что обрушил на тебя слишком много. Я тоже не сразу все это освоил. Поэтому я не жду от тебя немедленного решения. И ни к чему тебя не принуждаю. Я хочу, чтобы ты примкнул ко мне по доброй воле.
- А если я этого не сделаю?
Вольф пожал плечами:
- Тоже ничего страшного. Но я не смогу тебя отпустить.
- Понимаю, -мрачно сказал Михаэль. - Ничего страшного, только мне придётся сидеть в этой норе, пока я не окочурюсь, так?
- Ничего подобного, - ответил Вольф. - Но некоторое время тебе придётся здесь побыть. Несколько недель, может быть, месяц. Я даю тебе слово, что тебе ничего не будет, а потом мы тебя отпустим,
- И я должен вам верить?
- У тебя нет другого выхода, - ответил Вольф. - Но зачем мне тебя обманывать? Если бы я хотел твоей смерти, ты давно бы уже был мёртв.
- Если вы говорите правду, рассуждал Михаэль, - и я буду обладать такой же силой, то ведь я смогу применить её и против вас?
Вольф от души рассмеялся:
- Ну и на здоровье.
- Но... - Михаэль был в замешательстве.
- Видишь ли, то, о чем я говорю, дремлет в тебе так глубоко, что без посторонней помощи тебе этого не разбудить. И даже если бы тебе это удалось! Мне понадобился целый год, чтобы научиться владеть этими силами. Тебе уже не догнать меня.
- А если бы догнал, вы бы нашли способ воспрепятствовать этому, - предположил Михаэль.
- Если ты меня вынудишь. - Вольф кивнул. - Только прошу тебя, не надо впадать в тон, которого я хотел бы избежать в этом разговоре. Хочешь ещё что-нибудь съесть?
Михаэль отказался, хотя далеко ещё не был сыт.
- Тогда тебя сейчас уведут. В другое помещение, хоть и не такое роскошное, как это.
Михаэль поднялся.
- А что же тролли? - спросил он. - Ведь вас тогда утащил Брокк?
- Не беспокойся, - ответил Вольф. - Тебе нечего бояться.
Вошли два воина Анзона, чтобы увести Михаэля. Уходя, он оглянулся и увидел, что Вольф сидит в кресле, зябко обхватив себя руками, будто огонь камина не согревал его. И, может, потому, что Михаэль чувствовал в себе избыток сил, ему бросилась в глаза неестественная бледность Вольфа. Сейчас, когда он не предполагал, что на него смотрят, и не старался держаться, было видно, что он болен. Это наблюдение ошеломило Михаэля, особенно после того, как Вольф одним прикосновением исцелил его от всех болячек и усталости.