Бахтин достал наган и несколько раз выстрелил в замок.
Полетели щепки, что-то зазвенело. Один из сыщиков ударил ногой по двери, она чуть поддалась, тогда двое полицейских, переодетые рабочими, вставили в щель лом и нажали. Дверь распахнулась.
Бахтин первым вошел в темный коридор, открыл еще одну дверь. Где-то на улице раздался выстрел и крики. Бахтин с сыщиками миновали прихожую.
– Осмотреть комнаты, – приказал он и пошел к лестнице, ведущей на второй этаж.
Зоммер увидел Бахтина и дважды выстрелил в него. Но рука от волнения была нетвердой и пули ушли в стену.
Тогда он вбежал в гостиную, где любил сиживать покойный Жорж Терлецкий, подскочил к окну и увидел сыщиков и городовых.
Бахтин вошел в комнату. Зоммер стоял у стены, в опущенной руке матово поблескивал браунинг. – Брось оружие. Слышишь?
Зоммер попытался сказать что-то, но не смог и начал медленно поднимать руку с оружием.
– Не балуй, сволочь, – зло крикнул Бахтин, – брось браунинг.
Зоммер выдавил из себя непонятные слова, быстро вскинул руку и выстрелил себе в висок.
– Ушел, – мрачно за спиной Бахтина сказал Литвин. – Где врач?
– Здесь. – В комнату вошел вездесущий Брыкин.
Он наклонился к сидевшему у стены Зоммеру и покачал головой. – Готов. Пустил в себя последний патрон.
Бахтин поднял с пола браунинг с взведенным затвором-кожухом, вынул обойму, и затвор со звоном стал на место.
– Не налетчик, а гвардейский ротмистр. Впервые за мою практику мазурики стреляются.
– Видать, было с чего, – глубокомысленно изрек Брыкин.
– Начинайте обыск. – Бахтин расстегнул шинель, уселся за стол и закурил.
Видимо, крепко верили хозяева этого дома, что сюда полиции вход навсегда заказан. Только этой наглой уверенностью можно было оправдать то безумное легкомыслие, с которым они относились к вещам, представляющим интерес для сыщиков.
Стопка бланков паспортов, целая куча всевозможных документов, начиная от удостоверений об освобождении от воинской повинности, кончая грамотами о присуждении звания почетных граждан всевозможных городов.
В подвале нашли ювелирную мастерскую и несколько пуансонов для изготовления золотых империалов. В одном из шкафов лежали письма и документы покойного Жоржа Терлецкого.
– Александр Петрович, – крикнул Литвин, – попрошу вас зайти.
В комнате, в которой почти не было мебели, за обоями нашли сейф. – Что делать будем? – Зовите специалистов.
Многовато всякого добра собралось в этом доме. Даже крапленые карточные колоды нашли. Но, главное, было оружие, в ящике, блестя смазкой, стояли в креплениях новенькие браунинги.
Бахтин рассматривал цинки с патронами, когда за его спиной раздался сановный баритон.
– Что здесь происходит, надворный советник Бахтин?
Бахтин обернулся, в дверях стоял в полной форме Козлов. – Обыск, ваше превосходительство. – Кто разрешил? – Начальник сыскной полиции. – Основание?
– Показание задержанных по делу об ограблении ювелира Немировского. – Откуда оружие?
– Найдено здесь, изъято из тайника в присутствии понятых. – Кто хозяин дома?
– По документам владелец потомственный гражданин города Орла Аникин Фрол Арсентьевич. О лице этом полиции и городским властям ничего не известно. По агентурным данным фактическим хозяином является Григорий Львович Рубин.
– Ты своими агентурными данными можешь задницу подтереть…
– Я бы попросил вас, господин действительный статский советник, разговаривать со мной подобающим образом.
– Ишь ты, нежные какие, – рявкнул Козлов, – в отсутствие хозяина дома врываетесь, обыскиваете…
– Господин вице-директор департамента, – холодно ответил Бахтин, – я вторично напоминаю вам, что не позволю со мной так разговаривать. В доме скрылся преступник, тяжело ранивший чина полиции и несколько раз стрелявший в меня, кроме того, швейцар показал, что покойный Зоммер проживал именно на этой половине. Здесь нами обнаружено оружие и предметы преступного промысла… – Хватит, заканчивайте и уводите людей. – Попрошу письменное распоряжение. – Вам надоело носить чин седьмого класса?
– Признаюсь вам, нет. И хочу напомнить, что чином данным меня пожаловал государь император, а не вы. – Он пожаловал, а я сниму.
– Думаю, вы на себя слишком много берете, господин вице-директор.
Бахтин специально больше не именовал Козлова «превосходительством». Не хотел. Уж больно презирал он этого человека.
Козлов за всю свою службу в полиции впервые столкнулся со столь явным неповиновением. Бахтин не боялся его. Более того, сыщик был уверен, что скандал этот обернется в его пользу. Следовательно, у него есть поддержка. Но кто? История в Москве пошла ему только на пользу. Джунковский, хлопотавший за него, вылетел из министерства на фронт, а этот… Но уступить!..