– Дерьмо! – выругался Джим.
Прибор отреагировал новыми тремя символами.
– Да, дерьмо! – повторил Джим.
Четыре символа. Три последних (считая снизу вверх) – те же, что в прошлый раз.
– Да, – произнес Джим, у которого зародилась догадка.
Один символ – первый из прошлой четверки.
– Стол, стул, дерьмо, да, да, стул, да, стол, – выдал Хоппер.
Прибор подтвердил его догадку.
У него в руках был переводчик! Теперь, называя английские слова, он получит их инопланетный эквивалент в символьном виде и сможет ввести их в компьютер пятой комнаты! Но… как перевести обратно ответы компьютера? Очевидно, нужно самому составить словарь – наговорить переводчику побольше нужных слов и записать их в “блокнот”, а потом отыскивать в тексте.
Подхватив переводчик, Джим помчался в пятую комнату.
– Оружие! – сказал он и переписал в “блокнот” возникшее слово.
– Боеприпасы!
– Альфиане!
– Уязвимые места!
Через несколько минут он решил, что обладает достаточным словарным запасом, чтобы сделать первый запрос.
“Эффективное оружие против альфиан”, – ввел он с клавиатуры.
Экран моментально заполнился символами, и у Джима зарябило в глазах. Он уже знал, что читать надо снизу вверх и слева направо, но разобраться в этой не разделенной ни одним пробелом мешанине все равно было непросто. Да и возможно ли вообще? Наверняка в тексте было полно названий деталей, не имевших земных аналогов. Вот если бы ему нарисовали схемы…
– Схема! – сказал он и ввел появившееся слово.
На экране возникли чертежи!
Через полчаса Джим уже знал, как собрать простой бластер. Также он убедился, что, как и у земных компьютеров, не все клавиши служат для ввода букв и цифр: некоторые сдвигали, поворачивали или масштабировали изображение. Хоппер даже сделал лингвистическое открытие – он понял, как разделяются слова в отсутствие пробелов; каждое слово кончалось одной из пяти букв, встречавшихся только в окончаниях; кроме того, имелось несколько специальных букв-слов. Предлогов не было, использовались падежные формы. Джим чувствовал, что его прямо распирает гордостью за собственный интеллект.
Довольно много времени у Хоппера ушло на сравнение чертежей со своими зарисовками деталей (он вспомнил, что так и не довел зарисовки до конца, но в случае с бластером ему это не помешало). Вот если бы на чертежах сразу указывалось, где взять какую деталь…
А почему бы нет, собственно?
“Схема базы”, – ввел Хоппер.
Экран остался пуст.
В чем дело? Неужели в компьютере нет такой информации? А может, он просто неправильно формулирует запрос?
“Схема моей базы”, – уточнил Джим. На экране возник уже находившийся в его блокноте план. Значит, он может узнать и схему другой базы? Базы альфианина? Но не все сразу…
“Указать на схеме номера помещений”, – распорядился Джим. Снова никакой реакции. Хм… а если так?
“Дать каждому помещению уникальный номер и указать эти номера на схеме”.
Усилия по вводу столь длинной фразы были вознаграждены. Джим снова вывел чертежи оружия и распорядился указывать, какая деталь из какой комнаты. Компьютер выполнил и это. Однако чертежи были сложны и детали многочисленны, и Джим подумал, что неплохо бы хоть как-то обезопасить себя на то время, пока он будет монтировать боевую технику.
“Схема систем обороны моей базы”.
Больше всего Джим боялся, что компьютер не отреагирует, – это будет значить, что никаких систем обороны нет. Но нет, на экране возник трехмерный план, на котором переливались разным цветом какие-то точки, пятна и закорючки.
“Управление системами обороны моей базы”, – ввел Хоппер. На экране появилась уже знакомая конструкция. Пульт из второй комнаты!
С чего начать? “Включение защитных полей”. Никакой реакции. Может, поля были разных типов и следовало уточнить, каких именно? Или никаких полей вообще нет – с чего он взял, что почерпнутый из фантастики образ соответствует реальности?
Ладно, попробуем с другого конца – Хоппер вспомнил о летающих черных шарах. “Включение систем противовоздушной обороны”. Есть! Компьютер указал на схеме нужные “кнопки” и снабдил их комментариями. Не желая и дальше медлить, оставляя базу беззащитной, Джим кое-как перерисовал схему и устремился во вторую комнату.
С пультом вышла небольшая заминка – он и не подумал включиться после введения шарика. Однако Джим быстро сообразил, что такому большому пульту одного шарика может быть просто мало. Действительно, с третьего шарика пульт заработал. Через несколько секунд в воздухе над большой плоской поверхностью, которую Джим считал экраном, возникло трехмерное изображение базы, похожей на гроздь мутировавших и сросшихся виноградин. Над ней вилось уже целых пять черных точек. Пальцы Хоппера бежали по лункам и скользили по желобкам. Пара виноградин изменили цвет, а затем над ними пробежала какая-то рябь, и черные точки исчезли.
Джим издал торжествующий вопль и радостно захлопал себя по коленкам. Однако не время было почивать на лаврах. Враг опережал его, он запустил первые зонды задолго до того, как Джим вообще понял, как разобраться в разбросанных по базе деталях. И если за прошедшие с тех пор часы в атаку не двинулось ничто более смертоносное, это еще не значит, что таковое не ждет уже своего часа за стенами альфианской базы. Может, как раз в эту минуту там завершаются последние приготовления. А может, именно в последние часы альфианин спал. Но исходить надо из худшего.
В следующие десять минут Хоппер активизировал наземные системы обороны, а затем и подземные – оказалось, есть и такие. Он не питал иллюзий относительно стопроцентной надежности этой защиты – иначе их противостояние не имело бы смысла, – однако все же почувствовал себя куда спокойнее. Теперь можно было вновь подумать о нападении.
“Схема альфианской базы”. Компьютер не замедлил отреагировать. Вражеская база отличалась не только внешне, но и изнутри: помещения были не округлые, а звездообразные и располагались на разных ярусах. “Местонахождение альфианина”. Хоппер вглядывался в схему, однако никакого кружка или крестика на ней не появилось. “Понятно, разведданными мы не владеем, – подумал Джим. – Ну а если так?”