— Тогда такой вопрос — когда ты отдыхаешь?
— А вот разберемся с делами, и ты увидишь, — усмехнулся колдун. — Но пока их еще полно. Давай свяжем этого, и поедем.
Когда Толика упаковали, словно бандероль, Михаэль попросил Андрея отнести его в подвал.
— А ты не хочешь мне помочь? — поинтересовался Каткин. — Он же не из ваты сделан.
— Ну так ты и не забывай, что Ваалберит тебя чуть-чуть модернизировал. Попробуй.
И Андрей попробовал. Он наклонился и попытался поднять Толика. И, к его удивлению, у него получилось. Он поднял его легко, даже не приложив каких-нибудь особых усилий. От такого, он чуть не выронил бандита. Но, справившись с волнением, он здраво рассудил, что к новому телу должны добавиться новые возможности. Андрей усмехнулся, взвалил Толю на плечо и понес в подвал. Там он кинул его на кучу старых матрасов, поднялся наверх и закрыл дверь на замок. Михаэль уже переоделся и ждал его.
— Поехали, — сказал колдун.
Они вышли из дома и сели в машину. Андрей подумал, что в последнее время ведет слишком активный образ жизни. Все время куда-то едет и попадает во всякие неожиданные ситуации. И он поймал себя на мысли, что ему это начинает нравиться. Сев в белый мерин колдуна, Андрей еще некоторое время обдумывал свое внутреннее состояние, но пришел к выводу, что нефиг себе морочить голову.
— Итак, мы едем на встречу к Абдуле, — начал очередной инструктаж Михаэль. — Все, что я говорил тебе в прошлый раз, остается в силе. Он опять будет пытаться заморочить тебе голову, а делает он это профессионально, в чем ты уже успел убедиться. Так что опять повторюсь: старайся не говорить с ним. Если он что-то спросит, ты должен отвечать только односложно. Это понятно?
— Да. Но в тот раз не получилось.
— С тех пор ты успел кое-что пережить, и вызвать в твоей сути страх стало сложнее. Но он все равно будет пытаться это сделать. Не забывай, он очень силен. Ты видел, на что способен я, а при этом учти, по-настоящему я не еще выложился ни разу. Даже до половины не дошел. А Абдула заряжен вероятностями по самые яйца, и он умеет то же, что и я, а может даже больше. У него огромный опыт и это никогда нельзя сбрасывать со счетов.
— Хорошо, я постараюсь вести себя благоразумно, папочка, но зачем мы вообще едем на эту встречу?
— Для обеспечения безопасности и секретности, — поморщился Михаэль. — Есть такое заклятье, называется — город обмана. Он позволяет всем нам беспрепятственно колдовать в Москве, и никто не заметит, чем мы занимаемся. Это примерно то же, что он тогда проделал с МКАДом, только в гораздо больших масштабах. Но дело в том, что это заклятье требует целую прорву вероятностей. Я могу создать его и сам, да и Абдула может, но никто из нас не станет делать этого перед поединком. Слишком много сил придется потратить.
— А это обязательно? Ну, в смысле, ведь у него же вероятностей больше, пусть он и делает.
— Конечно, для него сделать это было бы проще, но в том-то и заключается его расчет. Я потрачу львиную долю своих вероятностей на это заклятье, а у него останется еще много.
— Но ведь это плохо.
— Да, плохо. Но не волнуйся, тех вероятностей, что у меня останется, вполне хватит для моих планов.
В очередной они раз въезжали в Москву. Погода выдалась подходящая, ни облачка на небе, как и предсказывал колдун еще во Владимире. И пусть предстоит встреча со страшным Абдулой, Андрей чувствовал себя отлично. Они ехали в бесконечном потоке машин, и казалось, все хорошо. Без проклинающего взгляда, висящего над ними, добираться гораздо проще: никто не бросался под колеса, милиция не пыталась остановить их. На душе приятно и спокойно. Они проехали где-то час, пока не остановились у гостиничного комплекса Измайлово. Несколько высотных зданий с греческими названиями гордо возвышались, скрывая тысячи гостей, но навряд ли кто-нибудь из них мог сравниться по значимости с теми, кто стоял около входа. Та самая не очень красивая, но невероятно обаятельная блондинка, человек с абсолютно серой внешностью и, конечно, сам Абдула, он же Иннокентий Бессмертный. Сказка и реальность сплетались в этой стариковской фигуре, и хотя он не оделся в раззолоченный балахон, а надел простой, но явно очень дорогой классический костюм, от него все равно веяло древностью и могуществом. И еще страхом. О да, трудно не наложить в штаны при виде этого жуткого старика. И никто даже не мог сказать, что в нем такого страшного. Он просто нарушал идиллию жизни, своим присутствием опровергая все законы времени и возможности человека. Подумать только — сто сорок лет. И при этом он сохраняет здравость рассудка и физическое здоровье. Абдула стоял и курил возле входа, но что-то подсказывало Андрею, это худющий старик может в одиночку скрутить роту солдат.
Они подъехали к входу и вышли из машины.
— Наталья, Александр, — кивнул Михаэль блондинке и серенькому колдуну. На Абдулу он, казалось, не обращал внимания. — Я рад видеть вас.
— Привет, Андрей, — сказал Абдула молодым голосом, совершенно не сочетающимся с внешностью. Похоже, он решил платить Михаэлю той же монетой, и игнорировать врага. — Я вижу, ты сильно изменился за последнее время.
— Да, — ответил Андрей коротко, помня совет Михаэля.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Абдула. — Ты можешь говорить со мной нормально. Я уже понял, что ты мне не по зубам, разрушитель вероятностей. И по правде говоря, ты мне больше просто не интересен. Михаэль успел запудрить тебе мозги, а что бы он ни говорил, умеет он это делать не хуже меня. Ну что, Михаэль, давай покончим с этим. Мне не менее неприятно твое общество, чем тебе мое. Итак, поднимаемся.
— Колдуны Москвы выражают вам свою благодарность за понимание того, что мы просто не располагаем достаточными силами, чтобы скрыть последствия вашего поединка, — сказал тип с невыразительной внешностью. — И за то, что вы взяли на себя такое сложное дело, как наложение заклятья город обмана. Ни у кого из нас не получилось бы ничего подобного.
— О, это ничего, — сказал Абдула. — Для нас с Михаэлем, это сущие пустяки, не так ли? — и старик весело похлопал Михаэля по спине.
— Конечно, — очень злобно сказал Михаэль, стряхивая тощую руку. — Мы еще и не такое можем.
— Ну да, помнишь, как тогда в Каире? Это было что-то. Ну ладно, поднимаемся.
Они вошли в гостиницу. Никто из охраны не осведомился, что эта странная группа людей забыла в их здании. Видимо, колдуны позаботились. Они подошли к лифту, тот открылся без каких-либо посторонних вмешательств.
— Кто поднимется первым? — спросил Абдула.
— Поедем вместе, — сказал Михаэль твердо. — Ты сам знаешь, какова вероятность того, что лифт упадет.
— Ну так вероятность выжить тоже немаленькая, — усмехнулся старик. — Впрочем, мы все влезем. Не думал я, что ты такой перестраховщик, Михаэль.
— А я именно такой, — ответил колдун хмуро.
Они набились в лифт, тот поехал вверх. Андрей оглядел набившихся в кабину колдунов, и понял, что никто из них не доверяет друг другу. Все смотрят волками, но кто-то чувствует себя комфортней. Абдула, например, не выказывает никаких признаков нервозности — даже что-то насвистывает. Михаэль тоже особенно не беспокоится, он просто собран и сосредоточен. А вот двое других явно нервничают в присутствии старших "коллег". Они-то понимают, что любой из этой могущественной парочки может начать боевые действия в любую секунду. Достаточно лишь искры, и пламя разгорится. Но все закончилось хорошо. Они остановились на последнем этаже и направились к входу на крышу. По счастливой случайности его, конечно же, не заперли.
Они поднялись на крышу, перед ними открылся вид столицы России. Зрелище не то чтобы завораживало, но все же весьма занимательное. Миллионы людей жили в этом городе отнюдь не по российским меркам, и ничуть не заботились о том, что большинство россиян ненавидят их, или, по крайней мере, относится с неприязнью. Но этот город жил по своим законам и ни капли не интересовался тем, чтобы что-то в жизненном укладе поменялось.
— Начнем, Михаэль, — сказал Абдула.