«Вы имели возможность наблюдать за разными людьми из-за решетки. У Вас больше хороших открытий или разочарований?»
Уважаемые господа!
Мое главное хорошее открытие — десятки тысяч простых жителей России, которые прислали мне в тюрьму письма со словами солидарности и поддержки. Не верю я околовластным идеологам, которые врут, обманывая себя и окружающих, что русский народ, дескать, заходится в вопле «Ату его!». Разочарования тоже есть. Например, я лично с детства любил — и люблю сейчас — некоторых из подписавших скандально известное «письмо пятидесяти». Но, еще раз подчеркну, хорошего я узнал про моих сограждан гораздо больше.
«Вас заставляют начать жизнь с нуля. Вы найдете в себе силы или главное дело Вашей жизни осталось в прошлом?»
Уважаемая Вера!
В тюрьме я понял одну простую, но сложную вещь: главное — быть, а не иметь. Важна человеческая личность, а не привходящие обстоятельства. Бизнес для меня остался в прошлом. Но новую жизнь я начинаю не с нуля, поскольку со мной огромный опыт жизни предшествующей. И я даже благодарен судьбе за уникальный шанс прожить две жизни, пусть даже этот шанс был получен мной таким тяжелым образом.
«Что нужно себе сказать, чтобы остаться личностью в условиях ее подавления?»
Уважаемый Алексей!
Для любой личности важно оставаться собой, не сломаться под давлением обстоятельств. Нельзя идти на компромисс с совестью. Тот, кто живет и ведет себя достойно, всегда в конечном счете будет вознагражден. А мерзость и подлость неизбежно будут наказаны.
«Михаил Борисович! Вы сами как думаете, почему Вас и Платона Лебедева весь процесс держали в клетке и водили в наручниках? Вы буйные или это акция устрашения такая?»
Уважаемый Алексей!
Такова формальная процедура. Я не обижаюсь на тюремщиков — они выполняют свою работу. В конце концов, мы родились в стране, половина жителей которой прошли через тюрьму. Мы прямые потомки ГУЛАГа. Как же здесь без наручников? Пройдет время, и наши головы и души освободятся от тюремного наследия, тогда и руки станут свободными.
«Моя судьба решается не в суде»
26 июня 2009 года, в свой день рождения, на вопросы аудитории ответил Михаил Ходорковский. Заявление адвокатов Михаила Ходорковского: «Передавая для опубликования позицию Михаила Ходорковского, подчеркиваем, что делаем это не только потому, что наш подзащитный, как любой гражданин России, имеет право свободно выражать свое мнение и не может быть принужден к отказу от этого права (ст. 29 Конституции РФ). Мы делаем это и потому, что эта позиция Михаила Ходорковского непосредственно относится к предъявленным ему обвинениям и является неотъемлемой составной частью защиты от них. И еще потому, что присутствие Михаила Ходорковского в публичном пространстве — необходимая дополнительная гарантия его безопасности.
— Ваше отношение к приватизации вообще и приватизации ЮКОСа в частности?
— Я не считаю, что приватизация в России была справедливой, и писал об этом в статье «Кризис либерализма в России».
Большая часть наших граждан оказалась неготовой воспользоваться предоставленными возможностями, а государство не компенсировало объективную проблему с помощью того или иного механизма по примеру, в частности, Чехии.
Я к 1995 году, в отличие от многих своих сверстников, обладал неплохим образованием (техническим, экономическим, юридическим), восьмилетним опытом работы в бизнесе и теми деньгами, которые скопил за эти годы. Поэтому я имел объективные преимущества при приватизации, которыми и воспользовался. Стоило ли так поступать — покупать ЮКОС? Мне было 32 года, я был предпринимателем, увидевшим возможность — то, что по-английски называется opportunity.
Возможность огромного выигрыша, связанную с огромным риском. На одной чаше весов — все, что мы заработали за 10 лет, плюс обязательства перед банками, за которые придется ответить, плюс выборы, после которых все могут отнять, плюс три миллиарда долларов долгов ЮКОСа перед бюджетом, поставщиками, рабочими, падающая добыча нефти. На другой чаше весов — уникальный коллектив, гигантское предприятие, которое после восстановления будет стоить во много раз больше.
Я решил рискнуть и о сделанном никогда не жалел. Эти семь лет в ЮКОСе — возможно, одно из главных дел в моей жизни. ЮКОС к 2003 году стал, возможно, лучшей российской нефтяной компанией.