— Мы поймали чужого эльфа в доме, схватили, а он отбиваться. А потом еще новый эльф стал за него заступаться, вот мы их и скрутили... Еле-еле...
Альбс испуганно взглянул на Элен, а потом проговорил:
— Дирк!
С хлопком посреди комнаты появился странный комок из ног и рук, больших ушей и круглых глаз. Ал смог разглядеть Дирка, которому связали руки и ноги, заткнули рот, и при этом домовик был привязан каким-то странным образом к другому домовику, скрученному не менее надежно. Мальчик видел лишь длинный нос, что торчал из-за спины Дирка, и босые ноги, перебирающие в воздухе.
— Освободите их,— Альбус просяще посмотрел на Элен.— Ведь они ничего не сделали...
— Они побили Эрвуса,— пропищала Эль, с возмущением глядя на мальчика.— И разбили сервиз... И проникли в кабинет хозяина... Украли палочку...
— Какую палочку?— насторожилась Элен.— Где она?
Эль порылась в своем сбившемся на бок переднике и вытащила из кармана палочку, которую Альбус тут же узнал.
— Ну вот, я же говорил, что она тут,— мальчик протянул руку к Эль.— Это моя волшебная палочка.
— Она была в кабинете хозяина?— как-то неверяще спросила Элен то ли у Эль, то ли у двух все еще связанных, но сопротивляющихся эльфов.
— Да,— кивнула эльфийка, не отдавая палочку Альбусу.
— Отдай,— приказала Элен. Она была бледна и даже напугана.— Может, он ее нашел?
«Или же он ее у меня и забрал»,— подумал Альбус, но не стал этого говорить. Он подошел к комку из эльфов и принялся разматывать веревки.
— Да не крутитесь вы!— немного рассердился мальчик, потому что эльфы не давали ему развязать узлы, что навертели местные домовики.— И вообще — почему вы сами не разберетесь с этим? Вы же волшебники!
— Они не могут,— улыбнулась Элен, взмахивая своей палочкой, чтобы помочь Альбусу.— Чары схвативших их эльфов не дают им колдовать в этом доме...
Два эльфа выпрямились, Ал с волнением оглядел своего немного побитого домовика:
— Ты в своем репертуаре,— как-то совсем по-взрослому произнес мальчик, желая отругать Дирка.— Все время с кем-то дерешься...
— Но, мастер Ал, я нашел...
— Знаю, ты нашел мою палочку. Молодец,— похвалил домовика Альбус. Он не мог быть суровым со своим домашним другом.— Но все-таки ты...
— Мастер Ал!
Альбус даже подпрыгнул и только тогда взглянул на домовика, что был связан вместе с Дирком: он не мог не узнать первого увиденного им в жизни домового эльфа
Эльфа Малфоев!
— Донг, что ты тут делаешь?!
— Ты знаешь этого эльфа?— Элен шагнула вперед, глядя, как пламенно обнял Донга Альбус.
— Ну конечно!— улыбнулся Ал, не выпуская из рук Донга.— Это эльф Скорпиуса и моей сестры, он всегда дает мне конфеты, когда я бываю у них в гостях...
— Эльф Малфоя?— Элен уже выглядела совсем испуганной.— Но...
— Да, откуда ты тут взялся, Донг?— Альбус посмотрел на эльфа Скорпиуса, но тот лишь сделал большие глаза и замотал головой.— Что с тобой?
— Ему запрещено разговаривать с кем-либо, кроме хозяина,— ссобщила Эль, с неприязнью глядя на двух других эльфов.
— Но ведь...— Альбус хотел сказать, что хозяин Донга — это Скорпиус, но тут Элен взяла его за плечо.
— Идем, Альбус, нужно найти Скорпиуса Малфоя. Я ничего не понимаю...— она выглядела растерянной. Она повернулась к Донгу:— Ты можешь подчиняться мне?
Тот кивнул, с надеждой глядя на Альбуса.
— Но не разговаривать,— назидательно напомнила Эль, уперев ручки в бока.— И тебе запрещено покидать дом...
Уши Донга сникли, но тут же воспряли, когда Элен снова заговорила:
— Ты будешь сопровождать меня на Косую аллею.
— Элен, вы ведь...?
— Альбус, поспешим,— девушка взяла из гардероба мантию, а потом повернулась к Эль, что сердито провожала их взглядом:— Я ушла на учебу, а потом за покупками. Ни о чем не рассказывай хозяину...
Эльфийуа чуть недовольно кивнула, словно няня, потакающая шаловливому ребенку. Альбус помахал Эль рукой, а потом повернулся к двум другим эльфам:
— Домой, ребята, а то ведь скоро время обеда.
Джеймс Поттер.
Сколько прошло времени с тех пор, как они пропали? Больше суток. Так много. Но так мало. Столько уже случилось за это время...
Он сидел в кресле своей гостиной и молчал, потому что сил уже не было.
Зачем нужны фотографии? Нет вопроса — кому, потому что Джеймсу это и так было ясно.
Наверное, нужно встать, найти Малфоя, потом пойти в Министерство, как и договаривались...
Или же схватить эту чертову метлу и посмотреть, что будет...
Если это быстрая смерть — то он бы сейчас от этого не отказался...
Но кто тогда отомстит этому чудовищу?
Малфой, кто же еще?! Если переживет эту изматывающую их игру...
Хотя — пусть пьет это странное зелье, которое подействовало на друга, как Маховик Времени: Джеймсу казалось, что зелье вернуло их в то время, когда они с Малфоем еще не были друзьями...
А если метла — это портал? Возможно, она перенесет его туда, где держат девушек?
Джеймс поднялся и направился к метле, которую он обожал. Неужели теперь она может принести ему вред?
— И не думай,— крепкие пальцы буквально впились в его локоть. Он поднял глаза на Теодика — целитель качал головой.— Не делай глупостей.
Можно было просто вырваться. Можно было заорать. Можно было вытащить палочку — какое Манчилли имеет право его останавливать?! Ведь его жена, его ребенок, его сестра...
Он сник и механически отправился обратно к своему креслу. Наверное, это все зелье, что он выпил, даже не спросив Тео, что это было...
Какая-то апатия, и он не мог от нее избавиться. Он понимал, что слишком устал, но так ничего еще и не сделал. Ни на шаг не приблизился к ним...
Встать. Пойти к Малфою. Пойти в Министерство. Делать хоть что-нибудь...
И эта чертова метла, которая будто предавала его.
И фотографии... Зачем?!
Мерлин, только бы с ними ничего не случилось!
За что? За что в их прошлом они расплачиваются...?
Конечно, это Малфой, но Джеймс давно не отделял себя от друга. Его ошибки всегда были их общими ошибками.
Ведь он почти никогда не останавливал Скорпиуса. Он знал все, но принимал это, как должное.
Когда это случилось? Когда рука Малфоя сотворила им сегодняшнего врага?
Когда они прошли мимо этого...?!
Можно мелочно винить Скорпиуса, но даже сейчас Джеймс понимал: это их общая беда, общая ошибка.
Джеймс закрыл руками пылающее лицо, оперся локтями о колени. Он судорожно вспоминал все то, что было в их прошлом.
Люди. Поступки. Шутки.
Сколько же их было!
За какой момент в их шальной юности расплачиваются сейчас их жены? И разве могли они тогда знать, что за секунды смеха и развлечений, сарказма или злой насмешки они расплатятся сполна — часами страданий, страха, неизвестности.
Часами пылающего в груди льда страха.
Он сжигал Джеймса изнутри, он холодил кровь, он заставлял сердце то бешено колотиться, то замирать на миг.
Что они сделали за эти вековые сутки?
Они были у Забини. Они были на квартире Скорпиуса и Лили... Уничтоженной вместе с домовиком. Они были в Министерстве. Они были у МакЛаген-Грегори.
Теперь Паркинсон. Министерство. И длинный список тех, кого Малфой задел хоть взглядом.
Очень длинный список.
Кого мог вспомнить Джеймс?
Конечно, Присцилла Забини. И братья Забини. Но это уже было.
Грегори. Но неспособен он. Да и не похоже, что это он.
Лиана, но и ее они уже видели. Вместе с Грегори. Они нашли друг друга. В другое время можно было бы поиронизировать по этому поводу.
Паркинсон. К нему отправился Грегори.
Марк Флинт. А тут что? Да все, что угодно. Они семь лет в одной спальне жили. Но уж слишком тихим он был, незаметным...
Эйвери. Но ведь они друг друга использовали с взаимного согласия.
Эмили Дьюлис. За Фрица, за равнодушие и насмешку. За игру по-слизерински. Но ведь и это давно было. Тут же — Парма Паркинсон.
Кто еще?
Луиза. Что с ней? Где она? Помнит ли еще Скорпиуса, который так долго играл с ней?