******
Марина Самойловна, колебалась довольно долго, но было очень обидно. Последние пять лет, он не то, что не трахал её, он даже не замечал, что она женщина. А ей всего-то, тридцать девять лет. Ему, конечно, слегка за пятьдесят и диабет, лишний вес и одышка, но ведь, чём-то с любовницей они занимаются? Да и одна ли она у него. Мне досталось нелегко с защитой диссертации и добиться должности зав отделением. В это время меня не очень напрягало отсутствие секса, но сейчас всё по — другому.
******
Когда мой муж высмеивал Сергея, в разговоре, в гостях у Державиных, Саша только, что вернувшийся из больницы, после посещения отца, был похож на коршуна, готового разорвать свою жертву на куски. Мужество и красота, сила и гордость --всё это было на его лице. После этого он стал мне сниться в эротических снах.
Я поняла -- пора ! Платон утверждал:
--"Любовь -- это тяжёлое психическое заболевание"--- Допускаю, но хочу отметить, что отсутствие секса, ещё и опасное заболевание.
В назначенный день Саша сел на мотоцикл и поехал за камерой, которую вернул Марине Самойловне, подъехав к больнице.
Саш, в воскресенье съездим, пусть на мотоцикле условно -- "за боярышником".
Да. Поехали.
27 Глава Алина в отчаянии
Толик, специально мне сказал, что Держава трахал его мать. Если это, правда, то всё равно, Сашка, мне ничего не обещал, и у нас с ним никогда ничего не было. Но, ведь Гольдберг гад знает, что мне это слышать, очень обидно. Он мне подкладывал любовные записки, ещё в девятом классе, но я и виду не подавала, чтобы не было никаких кривотолков. Мне нравился Саша Державин, но он был изгоем — отличником. Прошло немного времени и все обидчики стали лебезить перед Державой, а Толик, всем своим видом, старался показать, что он лучший друг Саши.
Интересно, стал бы Саша рассказывать о своих родителях, если бы он, о них что-нибудь знал такого, что неприемлемо в нормальной семье. Уверена, что никогда и не при каких обстоятельствах.
Я хотела у Гольберга узнать телефон Саши, но он так завернул, что там бесполезно обращаться. А ведь намекает, что не против со мной замутить, но этак, криво. Обязательно старается унизить меня, вспоминая Генриха. Да я оступилась, но гордость свою не потеряла.
--А тут ещё, отец притащил знакомиться мента. Следователь разводится с женой, которая наставляла ему рога с его же начальником. Мой отец полицейский начальник. Тогда, после моей выходки он хотел посадить, этого Генриха.
А ведь был бы жив, если бы тогда его посадили. Отговорила моих родителей Анна Сергеевна, я на пол года старше Гериха. Мне было в ту пору восемнадцать, то есть совершеннолетняя, а Генриху было семнадцать. Так что совращение наоборот, а изнасилование ни в одни ворота не лезет.
Недавно, Анна Сергеевна, позвонила моему отцу за советом, как быть. Её мужа, постоянно бьют двое людей и он боится идти в полицию. Этих людей посылает Илья Григорьевич. После каждого избиения, следует звонок мужу с вопросом: --" Ну что, козёл, надумал разводиться с женой?" Муж от страха боится идти в полицию, написать заявление.
Я придумала, как мне отыскать телефон Державина. Анна Сергеевна звонила отцу и у него есть её координаты, а она поможет мне отыскать Сашку.
Была не была. Может повезти и мы встретимся. Лишь бы отец не вмешивался, а я сама знаю, что мне делать и как мне быть.
Не думаю, что у Державина могло, быть что --то серьёзное с мамашей Толика. Если, он её трахал, ну и что? Пусть её муж беспокоится об этом. Меня это, не должно беспокоить. Но всё равно в башке засели слова Гольдберга: -- "Он залез на мою мать!"
Саша, хороший мой, я обязательно до тебя дозвонюсь и мы встретимся.
Как нам всё испортил на выпускном вечере, пьяный Генрих! Я позже узнала, что это Толя всё подстроил.
28 Глава На мотоцикле в дождь
Воскресное октябрьское утро, было солнечным, но прохладным. Бабье лето уже позади и скоро покров. В это время года, дождь может начаться очень быстро, мелкий и долгий.
Марина Самойловна одела на голову мотоциклетный шлем и смело уселась на заднем сиденьи, обхватив меня руками. Меня удивила её невозмутимость и смелость.
--Поехали! Ты только меня не потеряй дорогой. Я подержусь за тебя, не возражаешь?
С полдороги, начался мелкий дождь. Марине было получше, чем мне. Она очень плотно прижалась ко мне и ей, практически, не доставалось капель, которые, несмотря на защитный экран, всё равно прилично меня мочили. Ну хорошо, Баковка близко, а машин мало, никаких пробок нет. С шоссе повернули в дачный посёлок и спокойно доехали до места действий.