О страх! ужели вижу Оберона?
Аннушка
Стой, дерзкий, стой! проникнуть не посмей,
В предел, где сонм сильфид и фей
Священной пляской услаждает взоры
Могущего властителя духов;
Где в сладком сумраке лесов
Титанию поют послушных сильфов хоры!
Нет, маловерный, я не Оберон!
Но он, он упредил твои надежды;
Он прояснил слепые вежды;
Хотел тебе предстать; теперь же медлит он:
Его твое сомненье раздражает!
Ужасен гнев его, ничем неотразим;
Я Ариель, я послан им:
В последний раз тебе он милость возвещает!
После нескольких музыкальных аккордов.
Ты моих не презри слов!
Знай: младой Авроры слезы
Пью из чашечки цветов;
Неженка между духов,
В мягком лоне свежей розы
Сплю под голос соловьин;
Моюся в благоуханье;
Радужное одеянье
Тку себе из паутин.
Духи любят мрак долин;
Их качают древ вершины;
Легче пуха их семья;
Знай: дрожащий лист осины
В полдень колыбель моя!
В ночь, когда на всю природу
Стелется сребро луны,
Поспешаю к хороводу!
Мне навстречу с вышины
Не пучина капель блещущих,
Не на солнце в тяжкий зной
Брызгов водопад златой, —
Эльфы от ветвей трепещущих
Сыплются, за роем рой!
Гномы скачут подо мной,
Феи вкруг меня порхают,
Сильфы молнией сверкают,
Льются, мотыльковый дождь!
Я духов любимый вождь:
К пляске я их устрояю!
Над водой ли пролетаю —
Не зарябится струя;
Чистое лицо ручья
Подо мной не помутится;
Быстро вешний ветер мчится;
Но быстрее ветра я!
Слушай! пожалей себя!
Выполни мои веленья,
Или нет тебе спасенья —
В зверя превращу тебя!
Наш царь гостит в владениях Алины;
Он, полюбя ее,
Здесь праздновать ее желает именины,
Ей показать могущество свое,
Ей обещать дары земные,
Год светлый, здравие и жатвы золотые!
И для Титании и для Царя Духов,
Для Пука, для себя и даже Калибана
Я требую твоих стихов!
Но мне пора: завесою тумана
Оделася усталая земля;
Заснули рощи; спят поля;
Сверкают, вьются в облаках зарницы;
Темнеют небеса;
В пшенице шепчет стрекоза;
Меня зовут ночные птицы!
Но когда огнем денницы
Загорится небосклон,
Махом радостной десницы
К утру на отлете сон
Лучшие рассыплет маки,
Узрит светлые призраки
Беззаботная глава,
Скроется в дупло сова,
От росы заблещут травы,
День поведает петух,
Стадо выгонит пастух,
Замычат в деревне кравы, —
Принеси сюда свой труд!
Будь готов! — Меня зовут.
Музыка; Ариель исчезает: занавес опускается.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Тот же сад. Утро.
ЯВЛЕНИЕ 1
Поэт
(садится на дерновую скамью; в руке у него сверток бумаги)
Ночь целую я не спал и писал!
О духи! ваше я исполнил повеленье;
Я создал легкое, воздушное творенье!
Пусть телом и душой устал,
Но возгоржусь, возвеселюсь усталый!
Ничто теперь мне ваша брань, журналы!
Мне жалок ваш кривой, пристрастный суд, —
Я для духов творил, и духи вознесут
(зевая)
Во храм бессмертья мой им посвященный труд!
Их жду я: не смыкайтесь, вежды!
Венец лавровый, счастие, надежды...
Унижены соперники мои...
Я славен...и потомство...и...
(Засыпает.)
ЯВЛЕНИЕ 2
Лиза и Фрол Карпыч (одетый Калибаном).
Лиза
Скорее, дедушка; извольте отправляться,
Достаньте нам стихи!
Фрол Карпыч
Уж верно за свои грехи
Задумал с вами я, с плутовками, связаться!
Чтоб одурачить дурака,
До петухов меня вы подняли с постели;
Одели чучелою старика...
Эх, стоят ли того все вирши пустомели?
Но для Алины я в огонь и воду рад!
Лиза
Как вы добры! бегу назад
В беседку, к тетушке в вишневый сад;
Вы всех нас там найдете,
Туда стишки тихонько принесете...
Скорее, дедушка; чтоб нам не опоздать!
Фрол Карпыч
Ох! вы затейницы лихие!
Мы знаем: мастерицы вы большие
Упрашивать, ласкать!
Лиза
Прощайте, — вас мы будем ожидать!
(Убегает.)
ЯВЛЕНИЕ 3
Фрол Карпыч и поэт (спит).
Фрол Карпыч
Лукерья Власьевна! ну что бы ты сказала,
Когда бы вдруг в таком
Наряде шутовском
Супруга своего хоть в щелку увидала?
Чтоб беса отогнать, она на мой кафтан,
Наверно, вылила бы рукомойник!
Что, ежели еще рассердится покойник...
Как бы ж его? — да... Калибан!
Из лесу выскочит, с собой нас познакомит,
Мне, самозванцу, шею сломит?
Но пусть придет: ведь я не даром капитан!
Где, где же наш писатель?
Мне хочется его порядком постращать!
Ах, мой создатель!
Вот он! и он изволит почивать!
И вирша, верно, не готова! —
Чтоб потонуть ему в реке!
Но нет: бумага у него в руке...
Возьму ее и не скажу ни слова!