Поликрат
С его мольбой покорной и священной
Свою пред вами сочетаю, старцы!
Не сомневайтесь, если нам свободу
Не искупить от мстительного неба,
А разве только смертью Тимофана, —
Тимолеон, отчаянный и верный,
Всю горечь ада горько ощутит,
Но сам богам подземным посвятит
Покорную и меткую десницу!
Услышьте ж, как в боязненной беседе,
До вашего прихода в этот храм,
Мы с строгим долгом съединить мечтали
Венец великих дел, святую милость!
Взгляните, брат, восставший на тирана,
Вас за него, за брата, умоляет;
Измену вспомнив одного из них,
Тогда же верность вспомните другого:
Пусть ныне доблесть защитит злодейство,
На благость ваши души обратит
И падший дух героя воскресит!
Тимолеон
Вы углубились в мертвое молчанье!
По важной сей и грозной тишине,
Отцы! явитесь вожделенны мне,
Примите благостно мое взыванье!
Я ваши совещанья упредил:
Готов мятеж народных, шумных сил;
Весь город только знака ждет и вспыхнет;
И днесь, пока в гражданах гнев не стихнет
И не погрязнут в гибельный покой,
Днесь, днесь еще мы поведем их в бой!
Царем узрело утро Тимофана,
Пусть вечер зрит падение тирана!
Ты, Поликрат, немедля им раздай
Добычу копий и мечей аргивских;
Нет, не погиб родной и милый край!
Едва ваш мощный зов по стогнам грянет,
И град весь из цепей к свободе вспрянет!
Все наши юноши, которых он
На миг опутал, буйством ослепленных,
Склонились под отеческий закон:
Я видел их стыдливых и смущенных!
Он может на наемников одних
Против отчизны опереться ныне.
Но знаю всю превратность их:
Противостать богатой благостыне
Продажные вовеки не могли;
Толпы их вечно за успехом шли!
На легкий подкуп их несу, веселый,
Свое добро, Коринфу нужный дар,
Тогда потухнет купленный их жар
И оскудеют пращи их и стрелы!
Когда же вдруг взволнуется народ,
Нахлынет, безоружит стражей сонных
И с воплем бунта к замку потечет,
Да призову пенатов благосклонных
И с словом мира к падшему гряду!
Сложить порфиру брата убежду:
Без битвы сын несчастный Тимодема
От скорбной власти должен отрещись,
С него падет без битвы диадема!
О, если бы тогда вы облеклись
На славный праздник общего спасенья
В прекрасный блеск небесного прощенья!
Не потеряв ниже одной главы,
Без крови пробудите вольность вы;
Изгладьте же минуту заблужденья!
Пусть в возрожденном сыне древний град
Вновь узрит щит своих и жен и чад;
Мгновенного злодея в нем забудет
И матерью его, как прежде, будет!
Сатирос
Не сомневаюсь в силе слов твоих,
Тимолеон; но Тимофану власть,
Власть новая должна быть драгоценна,
И если он твои вещанья презрит...
Тимолеон
Сатирос, ты спешишь врага представить
Чудовищем, всех уз и сердца чуждым!
Я брата ныне оправдать не в силах:
Увы! Сам он уста мои зажал.
А только вам на память приведу,
О старцы, в чем и опыт вас уверит!
Как часто тьмит взор смертных искушенье!
Они летят за ним на преступленье;
Их манит вдаль блистательная цель!
Летят — и се не пристань видят, мель
Им вдруг являет близкое крушенье!
Тогда вдруг ужас в их вступает грудь;
Тогда они в обратный жаждут путь;
Но редко им дается возвращенье!
Без отдыха вперед и все вперед
Их, горестных, длань грозная влечет
К злодействам от злодейств и в ад из ада,
Смерть только может их спасти от глада,
От ненасытной страсти черных дел:
Смерть только их свирепых мук предел!
Не заграждайте же вы той дороги,
Которую так редко, редко боги
Преступнику показывают вспять;
Друзья! Не пожелайте вы того отнять,
Что одному благие даровали,
В чем строгие столь многим отказали!
Но пусть, Сатирос, пусть ты будешь прав!
Он, силу рук наемных потеряв,
Противясь, только казнь свою умножит:
Он мирных слов моих презреть не может!