Целый хор
Смертных и богов отец,
Сам Кринид его прославит,
Взложит на него венец
И в фарос его поставит
Для слабеющих сердец!
ДЕЙСТВИЕ IV
Ночь. Театр представляет пустынную часть города, вблизи на холме развалившаяся башня; в отдалении слышен стук сражения, и рдеют заревы пожаров.
ЯВЛЕНИЕ 1
Аглая вбегает и падает у подножия башни; за нею хор.
Хор
О стой, царица!
Куда потек
Твой скорбный бег?
Нас бой облег;
К нам брань стремится, —
О стой, царица!
Аглая
Где он? Где Тимофан? Где он, о боги?
Увы! Меня отселе не несут
Бессильные, мертвеющие ноги!
Напрасен был боязненный мой труд!
Почто, свирепым воплем пробужденна,
В пустынной тьме отверзла очи я?
Когда, крылатым страхом пораженна,
Его вотще на ложе длань моя
Средь стонов суетных, в слезах искала,
Почто тогда же жизнь я не скончала?
Несчастная! Я град весь обтекла:
Огни и шум, покрыла бледность лица,
Повсюду бешеный мятеж ярится,
Повсюду крику битвы я вняла;
Не раз во тьме свистящая стрела
Жужжала мимо смертью мне отрадной,
Не раз на труп я наступала хладный:
К нему, к нему проникнуть не могла!
Быть может, он теперь изнемогает;
Наемник, может быть, его предал;
Быть может, он в толпе сограждан пал
И — ax! — его изменник поражает!
1-й корифей
Я по следам твоим бегу,
Боязнью бурной утесненный:
Но ободрить не возмогу
Твой дух, страданьем угнетенный!
2-й корифей
Опасен светлый сан царев;
Не твердый щит для багряннцы
Рабов и варваров десницы,
Народный кровожаден гнев!
Хор
Как ты, боязнью утесненны,
Колеблясь, мы в твой след бежим:
Или, бледнея, ободрим
Твой дух, страданьем угнетенный?
Смущает нас народный гнев;
Опасен светлый сан царев!
Аглая
Тебя, о блеск унылой, страшной славы,
О мощь и пышность! проклинаю вас!
О час, в который он взалкал державы,
Будь проклят черный, злополучный час!
Меня неизреченные печали
Ужасные с минуты той объяли,
Как братиев своих он стал царем!
Без слез уже мне не взглянуть на друга:
Навеки я утратила супруга,
Все, все навеки потеряла в нем!
Всех чувств его единственным предметом
Нет никогда уже не буду впредь!
Чело его отныне стану зреть
Грозящим омраченное наветом;
Везде его туманный беглый взор
Искать начнет вражду и заговор;
Ему тоска на очи сдвинет брови.
Увы! — как знать? — лишусь его любови!
Он вспомнит Протогена дщерь во мне,
Меня — увы! — меня возненавидит:
Он, трепетный, в семейной тишине
В Аглае скрытую змею увидит!
Ах, до того ужаснейшего дня,
О ты, Венера! истреби меня!
Пусть рано в грустной младости увяну,
Пусть на земле уж солнца не застану;
С блаженством навсегда простилась я,
Так пусть хоть имя, память пусть моя
Священными пребудут Тимофану!
Но что рекла я? Томные мечты
Здесь говорят со мною о грядущем,
Здесь о себе я сетую; а ты,
Друг милый, может быть там гибнешь ты!
Ты там в бою, позор и смерть несущем,
Ты без меня — и грудь моя, твой щит,
Руки убийц твоих не отвратит!
Хор
Повсюду вопль военный
И гром и стук мечей;
Сверканием огней
Все стогны озаренны!
1-й корифей
И се бойницу зрю
С сей высоты надменной,
Взор брошу окрыленный
На роковую прю!
2-й корифей
Пусть он отрадной речью
Возрадует твой слух,
Пусть не сраженный сечью
Придет к тебе супруг!
Хор
Пусть милого спасенье
В размученный твой дух
Прольет успокоенье!
Аглая
Спеши, о верный раб! чрез страхи ночи
Вдаль устреми над шумным градом очи!
Взгляни на их кипящий, близкий бой!
С сей башни, возвышенной и крутой,
Реши мою тяжелую судьбину!
Ты возвестишь мне скорбь или кончину;
О чем молить глухое божество?
Попраны будут все мои молитвы!
И чем бы ни свершился жребий битвы —
И пагуба его и торжество
Равно меня повергнут в сиротство!
Но что ты зришь? Вещай, не дай томиться:
Чего мне ждать? Чего, чего страшиться?