Ижорский
Доверье нужно мне; одно доверье
Доверье может породить во мне,
И вот вопрос мой вам, сиятельной княжне:
Вы в силах ли презреть высокомерье,
Спесь рода своего, молву и сан отца?
Принадлежать мне до венца
Вы в силах ли?.. Молчишь, бледнеешь... Слушай, кто я:
Ценою счастья и покоя,
От роковых, от грозных сил
Ценою дорогою я купил
Единственный мой дар. Дар этот что? Свобода.
Да! после многих тягостных побед
Не святы для меня ни одного народа
Обычьи, предрассудки, бред.
Единый мой закон, единый бог — природа.
И мне подобна быть должна
Та мощная, отважная жена,
Которая подать не содрогнется руку
Мне на всю жизнь: со мной сопряжена,
Должна дерзать на скорбь, на смерть, на муку.
Должна встречать с возвышенным челом
То даже, что зовете вы стыдом.
Не так ли? Вас, княжна, я ужасаю?
Однако же я честный человек,
Я слова данного не нарушал вовек;
И вам под клятвой обещаю:
Как скоро сами вы по жертве той
Решитесь быть моей обвенчанной женой,
Тогда исполню вашу волю,
И пусть обряд пустой
Соединит, как сам умеет, нашу долю.
Лидия
О боже праведный! он болен, он больней
Стократ, чем думала я в простоте своей!
Ижорский! что, о! что мне предлагаешь?
Своей ли собственной погибели желаешь?
А мне? в ужасном лучше бы огне,
В пучине пламенной, неизбежимой
Истлеть, исчезнуть было мне!
Ты для того ли спас меня, неустрашимый,
Чтоб стала я тебе, бесстрашному, в боязнь?
Чтоб ты, спаситель мой, обрел в спасенной казнь?
Внемли: ты уж теперь растерзан подозреньем;
Не сомневаюсь в слове я твоем:
На мне ты женишься; но что? всегда, во всем,
Уверенный моим паденьем,
Что снова пасть могу, — во всем ты ложь, обман
Увидишь, растравишь все язвы прежних ран,
К ним новые, ужасные прибавишь
И страшным бременем меня, себя подавишь.
Меня? не мыслю о себе:
Я силою непостижимой,
Таинственной, неодолимой
Привлечена к тебе...
Нет! об одной твоей я думаю судьбе:
О! сжалься над собою;
О! да остануся достойною тебя;
Меня губя,
Души моей любимец, ты со мною
Не погуби себя!
Ижорский
(в сторону)
Еще она, клянусь, и бездну одолеет!
Клянусь, меня едва
Не сбили чистый взор и мощные слова.
Нет! нет! все это вздор, притворство! — не успеет!
(Громко)
Княжна, в последний раз
Я спрашиваю вас:
Согласны ли принять мое вы предложенье?
Нет? — так покиньте же мое уединенье,
Меня оставьте одного;
Чтобы, как прежде, мне людей не видеть,
Отречься навсегда от мира, от всего
И без изъятья всех вас ненавидеть!
Идет; Лидия удерживает его.
Лидия
Ижорский! боже мой! согласна... я твоя!
Ижорский
Теперь тебя своею я считаю,
Теперь ты истинно моя.
В беседке... в полночь... ожидаю.
(Уходит.)
Лидия
(одна)
Не сплю ли я? не в мрачном ли бреду
Меня пугают дикие виденья?
Что я сказала? помощь где найду?
К кому воздвигну стоны и моленья?
Увы мне! сердце с сердцем не в ладу:
От неба ль, от чудес мне ждать спасенья?
Весь мой обзор могильной мглой одет:
Потух отрадный, путеводный свет.
Сурово, бренное свое созданье,
Сурово наказал меня мой бог:
Кому и жизнь и каждое дыханье,
Все чувства посвятила я, он мог
Обречь меня на срам и поруганье?
Бессмертный! ты непостижим и строг:
Что смертного, как бога, я любила,
За то меня твоя карает сила.
О дочери молися, мать моя!
Ты, коей глас любезный и священный
С младенчества златого помню я!
Ко слабой мне, отвсюду утесненной,
Из рая пусть прострется длань твоя,
Или к своей обители блаженной
Восхить меня: постыл мне мир земной;
Покоя жажду страждущей душой...