Поэмы. Драмы

Мещанин

Кормить овсом: авось
Поправится.

Крестьянин

Поправится небось.

Мещанин

На деньги!

Крестьянин

Вот узда! — С покупкой поздравляем.

Мещанин

Пойдем, запьем свой торг.

Крестьянин

Пойдем и — загуляем.

Уходят. Потом две девки.
Первая

Ну, Маша, у московского купца
Платки и ленты — загляденье!

Вторая

И Ванька набрал же для дочки кузнеца!
Ты видела?

Первая

Он крадет у отца,
Для Ваньки Дунька разоренье
И (погоди) обманет молодца.

Проходят. Вбегают два мальчика.
Первый

Дай пряничка мне, Вася, сделай дружбу!
Не даром: отслужу тебе за пряник службу:
Аль змея вырежу, аль дудку подарю.

Второй

Благодарю:
Сулить умеешь, да твои посулы шутка.
Есть у меня получше вашей дудка:
Не нужно.

Первый

Брат, хоть покажи!

Второй

Пустое: вырвешь.

Первый

Я? — С ума ли
Сошел ты, Васенька? — Не бойся, покажи!

Второй

Так вот: смотри.

Первый
(вырывая пряник)

Прощай и поминай как звали!

(Убегает.)
Второй

Вор! вор! держи его, держи!

(За ним.)
Ижорский

Вот и природа вам нагая!
Эклога в лицах: честность, простота,
Невинность детская, девичья чистота, —
Образчик из пастушеского рая.

Входят два слепых гуслиста; после несколько нестройных аккордов начинают распевать, что следует. Народ обступает их.
ПРИТЧА О БЛУДНОМ СЫНЕ

Про блудного сына мы притчу расскажем
И милость господню народу покажем:
Народ православный! послушай с вниманьем
И нас, слепых старцев, почти подаяньем!
Еще несколько аккордов.
Человек был некий преклонного века,
Два сына у того были человека;
И рек ему младший: «Хочу я на волю,
Здесь жить не желаю, — дай мне мою долю!»
И что ж? им именье отец разделяет,
И младший в чужбину стопы направляет;
И зажил в чужбине, и зажил он блудно,
Что было, то прожил, — и вот ему трудно:
Наслал на ту землю бог нужду и голод,
И странник без хлеба зной терпит и холод,
Без крова от солнца, без одежды в стужу;
Что делать? — пристал он к богатому мужу,
И тот послал его пасти свиней в поле;
Бедняк согласился, пошел поневоле.
Есть нечего, никто не даст ему пищи;
Рад от свиных рожец насытиться нищий.
И вот в себя пришел и плача взывает:
«Наемников сколько отец мой питает!
Мне ж хуже и хуже, и нет облегченья;
Терпел я и долго, — не стало терпенья.
Ах, встать же, пойти мне в отцову обитель,
К ногам его упасть и вскликать: «Родитель!
Пред небом я грешен, мой грех пред тобою,
И быть твоим сыном, нет! — я уж не стою.
Причти меня, отче! к слугам твоим многим
И будь мне отныне властителем строгим!»

Несколько аккордов, потом перерыв, в продолжение которого один из стариков собирает с народа деньги.
Ижорский

Так, — «согреших пред небом и тобою!»
Читал покойный дед и эту притчу мне...
Я помню, как во сне,
Что действовал и над моей душою
Ее знакомый зов; хотел и я назад:
Да как в такую даль? — там небо, а здесь ад.

Гуслисты
(продолжают)

Ты притче священной внемли, человече!
Поднялся, пошел он, еще был далече,
А уж отец видит и сына жалеет!
Тот к вратам подходит, войти в них не смеет.
А тут уже старец хватает за руку,
И обнял и молвил: «Забудем разлуку!
Вы лучшую ризу, рабы, мне подайте,
Драгого мне гостя одеть поспешайте,
Тельца заколите жирнейшего в стаде:
Пир ныне и праздник о милом мне чаде,
О сыне, который был мертв и се — ожил!»
И радостью дом весь поднял и встревожил.

Музыкальные аккорды.

Про блудного сына мы притчу сказали,
На милость господню вам в ней указали.
Народ православный! слепцам подаянье!
И знай: когда грешник придет в покаянье,
Пусть будет последний, хоть изо ста братий,
Но теплых и он жди на небе объятий;
О нем в доме бога веселие боле,
Чем об остальных всех, не павших дотоле.

(Перестают петь и играть и собирают деньги.)